Цветок Эридана (СИ) - Розалиска Лидия - Страница 105

Она толкнула очередную дверь и оказалась в богатой спальне, где царил интимный полумрак. На кровати ничком лежал молодой мужчина в тёмном кимоно. Услышав шаги, он поднял голову и улыбнулся.

При взгляде на него Диана остолбенела.

В девять утра, когда Её Величество ещё изволили почивать, во фрейлинскую явилась гофмейстерина. Девушки, которых одевали к завтраку, вскочили с мест и присели в низком поклоне.

− Доброе утро, миледи, − проскрипела Инсара, оглядывая каждую сквозь лорнет. − Госпожа Исона, с каких пор Вы используете пудру? Разве я не говорила Вам, что благовоспитанная дама лучше появится в обществе со своим нездоровым цветом лица, нежели прибегнет к помощи косметики?

− У меня царапины, − пыталась оправдаться Клерия.

− Пусть это послужит Вам уроком! Не будете получать царапин − не придётся стыдиться. А где же, с позволения сказать, миледи Саем? Госпожа ди Муян, Вы передали этой особе, что я собиралась обсудить с ней её поведение?

− Да, Ваша Милость.

− Тогда как она смеет отсутствовать! − взвилась Дора Инсара.

Девушки переглянулись, потом Элия тихо сказала:

− Сударыня, миледи Саем ещё не вставала.

− Какое нахальство! Кем она себя вообразила? Солнце давно поднялось, все порядочные люди уже на ногах, а она изволит спать, словно королева. Нет, определённо, пора положить конец этим выходкам.

Дора прошествовала к спальне Дианы и распахнула дверь, обводя взглядом царивший здесь беспорядок. Повсюду: на полу, на стульях, на столе − валялись одежда и косметика, недоеденные пирожные и фантики от конфет, на распахнутой дверце шкафа висели чулки, а возле кровати стояла бутылка с вином. Фрейлины столпились в дверях. Гофмейстерина подошла к постели и суровым жестом сдёрнула со спящей одеяло.

− Миледи Саем! Немедленно просыпайтесь!

Из подушек послышалось сонное ворчание, потом зевок; Диана нехотя приподняла голову и с трудом разлепила глаза.

− Кого там принесло?

− Демуазель! − вознегодовала гофмейстерина. − Следите за словами! Вы находитесь в королевском дворце, а не на постоялом дворе. Почему Вы до сих пор в постели?

− Потому что сплю, − проворчала девушка, шаря рукой в поисках покрывала.

− Встаньте на ноги, когда с Вами разговаривает старшая по званию дама. Существуют дворцовые правила, и они одинаковы для всех. Если каждая фрейлина станет до полудня валяться на ложе, это будет самый безалаберный королевский двор на свете. Поднимайтесь! − она вцепилась Диане в волосы и сдёрнула её с постели.

− Ай! Чёрт, больно же! − взвизгнула Диана, но Дора другой рукой врезала ей по губам.

− Что ещё за выраженья, дерзкая девчонка! Вы, как я смотрю, совершенно отбились от рук. В жизни не видела столь распущенных и безнравственных девиц, чей рот беспрестанно извергает хулу, достойную простонародья. По всей видимости, придётся приставить к Вам учителя словесности с розгой, который привил бы Вам желание выражаться нормальными словами, а не площадной бранью. А это что за бутылка? − Дора указала на вино трясущимся от омерзения пальцем. − Вы пьёте?! Какая безнравственность! Я и не подозревала, сколь глубоко Ваше моральное падение. Подобно дьяволу, Вы катитесь в глубины ада, отдаваясь всевозможным порокам: своеволие, распутство, пьянство, лень, лживость − вот Ваша сущность. Здесь даже этикет бессилен − Вам может помочь только монастырь. Я сегодня же приглашу священника, и он проведёт с Вами беседу о спасении души, а до тех пор Вы будете находиться под замком. Используйте это время, чтобы хорошенько подумать, как низко Вы пали. Да, и незамедлительно приберитесь в комнате!

Дора вышла из спальни и заперла дверь на ключ. Почтенная гофмейстерина находилась в таком негодовании, что немедленно обошла комнаты других фрейлин, придираясь к малейшему беспорядку и производя суровые внушения. Она так увлеклась, что пилила их почти полтора часа, пока не пришла распорядительница. За завтраком ни одна из девушек не притронулась к еде: все томились в ожидании новых проповедей Инсары, одна лишь королева была свежей и весёлой. Говорила она в основном с Лоритом, так как король Пирании сидел справа от неё. Окончив завтракать, главы государств вернулись в зал заседаний: предстояло пожать плоды вчерашних трудов и торжественно подписать торговые и политические соглашения, но прежде королева удалилась в небольшой будуар посовещаться с приближёнными. Она уселась на красивом стуле, все остальные стояли по разные стороны, лишь лорд Фин расхаживал по комнате туда-сюда.

− Вопросы, требующие немедленного обсуждения, − сказал советник, привычно заложив руки за спину. − Первое: должны ли мы поддержать экономическое эмбарго, наложенное на Китию Пиранией и союзными государствами. Император будет слёзно умолять Вас наложить вето, но не советую идти у него на поводу: нам не нужны осложнения с ведущими странами. Второе: безопасность Западного морского пути. Визит короля Хазара стал достоянием гласности, и Вы должны развеять сомнения и страхи наших гостей, ознакомив их с содержанием договора о контроле над проливами. Третье: нужно немедленно выяснить, зачем явился гебетский посол, поэтому я пригласил его прямо сюда.

Он щёлкнул пальцами, двери распахнулись, и в будуар вошёл лорд Орион. Присутствующие встретили его косыми взглядами, но это ничуть не смутило посла: он рассматривал принцессу с таким самодовольным видом, точно она сидела перед ним голой, а вокруг никого не было.

− Господин посол, вчера мы не смогли уделить Вам достаточно внимания, − выспренно проговорила Ева-Мария. − Какое дело привело Вас в наше скромное королевство?

− Ich kam, um das Geld zu bekommen, dicke Gelder, − послышалось в ответ.

Принцесса недовольно поморщилась:

− Говорите по-эридански! Нашему Величеству не подобает сидеть и переводить для каждого министра!

− Деньги, − повторил посол. − Я приехаль за годовая выплата. Эридан задолжать. Император делать война.

Его голос утонул в нарастающем гуле возмущения.

− Угрозы и вымогательства здесь неуместны, сударь, − напомнил прокурор.

− В казне нет денег! Всё потрачено! − истошным голосом завопил казначей.

− Договор не меняться. Эридан платить дань, − гнул своё Орион.

Придворные зашевелились, шёпотом совещаясь о чём-то, а Ева-Мария сжала пальцами ручки стула и выкрикнула:

− Мы расторгаем все соглашения с Гебетом! Передайте своему императору, что Гебетский контракт потерял силу, и отныне никаких выплат не будет!

− Aber erhielt dieser Beschluß die Bestätigung?92 − спросил посол, намекая на юридическое обоснование.

Королева повернула голову в сторону советника и, немного нервничая, уточнила:

− Лорд Фин, с этим ведь не возникнет затруднений?

− Нет, Ваше Величество, − канцлер-страж отвлёкся от слуги, который в это время что-то шептал ему в ухо. − Мне как раз доложили, что с минуты на минуту сюда доставят бумаги из сейфа Мокка. Предлагаю пока обсудить другие вопросы. Вы свободны, господин посол.

Лорд Орион поклонился королеве и скрылся за дверью. После его ухода в будуаре возникли вначале тихие, затем всё более оживлённые споры касательно ситуации с Китией, однако принцессе было не до них: ей не давало покоя смутное предчувствие какого-то неотвратимого и неприятного события. К моменту, когда в комнату внесли небольшой ящичек, королева едва сидела на стуле. Советник принялся копаться в бумагах. Его внимание привлекли пурпурные свитки со множеством печатей. На тонком пергаменте чётко проступали золотые буквы, складываясь в слова на двух языках − гебетском и эриданском. В первой части говорилось про выплаты, во второй было написано про брак с принцем Лотаром, оговаривался размер приданого, права супругов и права детей, если таковые родятся. От всего этого веяло такой неумолимостью, что королева совсем упала духом и потребовала немедленно зачитать вслух условия расторжения. Не обращая на неё внимания, лорд Фин протянул документ прокурору.

− Лорд Альмас, взгляните сюда. Как Вы это объясните?