Отродье Идола - Смедман Лиза - Страница 42

Арвин не мог просто стоять и смотреть, как умирает Пакал. Кроме того, он мог схватить шкатулку, если дварф будет занят сражением со змеями.

- Пакал! - крикнул он. - Сзади. Три змеи!

С этими словами юноша достиг конца тоннеля и увидел происходящее собственными глазами. Он использовал другую силу, и со лба вырвалась серебряная нить. Один конец нити обернулся вокруг шкатулки.

Пакал не обратил внимание на предупреждение Арвина. Он закричал глубоким, гортанным голосом, похожим на звериный рёв, и сделал жест. С его пальцев сорвались пять пылающих красных когтей и помчались по воздуху к Арвину.

Арвин пригнулся, но когти зацепили его плечо и разорвали плоть. Он охнул от боли, и его псионическая сила угасла. Серебряная нить пропала, шкатулка рухнула на пол.

Когти развернулись для новой атаки — и исчезли.

У Пакала возникли собственные проблемы. Теневые гадюки набросились на него со спины. Пакал стоял, зажимая ладонью рану на ноге, оскалив зубы в гримасе боли. Он прохрипел молитву и взмахнул руками перед собой, там, где на первый взгляд ничего не было. Секунду спустя все три гадюки были покрыты сверкающей золотой пылью. Пакал зарычал второй раз и рубанул воздух ребром ладони. Мерцающие красные когти полетели в ближайшую из гадюк. Когда они вонзились в чудовище, по облепившей змеиное тело пыли потекла чёрная эссенция тени. Дварф взмахнул рукой, и его волшебные когти отбросили гадюку в сторону.

Но оставались ещё две. Они окружили его с двух сторон, подползая ближе, и бросились в атаку.

Пакал взвыл, когда их клыки вонзились в его обнажённые ноги. Он сумел прикончить ещё одну змею своими блестящими когтями, но третья гадюка встала на дыбы и снова его укусила. Дварф упал на колени.

Тем временем Арвин справился с болью в раненом плече. По правой руке текла кровь, но он сосредоточился на текущей задаче. Он заново оживил свою псионическую силу и подобрал шкатулку с земли. Шкатулка поплыла ему в руки. Арвин поймал её, потом отправил нить псионической энергии обратно в комнату и сдёрнул ею кошель с пояса Пакала. Оттуда выпал предмет в форме полумесяца, обёрнутый свинцовой фольгой.

Вторая половина Змеиного Круга.

Пакал бросился за ней, схватил обеими руками и тяжело упал на артефакт сверху.

Арвин выругался. Его псионическая рука была недостаточно сильной, чтобы поднять тело.

Последняя теневая гадюка по-прежнему была окутана золотой пылью, представляя собой лёгкую цель. Арвин высунулся в пещеру и метнул свой кинжал. Он почти удивился, когда клинок пронзил гадюке голову. Кинжал был волшебным, но Арвин всё равно подозревал, что тот может просто пролететь насквозь, не причинив твари вреда. Гадюка забилась, потом обмякла.

Арвин призвал кинжал обратно в руку и стал ждать. Других теневых гадюк не появилось. Он подобрал шкатулку с верхней половиной Змеиного Круга и шагнул в пещеру. Просто чтобы убедиться, что в камне не прячутся новые стражи, он заставил своё сознание описать круг по залу. Ничего.

Не опуская кинжал, Арвин поспешил к телу Пакала. Он осторожно покосился на нависавшую над ним огромную змею. Неудивительно, что та не шевелилась; похоже, она уже много лет была мертва. Её тело было утыкано драгоценными камнями, самый крупный из которых — с огранкой в форме звезды — выпал и лежал на полу. Арвин подобрал его и улыбнулся, понимая, что усеянное драгоценностями тело чудовища стоит целого состояния. Но это могло подождать. Сейчас следовало заняться вещами поважнее.

Он сунул камень в карман, потом наклонился и перевернул Пакала. Лицо дварфа было серым, как каменный пол пещеры. Губы потемнели ещё сильнее, глаза были закрыты.

- Прости, - сказал Арвин телу. - Я пытался тебя предупредить, но...

Арвин решительно отбросил любые угрызения совести. Пакал мог бы помочь ему спасти Кэррелл. Вместо этого он решил помешать Арвину. Кровавая рана в плече юноши была тому свидетельством. Но даже несмотря на это, Арвин чувствовал за собой вину. Он сказал себе, что сейчас важна только Кэррелл, что дварф сам начал драку, но это не помогло.

Когда юноша подобрал нижнюю половину Змеиного Круга, на глаза навернулись слёзы облегчения. Наконец-то у него в руках оказались обе половины ключа, открывающего дверь в Смарагд. Он может спасти Кэррелл.

Но только если узнает, где находится дверь.

Или как использовать Змеиный Круг, если уж на то пошло.

Но об этом Арвин будет беспокоиться потом. Сейчас ему нужно было выбраться из пещеры и оказаться как можно дальше, прежде чем та летающая змея, которая выйдет из схватки победительницей — Тс'икил или Сибил — решит вернуться к утёсу. Он снова обернул артефакт фольгой и подобрал шкатулку. Та казалась достаточно крупной, чтобы вместить обе половины. Сунув их внутрь, Арвин услышал слабый шёпот.

Глаза Пакала были открыты. Он читал заклинание. Арвин вздрогнул, едва не выронив шкатулку.

- ...вместе, - прошептал дварф.

Арвин начал собирать энергию для новой псионической силы, но остановился, когда понял, что заклинание Пакала просто позволяло понимать его язык.

- Сложи... вместе, - повторил дварф. У него на лбу выступил пот — Пакал боролся с воздействием змеиного яда, пытаясь встать. Его речь была слабой.

- Сунь хвост... в голову. Так... уничтожить...

Его веки задрожали, потом сомкнулись. Тело обмякло.

Арвин прижал пальцы к шее дварфа. Там по-прежнему бился слабый пульс.

Юношу охватило облегчение. Несмотря на рану в плече, он не желал дварфу смерти.

- Я уничтожу его, - пообещал он. Потом беззвучно добавил: - После того, как спасу Кэррелл.

С этими словами Арвин встал. Он с сомнением посмотрел на Пакала, потом принял решение. Если он оставит Пакала здесь, дварф умрёт.

Он сунул шкатулку в рубаху, потом нагнулся и подхватил Пакала под плечи. Натужно всхрипнув, Арвин потащил дварфа в тоннель. Было очень сложно тащить спиной вперёд неподвижное тело по тоннелю. Левая рука по-прежнему болела от укуса гадюки Джуз'лы. Но в конце концов Арвин достиг первой пещеры. Он остановился и прислушался, прежде чем покинуть тоннель, но услышал только грохот реки внизу и крики обезьян в джунглях на противоположной стороне ущелья. Лоб перестал зудеть — хороший знак, поскольку это означало, что железная кобра не появится. Может быть, река наконец заставила её сдаться.

Он вытащил Пакала из тоннеля и какое-то мгновение пытался найти опору на крутом склоне. Он уложит дварфа у входа в пещеру, где его сможет найти Тс'икил, потом положит шкатулку в ранец, превратится в летающую змею и улетит отсюда. Арвин обогнул колонну, которая скрывала вход в тоннель.

С другой стороны колонны стоял человекопёс. Арвин едва успел удивлённо моргнуть, прежде чем крупные золотые глаза поймали его взгляд. Арвин отвернул голову в сторону и попытался поднять псионический щит, но было слишком поздно. Глаза закатились, тело обмякло, и его рот широко распахнулся в непроизвольном зевке. Он почувствовал, как Пакал выскользает из рук, затем его собственное тело грудой рухнуло на дварфа сверху.

Арвин проснулся рывком, сердце бешено колотилось. Человекопёс...

Арвин вскочил на ноги и выхватил кинжал. Он потряс головой, пытаясь избавиться от паутины сна, и окинул взглядом пещеру. Первое, что он увидел — лежавшего рядом Пакала. Следующим был валявшийся на спине человекопёс. Золотую шерсть у него на морде пятнала ярко-красная кровь; похоже, его что-то ударило по лбу с достаточной силой, чтобы проломить череп. На сталагмите рядом с ним было ещё больше крови.

Арвин хлопнул рукой по груди. Шкатулка, которую он сунул под рубаху, пропала. Его ранец по-прежнему лежал в углу. Тот, кто убил человекопса, забрал только Змеиный Круг. Арвину хотелось заплакать. Ключ к Смарагду был уже у него в руках, но в итоге его снова украли.

Кто? И откуда человекопёс знал, как найти Арвина?