Маленькое красное платье: Вызов судьбе - Лем Эля - Страница 9

— Вы сегодня королева бала, — улыбнулся учитель. — Здорово же вы всех поразили.

— Правда? Я не заметила, — небрежно соврала Нинка, не уставая удивляться, как ей с ним легко.

А ведь совсем недавно она встретила Артема Николаевича на улице. Он шел прямо ей навстречу. Она хотела быстренько сбежать в другую сторону, но он уже был слишком близко. Нинка в страхе прикрыла глаза, надеясь, что он ее не заметит, но он скользнул взглядом по ее лицу и прошел мимо. Просто не узнал. Или, скорее, не запомнил. А почему он должен ее помнить, эту безликую девушку, которая на уроках физкультуры отсиживалась на скамейке?

Теперь она отыграется за тот случай. Сегодня ее день, и она накажет всех обидчиков.

— Жаль, что вас я поразить не смогла, — улыбнулась она. — По крайней мере, около месяца назад вы меня не узнали!

— Не может быть, — покачал головой Артем Николаевич, на несколько секунд даже прервав их танец. — Я не мог вас не узнать, Нина! Вы ошибаетесь.

— А вот и нет! Вы шли по Большой Андроньевской улице, держали под мышкой какую-то папку…

— Да, было такое, — воззрился он на нее. — Я как раз относил чертежи архитектору… Но как же я мог вас не узнать? Скорее всего, не увидел! А почему вы ко мне не подошли?

— Зачем? Кстати, вы меня видели, но прошли мимо. А что за архитектор? Вы что-то строите?

— Понял! — вдруг воскликнул Артем так громко, что ближайшие к ним пары вздрогнули. — Я тогда просто разбил по дороге очки и толком ничего не видел, даже по улице чуть ли не на ощупь шел!

— А как же вы сейчас без очков? — ехидно поинтересовалась девушка, заметив, что Артем не ответил на ее вопрос насчет архитектора. Но переспрашивать не стала.

— А сейчас я в контактных линзах, — усмехнулся он. — Прогресс, Ниночка, наконец-то дошел и до меня. Мама все говорила, что я как мастодонт, несколько лет пыталась убедить, что линзы гораздо удобнее. И вот наконец убедила.

— Ну, слава богу, разобрались… — Нинка вдруг почувствовала, что у нее словно камень с души свалился. Почему-то ей стало приятно, что он попросту не разглядел ее лица. — Спасибо за танец, Артем Николаевич.

— Это я должен говорить спасибо. — Он церемонно поклонился и подвел Нинку к ее столику.

Одноклассники разбрелись. Кто-то пересел, большая часть разбилась на группки, а кто-то продолжал танцевать, теперь уже под старые, знакомые со школы попсовые песенки.

«Посмотри в глаза, я хочу сказать, я забуду тебя, я не буду рыдать…» — пела Ветлицкая. Нинка хмыкнула. Слишком много «я».

Она взяла бокал с шампанским и сделала глоток, прежде чем почувствовала, как чьи-то ладони обхватывают ее глаза.

— Антон, — безошибочно угадала она. — Не размазывай мне тушь. Пожалуйста.

— Нин, я что-то не понял… — Расстроенный Антон наклонился к ней очень близко, чтобы громкая музыка не заглушила его слов. — Ты со мной или как?

— С тобой, конечно! — Нинка стрельнула в него лукавым взглядом.

Почему-то Антону ей тоже хотелось досадить. Да, она была в восторге оттого, что он наконец-то разглядел ее и заметил, что явно неравнодушен к ней и не стесняется этого. Но ведь он многие годы игнорировал ее! Так что терпение, дорогой! Тебе тоже придется немного помучиться. Нинка обвела глазами зал. Она должна заставить Антона ревновать, заставить почувствовать все, что чувствовала она, когда в школе он не обращал на нее никакого внимания, а потом женился на другой женщине.

Она увидела Темникову, которая кокетливо поправляла голубое платье, разговаривая с каким-то мужчиной. Нинке была видна только его спина. Невдалеке Ирма танцевала в паре с незнакомым Нинке молодым человеком, но смотрела на нее. И взгляд был недобрым. Нинка усмехнулась и отвернулась.

— Ты женат, Антоша?

— Я? — Он поперхнулся шоколадкой и испачкал себе уголок рта. — Нет. С чего ты взяла?

И зачем он лжет? Ну, женился на дочери какого-то там высокопоставленного чиновника, ну, попытался потом вроде бы развестись, ну, не удалась попытка. Видимо, тесть крепко прижал зятя. (Она знала обо всем этом от Ирмы.) Пыжиться и лезть вон из кожи, пытаясь доказать обратное, довольно глупо.

Наверное, Антон прочитал все это в Нинкиных глазах, потому что внезапно сник и признался:

— Ты права. Я женат. Удивительно, что сам об этом забываю…

Нинка вздохнула:

— Ты с ней не живешь. Женаты вы лишь номинально. Но ты ее не можешь бросить, потому что она то ли тяжело больна, то ли беременна, то ли у вас подрастают дети, которых ты не можешь оставить, то ли потому, что все имущество записано на нее.

— Откуда ты знаешь? — поразился Антон.

— Все это написано в любом женском романе, — снова вздохнула Нинка.

Ее больше не интересовало семейное положение Антона. И сам он — в качестве романтического героя. Ей хотелось сейчас совсем другого — не идиотских разговоров, а горячего, грубого, прямо-таки жгучего секса.

Антон, наверное, почувствовал что-то и, приобняв ее, как бы нечаянно сжал ее грудь.

Она чуть не задохнулась. Желание пронзило ее тело, проникая в самые дальние, потаенные его уголки. Ее захватили новые эмоции и доселе не испытанные ощущения. Она страстно жаждала продолжения.

— Сбежим отсюда? — шепнула Нинка Антону на ухо и красноречиво облизала губы, так, чтобы у него не оставалось сомнений, ЗАЧЕМ они убегут с вечера.

На верхней губе Антона выступили бисеринки пота. Он открыл рот, чтобы ответить, но тут у него зазвонил мобильный телефон.

— Жена, — извиняющимся тоном выдохнул он и отошел в сторону.

Но она не могла ждать. Справилась с дыханием, окинула презрительным взглядом кучку бывших одноклассниц, самозабвенно сплетничающих в уголке, и наткнулась на взгляд Артема. Вот кто ей нужен!

Не сознавая, что делает, Нинка направилась к нему, на ходу поправляя платье. Вернее, слегка приподнимая его вверх.

— Представьте, — сказала она, — я десять лет не видела спортивного зала! А ведь просидела на одной скамейке все школьные годы. Хочу с ней повидаться. У вас есть ключ от спортзала? Лучше всего — пойдемте вместе!

— Хорошо, — слегка удивился бывший Нинкин учитель и направился вместе с ней к выходу из актового зала.

Они молча спустились по лестнице, и Нинка, любуясь ловкостью его движений и грацией сильного тела, вновь ощутила прилив острого желания.

Она искоса взглянула на спутника, но не заметила ответного подобного томления. Учитель спокойно шел рядом, небрежно помахивая ключами.

— А почему ключи у вас? — вдруг спросила она. — Разве вы не должны их сдавать?

— Должен, — подтвердил Артем, — но у нас с вахтером договоренность: если у меня уроки сегодня вечером и завтра с утра, то ключи я оставляю себе. Видите ли, Ниночка, я обычно прихожу задолго перед занятиями, чтобы размяться самому, а вахтера в это время может и не быть. Нам с ним так удобнее, — улыбнулся он, открывая вожделенную дверь.

Нинка сделала несколько шагов и огляделась. Почти ничего не изменилось. Разве что в углу появились новенькие маты и некоторые из спортивных снарядов были заменены. И лавка у стены была другая, совсем не та, на которой она сидела во время уроков долгие десять лет.

Артему показалось, что один из матов съезжает на пол, и он пошел его поправить, тактично оставив Нинку наедине с ее воспоминаниями. Но ей было не до них. Нестерпимая, сумасшедшая волна похоти захлестнула ее. Не в силах сдерживаться, Нинка подошла к Артему сзади вплотную и обняла его. Ее руки скользнули по его груди, расстегнули несколько пуговиц, проникли под рубашку, стали нежно ласкать соски. Он словно окаменел, не в силах двинуться с места. Нина подышала ему в шею, слегка прикусила ухо и стала покрывать мелкими торопливыми поцелуями его затылок. Тут он наконец повернулся, и она прильнула к нему, сама соблазняясь зрелищем того, как красиво вздымается ее полная грудь в глубоком декольте.

— Нина, я не могу, — хрипло пробормотал он, но не отстранился. — Я был вашим учителем…

— Не был, — прошептала она, пройдясь своим языком по его губам. — И все равно, сейчас ты уже все можешь, мой мальчик! Все, что угодно! Со мной!