Скрывающийся альфа (ЛП) - Лок Афтон - Страница 21

Сирены стали ближе. Скорая, должно быть, свернула с основной дороги на длинную подъездную дорожку. Она надеялась, что он сможет превратиться в человека быстрее, чем в волка. Когда власти увидят укушенные раны Тайлера, они обвинят в этом ближайшего волка.

Она прикоснулась носом к его, разделяя с ним дыхание.

Ты был великолепен, милый. Теперь превратись обратно в человека на мой счет. Один, два, три!

Ее тело подчинилось, изменение произошло так быстро, что она упала на твердую почву. Ее кости горели там, где они удлинялись, и голая кожа чувствовала себя так, как будто бы ее измельчили на мельнице.

Блин! Огден был в середине смены, и, кажется, застрял там. Красные мигалки от скорой помощи пронеслись через двор. Если власти найдут его в форме полу-волка, государство запрет его в ближайшей научной лаборатории. Может даже в конечном итоге в цирке, где люди будут брать плату за вход, чтобы увидеть его.

Она взяла его лицо в ладони.

— Я люблю тебя! За то, что ты так защищаешь меня, за нежность, и за то, что ты благородный человек.

Он ответил хриплым стоном.

— Ответь мне. Словами, — потребовала она. — Даже если ты не любишь меня, скажи мне что-нибудь!

Его лицо было таким же красным, как мигалки, из-за того, что он прилагал усилие, чтобы заговорить.

— Я-я люблю те-ебя, Л-лара.

Рыдание вырвалось из ее грудной клетки.

— О, Огден. Я не заслуживаю этого. Посмотри, что я сделала с тобой!

Он закричал, когда его кости ноги начали вытягиваться. Она чуть не сняла с себя скальп, когда грубо провела рукой по своим растрепанным волосам. Двери хлопнули. У них не осталось времени. Она проверила его рану, надеясь, что он не вернулся в критическое состояние, но он, казалось, держался. Даже его одежда, окровавленная и потрепанная, вернулась обратно.

Поскольку слезы текли по его лицу, она погладила его грязный, потный лоб.

— Все будет хорошо.

Он будет жить.

Ничто другое не имело значения. Ничего. Ни ее Стая. Ни проклятое сражение с владельцами ранчо.

Ничто!

Вина накрыла ее, когда она поняла, как была близка к потери другого близкого человека. Если она когда-нибудь забудет это, все что ей нужно сделать — это посмотреть на пятна крови на ее белой блузке, как напоминание. Желудь впился в ее колени, когда Лара опустилась на них на землю. Она схватила и сжала его, нуждаясь в якоре.

Двое санитаров бросились в их сторону.

— Что здесь произошло?

— Его подстрелили, — сказала Лара.

— Эй, здесь еще один, — сказал второй парень, в то время как первый разорвал рубашку Огдена, чтобы проверить его рану.

— Он стрелял, — отметила она.

— Похоже, на этого напал зверь, — он схватил свою рацию. — Где же шериф?

Лара подавила улыбку, зная, что она была тем зверем, но задумалась над тем, что нужно состряпать историю для полиции. Они никогда не поверят в то, что произошло на самом деле, но она и не хотела, чтобы они знали. Стаи хранят свои секреты оборотней.

— Мэм, пожалуйста, подержите этот компресс, прижатым к нему, — поручил ей первый санитар. — Мне нужно достать еще медикаментов из грузовика.

— Слушай, — прошептала она в ухо Огдену, когда они остались наедине. — Я пришла сюда с Тайлером. Ты заревновал и последовал за нами.

— Прямо в точку, — прошептал он.

— Пока мы были в доме, утверждай, что во двор пришел волк. Брукс хотел застрелить его, но ты не дал. Поэтому, он стрелял в тебя. Тогда волк напал на него и убежал.

Звук другой сирены пронзил ночь, больше разноцветного света осветило двор. После того, как шериф вышел из патрульной машины, последовал полицейский допрос и фотографирование. Огден стоял, выглядя лучше. Его рана все еще была красной, но уже запечаталась новой плотью. Они должны уйти от полиции и чем быстрее, тем лучше.

— Не хочешь поехать в больницу? — спросил его первый санитар.

— Терпеть не могу больницы, — сказал Огден деревенским акцентом. — Просто хочу вернуться домой и позволить своей женщине поухаживать за мной.

Шериф выглядел озадаченным, когда последовал за ним с блокнотом и ручкой.

— Уверен, что не хочешь предъявить обвинения?

— Неа, — Огден покачал головой. — Я только хочу забыть, что произошло этой ночью.

— Ну, давай этого заберем в больницу, прежде чем он получит обширную инфекцию, — второй санитар указал на Тайлера, который лежал на носилках. — Может, хирург сможет спасти ему руку, но я сомневаюсь в этом.

Наконец, этот кошмар закончился. Обвив руками своего мужчину, Лара поплелась к его грузовику. Морщась, он ощупывал карман своих джинсов и передал ей ключи.

— Я думаю, лучше тебе сесть за руль.

Она кивнула.

— Я отвезу тебя домой.

Домой. К ее удивлению, Лос-Лобос промелькнул в ее сознании. Она видела себя с Огденом на мельнице, спокойной и счастливой. Ее Стая, то, что осталось от нее, жили там же рядом. Слезы хлынули по ее щекам, когда она посмотрела на звездное небо.

Нуждаясь снова в своем якоре, она достала желудь, который кинула в карман раньше. Хреновина может вырасти и стать деревом, когда-нибудь здесь, если она оставит его, или в Южной Дакоте, если она возьмет его с собой.

Ее нос был все еще чувствителен из-за недавней формы волка. Она чувствовала запах грязи, скал и неподвижности огромной страны. Даже едкий дым от горячих источников сегодня активировал ее детские воспоминания. Каждый знакомый запах в ее голове сейчас был окрашен медным привкусом крови.

Вайоминг был красив, но не был ее домой. Не после сегодняшнего вечера.

***

На следующее утро Огден сидел в гостиной Лариной квартиры, изучая лица сидевших вокруг него. Под фотографиями волков, украшающих стены, сидели на стульях люди всех возрастов, на диване и даже на полу. Вся ее Стая была здесь на встрече, которую она назначила. Она сидела в потертом кресле, напоминая ему королеву на своем троне. Как последняя доминанта в Стае, она и была их королевой.

Стая Тао не поместилась бы в этой комнате. Прошлой ночью, когда они лежали в постели, Лара сказала ему, что Стая Ламар Каньон была даже больше, чем его.

Он все еще не мог поверить во вчерашние странные события. Ревность в одну минуту, почти смерть в следующую и, наконец, оказаться в постели с ней — все это свело его с ума. Его пулевое ранение настолько хорошо зажило, что ему понадобилась всего лишь небольшая повязка.