Цветок Эридана (СИ) - Розалиска Лидия - Страница 5

Ева-Мария в очередной раз обновила наряд и притягивала к себе взгляды мужчин. Сейчас она была в атласном бальном платье цвета лаванды, богато украшенном жемчужной вышивкой. На ней были длинные перчатки с петелькой на среднем пальце и бальные туфли без каблуков − в такой обуви она казалась совсем маленькой. Волосы девушки были убраны в высокий плотный узел и закрыты сеткой, чтобы не мешали во время танцев, лоб пересекала бриллиантовая фероньерка. Её прелестная спина была наполовину оголена, что вообще-то запрещалось этикетом, и алчущий взор посла дорисовал остальное.

Красавчик король грациозно поклонился и прильнул к руке принцессы в долгом томном поцелуе. Ева-Мария зарделась. Она была так прекрасна, что сердце Гована сладко застучало, а ноги сами двинулись в ту сторону.

Девушка повернулась на звук шагов.

− Это я, принцесса, − поспешно произнёс мроаконец.

− Что значит "я"? − жёлчно проскрипела гофмейстерина. − Вас не учили представляться? И разве Вы не знаете, юноша, что нельзя первым заговаривать с королевской особой, а тем более подходить без разрешения, а ещё более того − вклиниваться в чужую беседу? Здесь Вам не дикарский Мроак.

− Пусть подойдёт, − велела Ева-Мария. − Мессир Лорит, позвольте Вам представить милорда Гована, посла королевства Мроак. Господин посол прибыл в столицу сегодня днём и удачно сорвал одно нуднейшее заседание.

Лорит изящно развернулся на каблуках и одарил посла лёгким кивком. Гован с непроницаемым видом кивнул в ответ. Гофмейстерина просверлила его враждебным взором. Гован шаркнул ножкой. Было забавно наблюдать, как атлетически сложенный чужеземец упражняется в придворных поклонах, но пожилая леди лишь поджала губы и с презрением отвернулась в сторону.

Мессир Лорит явно тяготился присутствием посла, и его можно было понять: только что он целиком владел вниманием принцессы, расточал комплименты и даже был удостоен поцелуя ручки, а ему навязали сомнительное знакомство с каким-то варваром. Разговор не клеился. Церемониймейстер возвестил о начале пиранийского вальса.

− Mon âme tremble dans l'attente de la béatitude…1 − начал было Лорит.

− Не хотите поговорить о Мроаке? − одновременно с ним произнёс Гован. Он не рассчитывал на согласие, но, как говорится, чем чёрт не шутит. И чёрт, в отличие от бога, не подвёл: демуазель благосклонно улыбнулась и подала ему руку.

Краем глаза Гован увидел, как отвисает челюсть у короля Пирании. Провожаемые множеством завистливых взоров, они направились к центральному балкону.

− Вы подвернулись весьма кстати! − заметила Ева-Мария, когда они отошли подальше. − Нам до смерти надоело вальсировать с Лоритом. Он мнит себя необыкновенным танцором, а потом целый час желает слушать восхищения.

− Значит, я лишил его веселья?

− О да! Сейчас он, должно быть, страшно зол, но Вы не бойтесь.

− Я ничего не боюсь − любого вызову на бой.

− Звучит как хвастовство, − поддразнила принцесса. − Битвы в будуарах отличаются от тех, к которым Вы привыкли, сударь.

Гован не смутился.

− Даже если он смажет лезвие ножа ядом, как трус, это его не спасёт.

− Да о чём Вы! − Ева-Мария пренебрежительно отмахнулась. − Какие ножи! Мы выслушаем несколько стонов и жалоб, и король забудет обо всём при виде нашей улыбки.

− Её я тоже присвою, − дерзко сказал мроаконец.

Похотливые фантазии затуманили его воображение; в безотчётном порыве он наклонился и прошептал ей в ухо:

− В моих краях не принято выражать восхищение, но красота синьоры согреет даже камни. Рядом со мной Вы не будете знать тревог, принцесса. Отдайте мне своё сердце, а я положу к Вашим ногам весь Мроак.

− Вы? − принцесса отодвинулась. − Интересно, в Мроаке у всех мужчин такой наглый язык? Что если мы прикажем отрубить Вам голову?

− Головы послов служат хорошим поводом начать войну, − усмехнулся Гован.

Ева-Мария была раздосадована:

− Так Вы ради войны сюда приехали?

− Халдор хочет мира. Можем заключить союз и торговать через западные проливы; можем вместе строить. Откройте порты для наших кораблей, и никто не посмеет напасть на Эридан.

− Всего-то? − принцесса повернулась к нему: на лице у неё было написано недоверие. − Не впутывайте нас в свои пиратские замыслы! Вместо того чтобы вести торговлю, вы всегда напали на другие государства.

− Торговать с нами никто не хочет, а враждуем мы только с Гебетом.

− Неправда! До нас дошли слухи, будто вы и наши караваны разоряете. Передайте своему королю, что нам хотелось бы иметь меньше огорчений на сей счёт, − Ева-Мария приникла к перилам и наклонилась вперёд, вслушиваясь в лепет ветра; внизу мелькали беспечные огни города, которые она не могла видеть. Посол стоял рядом и, забыв о вежливости, в упор глядел на неё: сейчас он был рад, что эта невероятно красивая девочка не видит его кривой ухмылки и сожалеющего взгляда. Что за нелепая выходка природы − сделать её слепой!

− Жизнь в Мроаке сурова, − помедлив, сказал он. − Надо как-то выкручиваться. Но ни один снеккар не тронет тех, кто идёт под эриданским флагом − это обещание халдора.

− Как мило! И мы должны поверить? − фыркнула девушка.

− Вы можете путешествовать под мроаконским флагом, если станете моей королевой.

− Довольно! − высокомерно бросила она. − Вы нам не ровня. Такие как Вы недостойны даже мечтать о нашей милости.

Кровь бросилась в лицо мроаконцу, и он схватил принцессу за руку.

− Значит, я слишком плох для слепой? — хрипло выговорил он.

− Мы отказали пяти принцам и трём королям, а Вы всего-навсего посол, и не извольте забываться, − изрекла демуазель, изящно отклоняясь в сторону.

Эта фраза отрезвила его, как пощёчина, и, смущённый своим безрассудством, он отступил на шаг назад. Ева-Мария тут же упорхнула в зал. Гован последовал за ней: взгляд его был прикован к прелестной беззащитной шейке, а мысли затягивались вокруг, подобно верёвке. Гости почтительно расступались перед парой.

− Вы так тяжело дышите, неужели запыхались? − внезапно остановилась Ева-Мария.

− У вас тут жарковато.

− Ах, бедненький! − хихикнула принцесса. − Помахать на Вас веером?

Мроаконец покраснел: ему чудилось, что девушка издевается над ним. Сверху объявили эриданский вальс.

− Разрешите Вас на вальс, о прекрасная принцесса! − неожиданно прозвучало над самым ухом. Ева-Мария в испуге отшатнулась.

− Кузен! Что за гадкая привычка выкрикивать из-за спины! Вы нас до смерти испугали! − недовольно произнесла она.

− Это чтобы Вы лучше слышали меня, несравненная монна, − между Гованом и девушкой вклинился развязный молодой блондинчик, судя по костюму и регалиям, принц с Архипелага Дружбы. − Ну, так что, где Ваша ручка? Иль я опять не в фаворе?

− Сожалеем, мсьё, этот танец уже обещан лорду Алголю, − ледяным тоном отказала она.

− Да бросьте, его всё равно тут нет, зато есть я − молодой и красивый, − не отставал назойливый поклонник.

− И хоть бы слово правды среди трезвона и бахвальства!

− Дорогая кузина, лорду впору не вальсы танцевать, а жонглировать пушечными ядрами. Какой из него кавалер? Он всего-навсего неуклюжий вояка.

− А Вы клоун, дорогой кузен, Ваше место в цирке!

− Гы-гы-гы! Нет, я придворный фокусник. Я знаю фокус с яйцами, его очень ценят почтенные леди. Желаете демонстрацию?

− Монсеньор, лучше помолчите! Ваши шутки сегодня крайне убоги!

− Я остроумен как никогда на этом сборище зануд и праведников.

− Ваше "остроумие" такое плоское, мсьё де Випонт! Прочь!

− Ладно, чёрт с ним, с вальсом, но мазурку Ваше Высочество, надеюсь, может мне пообещать?

− И не мечтайте!

− Да что ж такое! Почему бы не помечтать?

− Потому что Вы надоели нам своей развязностью, кузен.

К ним подошёл высокий человек с военной выправкой, которую не мог скрыть никакой штатский костюм, и Ева-Мария отправилась танцевать.

− Мы очень рады, что Вы нашли время посетить наш праздник, лорд Алголь, − церемонно сказала девушка своему кавалеру.