Маленькое красное платье: Вызов судьбе - Лем Эля - Страница 6

Ноги против собственной воли понесли ее туда, где на полке для обуви стояла коробка с туфлями — подарок матери. Это были классические лодочки с высокой тонкой шпилькой. Нинке, в жизни не носившей туфли на высоком каблуке, эта шпилька казалась Эйфелевой башней.

И все же она запустила ступни в суперобувь и осторожно прошлась по паркету. Странно: ей было так надежно и удобно, как будто она ходила в этих туфельках всю жизнь. Она снова уставилась на себя в зеркало и облизнула губы. Жаль, помады нет. С помадой она бы выглядела ярче и сексуальнее. Хотя куда уж сексуальнее? Нинка опять взлохматила волосы, подмигнула самой себе, встала, выставив вперед правое колено и откинув назад левое бедро, слегка наклонилась, затем игриво прижала палец к губам. Поза для многочисленных фотографов. Она откровенно кокетничала с зеркалом.

Так-с… Чего-то не хватает. Ну конечно, в платье, на каблуках — и без колготок!

Колготки нашлись быстро. Вернее, не колготки, а чулочки. Чего-чего, а этого добра у нее хватало. Нинка сама не понимала, для чего покупает их, однако же делала это исправно.

Она выбрала «Леванте», цвет загара, натянула чулки с широкими узорными резинками и снова посовещалась с зеркалом. Ну вот, теперь все в порядке. Нинка потянулась, зевнув во весь рот, и удивилась: даже такой, с распахнутым ртом, обнажающим гланды, она выглядела очень… Как-то сексуально-непристойно…

Жар прилил к ее щекам. «Хватит иллюзий!» — решила она и попробовала стянуть с себя платье. Но оно не желало сниматься, прильнув к ее телу каждой ниточкой. Нинка бросила еще один взгляд в зеркало, довольно рассмеялась и подумала, что с удовольствием сейчас глотнула бы мартини и выкурила бы сигарету. Еще не успев испугаться пришедших откуда-то чужих мыслей, она услышала звонок мобильного. Чуть раньше, ожидая этого звонка, Нинка собиралась спрятаться, соврать, что телефон разрядился или что она уснула. Короче, готова была соврать, даже зная, что Ирма этому вранью не поверит. Но теперь она нажала кнопку связи и услышала вопли подруги:

— Сколько можно ждать? Мы же договорились, что в восемь ты уже у подъезда!

— Иду, — спокойно ответила Нинка.

Она не понимала, что с нею происходит. Но вот удивление: куда-то ушли все ее страхи. Она уже не боялась встречи с бывшими соучениками. Какое-то даже высокомерное спокойствие нашептывало ей: посмотри на себя, ты же красавица! Чего тебе бояться? К тому же Антон… Он будет без своей пресловутой Валентины!

Нинка, все еще пребывая в шоке от такого крутого поворота событий, надела пальто, закрыла квартиру и вышла на лестничную клетку в туфельках. Конечно, на улице в конце октября прохладно и грязно, да и снег неожиданно выпал вчера. Но ее ведь доставят на машине. Туда — Виталик, обратно — либо он же, либо такси. Ирма не поедет на метро, это и дураку понятно. А она — с Ирмой.

Нина спустилась к машине, открыла дверцу и уселась сзади.

— Привет, — равнодушно бросила она Виталику и улыбнулась подруге.

— Слушай, у тебя новая прическа? — воодушевилась та. — Покрасила волосы?

— Нет. Она их помыла, — заржал грубиян Виталик.

— Почти угадал, — неодобрительно покосилась на него Нинка. — Я просто их уложила по-другому.

— Точно не красила? — почему-то не успокаивалась Ирма. — Странно…

Нинка бросила взгляд в зеркальце заднего обзора. Ну, в общем, действительно странно: ее волосы, всегда белесые, словно пережженные перекисью водорода, сейчас обрели вид натуральных белокурых локонов. Впрочем, что удивительного? В компании с таким платьем волосы и не могут выглядеть по-другому, они должны держать марку!

— Останови здесь на минутку, пожалуйста, — неожиданно для себя попросила Нинка, когда они проезжали мимо многоэтажного магазина, настоящего женского рая, заполненного косметикой и парфюмерией. — Я скоро, — сказала она Ирме и выскочила из машины.

Нинка не раз видела через стекла этого магазина, как хорошенькие и не очень девушки пробуют на себе здесь новые тени, помаду, как прыскают на запястья духами и пытаются понять, подходит им запах или нет. Сама она никогда не заходила в это царство девичьих грез. Не видела надобности. Но вот сегодня, сейчас она совершенно ясно поняла, что ей просто необходимо сюда заскочить. Зачем? Эта версия пока еще не была отработана ею до конца. Нинка доверилась собственной интуиции и, торопясь, буквально ворвалась в магазин. Прямо к стойке с помадами. Оказавшись здесь впервые, она тем не менее точно знала, где и что расположено: стекла в магазине мыли тщательно.

В руки сам собой упал пробник помады — ядовито-красной, под цвет платья. Нинка задумчиво уставилась на него и ясно представила себя с красными губищами. Нет, не подходит. Эффект красного платья будет смазан напрочь дешевой мазней на губах. И хотя помада стоит приличных денег, все равно красное с красным выглядит дешево. Она рассеянно окинула взглядом соседние прилавки. Ага, вот! Блеск для губ — во всем разнообразии оттенков и колера. Нинка уверенно взяла бледно-розовый и тут же перед зеркалом, сначала брезгливо пройдясь промокашкой из стаканчика по мягкому валику, нанесла блеск на губы. Нет, не подходит. Какой-то безжизненный.

— Попробуйте этот. — Продавщица, наблюдавшая за Нинкой, протянула ей другой тюбик, совершенно прозрачный.

— Но он же бесцветный.

— Попробуйте, — загадочно улыбнулась тоненькая девочка с карими, влажными, словно у коровы, глазами. — Вам пойдет. У вас слишком яркая внешность: золотой тон волос, голубые глаза. Ресницы еще подкрасите… Нет, любой оттенок, кроме разве что пастельного, будет смотреться пошло. Но сегодня пастельный вам не подойдет. — Она кивнула на платье, нахально выглядывающее из-под пальто. — Торжество?

Нинка не удостоила ее ответом. Взяла прозрачный тюбик, наугад схватила ближайшую тушь, прошла к кассе, расплатилась, а потом вернулась к зеркалу и щедро смазала губы и накрасила ресницы.

Продавщица оказалась права. Блеск придал ей ухоженный и дорогой вид, а увеличенные в объеме ресницы смотрелись просто великолепно. Нинка порадовалась за себя и уже было направилась к двери, как вдруг вспомнила, что настоящая женщина должна пахнуть духами, а не крошечной конторкой видеопроката.

Ей пришлось подняться на два этажа выше. Она знала, какие духи ей нужны, знала их название. Однажды их использовала Ирма, и Нинка навсегда влюбилась в этот запах — пряный, одновременно сладкий и свежий, хмельной, вызывающий приятное головокружение.

Ей повезло. Даже не пришлось спрашивать у консультантов, где стоит заветный аромат. Темно-бордовая коробочка сразу же бросилась в глаза. Нинка взглянула на ценник и вздохнула. А потом взяла тестер и брызнула пару раз — на шею и запястья. Не удержалась и щелкнула пульверизатором в третий раз, оросив волосы.

Потом спустилась на первый этаж, спокойно вышла из магазина, заметив мужской интерес охранника, и уселась в джип. Теперь она была готова показаться Антону. И даже составить конкуренцию его жене — красивой хрупкой блондинке.

Ирма почему-то притихла, а Виталик бросал частые взгляды на Нинку в зеркало. Она же, в облаке божественного аромата и своей новой безмятежности, безучастно смотрела в окно. Ей тоже не хотелось разговаривать. Она скоро увидит Антона, и ей надо подготовиться.

В мечтах Нинка часто представляла эту встречу. Она блистала остроумием, покоряла его, и Антон оказывался полностью подвластен ее чарам. Но она всегда осознавала, что все это ей либо снится, либо рисуется в мечтах, а наяву подобное попросту невозможно. Этого не может быть, потому что не может быть никогда. Но вот именно сейчас Нинка уже не была так в этом уверена.

«А почему бы, собственно, и нет? Я привлекательна. Вон Виталик на дорогу смотреть перестал. Антон — чертовски привлекателен. Почему мы не можем быть вместе?»

И лишь когда они уже подъехали к школе, Нинка снова вспомнила про жену Антона. Но это воспоминание отнюдь не омрачило ей настроение. Жена — не стена, можно и подвинуть, лениво размышляла она, удивляясь, почему эта простая истина не приходила ей в голову раньше.