Цветок Эридана (СИ) - Розалиска Лидия - Страница 79

− О всяких! Подобно Вам, господин Мокк неоднократно получал от нас предупреждения, но упорно игнорировал их, чем истощил наше августейшее терпение, за что и был смещён с поста.

− Я так и думал, − с сарказмом ответил министр.

− Господин Мокк обвиняется в ведении антигосударственной политики и причастности к ряду преступлений, − тихим бесцветным голосом произнёс лорд Фин, хранивший молчание во время их перепалки.

− Господин канцлер-страж, − Лен повернулся к начальнику канцелярии и поглядел на него в высшей степени недружелюбно. − У Вас есть доказательства? Нет? Тогда, полагаю, господина Мокка следует немедленно освободить из-под стражи. Кроме того, займитесь наконец поисками его дочери: она три дня как пропала, а вам и дела нет.

− Вы что, опекун миледи Мокк? − высокомерно перебила Ева-Мария.

− Я проявляю интерес к судьбе несчастной девушки, чья единственная вина, по всей видимости, состоит в том, что она дочь своего отца.

− Виктория Мокк обвиняется в обмане, злоупотреблении полномочиями и пособничестве делам советника. Установлено, что она самовольно покинула дворец, после того как своими действиями едва не спровоцировала межгосударственный конфликт, − опять проговорил канцлер-страж.

− Господин Фин, − язвительно сказал министр внутренних дел, − теперь я понимаю, зачем Вы вошли в этот кабинет. Без Вас Её Величеству было бы весьма неудобно отвечать на мои вопросы.

− Пока что я слышу от Вас только безосновательные обвинения в адрес королевы и ни одного конкретного предложения по улучшению ситуации, − Фин взглянул на министра своим пронзительным взглядом, от которого даже Лену, при всей его спеси, сделалось неуютно.

− Прямо-таки безосновательные? − сановник так и брызгал жёлчью. − Смею напомнить, что принцесса шлёпала королевскую печать на что попало, не особенно вникая в суть дела; в итоге экономика затрещала по швам и казна опустела. Пришлось занимать деньги у других королевств, чтоб хоть как-то преодолеть кризис.

− Сами заняли, а теперь обвиняют нас! − обиженно вмешалась Ева-Мария.

− Кто, вместо того чтобы взяться за ум, растратил казну на праздники, развлечения и красивые платья?

− Только не надо говорить, что дефицит казны произошёл от покупки наших платьев! − вознегодовала принцесса.

− Не угодно ль Вашему Величеству назвать иные причины?

− Угодно! Всему виной ваши глупость и чванство! − не задумываясь выпалила королева.

− Глупость и чванство − согласен, но никак не мои.

− А чьи же? − спросила демуазель, изрядно покраснев.

− Полагаю, ответ на этот вопрос очевиден, Ваше Величество, − с сарказмом ответил министр.

− Лорд Лен, не кажется ли Вам, что Вы бесконечно забылись в своём обращении с нами?

− Мадонна, я полагаю, всякий заслуживает того обращения, которое получает.

В кабинете воцарилось тяжёлое молчание. Томас Лен озирал что-то на потолке, канцлер-страж не шевелился, полузакрыв глаза, а королева от возмущения потеряла дар речи. Наконец, её рука потянулась к колокольчику.

Через минуту в дверь тихонько просочился Вольф Росс, секретарь королевы.

− Ваше Величество изволили звать меня? − робко осведомился он. − О, господин министр… Господин канцлер-страж… Простите, я не знал, что вы беседуете. Прошу меня извинить, − он начал исчезать из кабинета, но девушка сердито обронила:

− Милорд Росс, проследите, чтоб господин Лен сегодня же покинул столицу в обговорённом направлении. Подготовьте бумаги о наложении ареста на имущество господина Лена до истечения срока ссылки. Пост министра внутренних дел отныне займёт господин Банс, а главным государственным советником назначается лорд Фин.

− Мадонна, Вы ведь хотели назначить лорда Виллярса, − секретарь выронил из рук папку, а канцлер-страж вышел из своего странного состояния и поклонился в сторону королевы. Губы его даже изобразили какое-то подобие улыбки.

− Выполняйте! И позовите стражу!

Росс испарился, забыв про папку. Побледневший лорд Лен с намерением возразить что-то вскочил из-за стола так резко, что опрокинул графин с водой. Слова возмущения застыли у него на языке, и вместо этого он пробормотал:

− Простите, это вышло случайно.

Королева, чувствуя, как жидкость растекается по столу, отдёрнула руку. Появилась стража, бывший министр без лишних вопросов был выведен из кабинета. Он мог бы молить о прощении или осыпать Еву-Марию упрёками, но даже сейчас Лен был настолько горд, что не сказал ни единого слова и вышел с таким видом, точно единственным королём в этой комнате был именно он. Камердинер неслышно прикрыл за ним двери.

− Вот и получил, что причиталось, − сказал канцлер-страж, проводив Лена взглядом, и королева услышала кашляющий смешок.

Продолжая смеяться, Фин сел на стул и провёл пятернёй по голове, приглаживая и без того прилизанные волосы. Ева-Мария в молчании вынула платок, чтоб вытереть пальцы. Смех мужчины резко оборвался.

− Вы нездоровы, мадонна?

Королева вздрогнула от неожиданности.

− Почему Вы так думаете, лорд Фин?

− На Вашем платке кровь.

Девушка машинально сжала пальцы. Тонкая белая ткань, слегка измятая, в самом деле была покрыта буровато-красными пятнами. Впрочем, принцесса тут же вспомнила про эпизод в саду и покраснела.

− Это не наш платок, − в отчаянии произнесла она, но пожалела об этом: Фин привстал с места, а его глаза впились в принцессу, как два буравчика.

− Не Ваш? Тогда чей? И как он очутился у Вас в кармане?

− Наверное, его подала одна из фрейлин, − еле выговорила королева, моля бога, чтобы Фин не знал, о какой "фрейлине" идёт речь. Одновременно с этим её посетила странная мысль, что безопасней иметь рядом целую толпу Мокков и Ленов, чем одного этого человека.

− Я не вижу герба! − резко заметил Фин. − Дайте сюда платок, мадонна.

Негнущимися пальцами Ева-Мария смяла аксессуар и торопливо сунула в декольте.

− Мы не понимаем, отчего Вы так разволновались, лорд Фин, − она пыталась казаться спокойной. − Это всего лишь деталь туалета.

− Он может быть отравлен, − канцлер-страж уже стоял над девушкой и нетерпеливо заглядывал туда, где виднелся кончик платка. Принцесса стала бордовой.

− Господин канцлер-страж, не могли бы Вы сесть на место? − надменно попросила она. − Вы, кажется, обещали раскрыть тайну вчерашнего происшествия.

Фин подчинился, но сел он не на стул, а в кресло, где до этого сидел министр.

− Действительно, − кивнул он. − Я нашёл разгадку, посетив галереи, где за день до этого кто-то разрисовал портреты. Делу нашлись свидетели. Во время карнавала, который преподнёс нам немало сюрпризов, я разыскал подозреваемых. Они были взяты под стражу и поначалу всё отрицали, но потом сознались как миленькие.

− Они? − переспросила Ева-Мария, хмуря брови.

− Республиканцы. Я сразу предполагал, что злоумышленников было как минимум двое − так и оказалось. Нужно припугнуть их и без шума выслать из столицы. Но, − не дав королеве опомниться, продолжал он, − предлагаю сейчас поговорить о другом, мадонна, а именно: решить судьбу экс-советника Мокка.

− Мы рады, что он перестал докучать нам.

− Вокруг его ареста плетутся интриги, они могут повредить Вам и королевству. Если лорду Мокку в ближайшее время не будет выдвинуто обвинение, придётся отпустить его на свободу.

− Но Вы же сами сказали, что Мокк виновен в государственной измене! − воскликнула девушка.

− Априорно. Доказательствами я не располагаю. Единственное, что сейчас есть против Мокка − косвенные улики в пособничестве Гебету.

− Лорд Фин, а если никакой измены не было? − возмущённо выпрямилась девушка. − Неужели придётся восстановить его в должности?

− Должность теперь занята, − пожал плечом канцлер-страж. − Давайте подумаем, что делать с обвиняемым. Государственным преступникам положена казнь, но тогда армия сочувствующих получит отличный повод для нападок на Вашу особу. Вы же знаете, что советника поддерживали многие аристократы и члены правительства?