Цветок Эридана (СИ) - Розалиска Лидия - Страница 29

− Я счастлив лицезреть Вас, бесподобная мадонна! − с пафосом воскликнул Лорит, расталкивая в обе стороны плотную массу зевак и почитателей.

Пока я ждал Вас, мне казалось,

Что все часы остановились,

И в ярком свете в зеркалах

Их стрелки молча отразились,

Но с Вашим появленьем здесь

Я свету приказал: "Погасни!",

Иначе он погас бы сам,

Стыдясь, что Вы его прекрасней!

Все зашептались, анализируя сказанное. Буквально через неделю вышеупомянутая фраза заняла первую позицию в театральных чартах Пирании, и юноши с романтическими голосами принялись твердить её со сцены на все лады. Королева, отвечая на его поклон, не могла удержаться от колкости и передразнила:

− Красавиц много на пути,

Но лишний пафос им не нужен −

Должны будильники идти,

Чтоб гости не проспали ужин.

Среди придворных пролетел веселый шепоток, а Лорит надулся:

− Вы разбиваете сердце бедного поэта, мадонна!

− Мы не имели намерения обидеть Вас, мессир Лорит. Наверное, нелегко жить с таким хрупким сердцем? − изысканным тоном осведомилась Ева-Мария.

− Она слишком долго молчала, − проворчал советник на ухо министру Томасу Лену.

− Вот так и портятся межгосударственные отношения, − недовольно закивал лорд Лен.

Но всё обошлось: Лорит выкрутился из смешного положения и предложил королеве руку, желая проводить её за стол. Та церемонно согласилась. Король с гордым видом повертел головой и вдруг заметил в зале новые лица.

− Весьма интересно, − Лорит громко фыркнул. − Мне не сказали, что здесь будут гости с острова Мроак.

− Король Хазар? Он приехал? − оживилась девушка.

− Если даже и приехал, то не представился мне, − съязвил Лорит. − Но какой-то верзила имеет наглость разглядывать Вас. Откровенно говоря, меня смущает присутствие столь сомнительных господ на Вашем празднике, мадонна.

− Понимаете, всё дело в безопасности границ.

− Границы? − бархатный взгляд короля изобразил удивление. − Значит, политическая ситуация внушает Вам опасения?

− Не будем о делах, мессир, − прощебетала принцесса, повиснув у него на локте. − Мы не хотим думать об этом, мы намерены веселиться и праздновать! Разделите с нами нашу радость!

− Конечно, мадонна! − Лорит приосанился и надменно посмотрел по сторонам. − Вы рождены, чтобы блистать!

− И властвовать! − добавила Ева-Мария, подняв указательный пальчик.

Король снисходительно рассмеялся.

Гости были приглашены к столу, и пока они рассаживались, новая королева успела пофлиртовать с двумя симпатичными принцами, разругаться с советником из-за сегодняшнего опоздания на церемонию, повздорить с Дианой Саем, узнать об изменениях в пиранийской системе наследования, обсудить фасон модных шапочек и т. д. Все были восхищены ей, и демуазель расцветала на глазах. Лорит ни на шаг не отставал от Её Величества; за столом он оказался сидящим справа и воспринял это как должное. Места слева тоже пустовали недолго: пока девушка, кокетливо улыбаясь, слушала болтовню Лорита, там расположились король Архипелага Дружбы Коан де Нэссаль и его бледная супруга Яшма Монро. Далеко на другом конце стола темнели одежды гостей из Мроака, а давешний незнакомец невозмутимо рассматривал её и Лорита. Он помнил её маленькой девочкой в чёрном платье, которая вырывалась и капризничала, не желая стоять тихо во время похорон. Прошли годы − за это время принцесса выросла и расцвела, превратившись из ребёнка в достойную внимания барышню. На её голове оказалась корона, а дураки вокруг неё по-прежнему ничего не понимали.

− Он продолжает смотреть на Вас! − сердито сказал Лорит.

Это не могло понравиться девушке, и она взмахом руки подозвала церемониймейстера. Лорд Барнетт возник над ней бесшумно и быстро, как тень.

− Мы желаем знать, кто смеет так непочтительно глазеть в нашу сторону! − громко произнесла она. Гости с любопытством затихли.

− Ваше Величество, это король Мроака! − шёпотом ответил Барнетт.

Ева-Мария была поражена:

− Как Вы догадались? Он в короне?

− Я осмелился уточнить у одного из сопровождающих, мадонна.

− А Вы не уточнили, почему данный господин одет во всё чёрное? − влез Лорит. − Быть может, мессир перепутал коронацию с погребальной церемонией?

Над столом пролетело нервное хихиканье, и все взгляды с любопытством обратились на Хазара.

− Мы желаем познакомиться с ним, − сказала принцесса. − Представьте нас после ужина и напомните мессиру о хороших манерах.

Под звон бокалов, шелест одежд и торжественные тосты в честь новой королевы церемониймейстер подошёл к мроаконцам и с низким поклоном обратился к королю. Тот ответил односложно и снова посмотрел на Еву-Марию своим холодным, непроницаемым взглядом. По окончании банкета он встал и вышел, ни разу не оглянувшись в сторону хозяйки торжества.

Королева в сопровождении фрейлин дефилировала по зале, принимая поздравления от иностранных дворов. Иногда она вспоминала о Хазаре и порывалась встретиться с ним, но Виктория Мокк каждый раз переключала внимание девушки на что-нибудь другое − то на незнакомого принца, то на принесённый десерт, поправляла ей локон или заводила разговор о нарядах.

Тем временем за окном стемнело. В зале сделалось весело и шумно, с балкона объявили начало танцев. Стали образовываться пары для полонеза. Мессир Лорит раскланялся с королевой и завладел её рукой. Залу наполнили торжественные звуки музыки, лицо Евы-Марии засияло, и она грациозно скользнула по паркету. Король и королева составили первую пару, за ними шли почтенные и сановитые гости, фрейлины и молодёжь находились ближе к концу. Миледи Мокк, обычно исчезавшая из зала к началу танцев, теперь была вынуждена оставаться на виду − она танцевала со своим отцом, и весь танец они беседовали о государственных делах. Перед красавицей Дианой возник вначале Ральф де Випонт − как всегда, пьяный и до противности развязный, но она ловко отделалась от принца и приняла приглашение архипелаговского лорда. Отвергнутый Ральф попытался пригласить пару принцесс, но и тут потерпел неудачу; слоняясь по залу, он случайно наткнулся на Клерию Исону, смущённо жавшуюся к колонне, и не замедлил распушить перед ней павлиний хвост. Стелла ди Муян была приглашена неким Ливери Шеном, представителем Острова Свободы, о чём горько сожалела уже в начале танца, так как невоспитанный республиканец без конца наступал ей на ноги и платье, вертел лохматой головой и разглагольствовал о коммунизме. Куколка Элиза Торн сразу же была высоко оценена экспертами, и её партнёром стал принц Гнейс из Доса, младший брат Лорита, прыщавый юноша с вытянутым унылым лицом. Даже гофмейстерина в этот вечер не стояла у стенки − она танцевала с господином прокурором. Оба были облачены в чопорные чёрные одежды и важно плыли по залу, подавая пример молодёжи. Мроаконцы по-прежнему отсутствовали, и про них все забыли.

Нет, не все.

От мраморной колонны со вздохом отделилась девичья фигура. Яркий бархат и блеск драгоценных камней влекли к ней многочисленных поклонников, но Фатжона словно не замечала их: сегодня она желала видеть только одного, а он не приехал. На сердце у неё было неспокойно.

Фланируя по зале, она заметила, как слуга вынес из комнаты огромный поднос с дочиста обглоданными костями и тремя пустыми графинами. Даирка заглянула внутрь и столкнулась с молодым парнем в чёрном плаще из акульей кожи.

− Сюда нельзя, − на ломаном эриданском сказал он.

− Почему? Запретная зона? − девушка игриво коснулась его живота. Бедняга, как он покраснел!

− Халдор занят, − ответил юноша, пятясь, как от чумной.

− S kem ty tam treplesh'sya, Neay? − раздалось из комнаты, и Фатжона, пользуясь замешательством охранника, проскользнула внутрь. В тот же миг грубая рука перехватила её поперёк тела, а к горлу прижалось что-то холодное.

− Uberi oruzhie, − велел человек лет сорока. Он сидел на диване в центре комнаты и куском кожи очищал большой нож. − Тебя прислала королева?