Кроличья лапка (СИ) - Налётова Анастасия Сергеевна - Страница 6

Антон сразу же понял, что привело товарища в ярость. Он догадывался, что слухи расползутся быстро, но не подозревал, насколько серьезные обороты набирала его безобидная выходка.

— Перестань. Как это вообще могло повлиять на открытие бара?

— Как? Ты спрашиваешь как? Ты идиот, Антон! Круглый идиот. Посмотри в газеты, может тогда до тебя дойдет, что ты натворил.

Михаил сбросил вызов, а Антон убрал телефон в сторону и руками прикрыл лицо. От него разило перегаром, а ломка в теле говорила о том, что пить ему нельзя. По крайней мере в таком количестве.

Выйдя из машины, Антон быстро перебежал к водительскому месту. На улице изрядно похолодало. Бабье лето стало потихоньку уступать место истинной хозяйке этого времени года — осени. Антон завел двигатель, надеясь, что по пути его не остановят гаишники, ведь после такой пьянки за руль садиться было крайней нежелательно.

Притормозив у газетного ларька, Антон выскочил, чтобы купить свежий выпуск «Аргументы и факты», надеясь, что если какая-то информация о нем действительно вылилась в СМИ, то в этой газете обязательно будет что-то. И он не ошибся. На первой же странице красовался его снимок, висящего на мусорном баке, с заголовком: «Владелец ищет украшения на открытие „Your Paradise“». Антон закатил глаза и, заметив, как на него уставилась бабулька-продавщица, сконфуженно извинился, возвращаясь в машину. Нужно было поскорее привести себя в порядок. Антон нервно посмотрел на часы. Совсем скоро должно состояться открытие бара, и ему хотелось исправить свою вчерашнюю оплошность. Он мысленно придумал кучу извинений для Светы, но, войдя в дом, осознал, что там пусто.

Антону не хотелось верить в то, о чем так отчаянно кричало подсознание, поэтому он поспешил в спальню.

«Наверняка, она уехала на внеплановую фотосессию», — постарался оправдать исчезновение девушки Антон, но никаких записок на зеркале (Света часто писала ему небольшие послания типа: «Поехала с подругами в клуб. Вернусь поздно») не оказалось.

Дрожащими руками он отворил шкаф, надеясь, что все вещи на месте, но и там было пусто. Света уехала. Она бросила его.

«Потеряешь лапку, лишишься всего, что обрел, пока она была у тебя», — предательски повторилась в голове успевшая надоесть фраза.

Антон присел на край постели, прикрывая голову руками. Он потерял лапку, и с самого первого дня жизнь пошла под откос. Антон вспомнил, каким никчемным был до встречи с Тимофеем, и сейчас ему грозило возвращение в прошлую жизнь.

Услышав жалобное поскуливание рядом, Антон убрал руки от лица и обратил внимание на Альму, сидящую около него. Собака радостно завиляла хвостом и принялась пронзительно смотреть на хозяина.

— Твой хозяин неудачник, Альма. Не-у-дач-ник.

Собака подошла чуть ближе, и Антон потрепал ее за ухом. В компании Альмы он не чувствовал себя одиноким, хотя бы это приносило радость.

«Только собаку не забудь завести — она тебя точно не предаст», — вспомнились слова Тимофея, и Антон сполз на пол, обнимая Альму.

— Хоть ты останешься со мной до конца, — произнес он. — Какой же я дурак, ты наверное голодная?

Антон встал на ноги, а Альма навострила уши в ожидании. — Идем, я накормлю тебя, а потом схожу в душ.

Хоть жизнь и шла под откос, выглядеть как последний бомж было противно. Антон положил собаке корм в миску, направляясь в ванную комнату.

Смыв с себя всю грязь и одев чистую одежду, Антон вернулся в комнату. Альма сидела у кровати, дожидаясь хозяина, чтобы поблагодарить за еду. Света не позволяла собаке заходить в спальню, но когда той не было дома, Альма частенько прибегала к Антону. Вот и сейчас она сидела и ждала, когда хозяин обратит на нее внимание.

Антон взял в руки телефон. Ему захотелось позвонить Свете, чтобы объясниться и попросить прощения.

«Черт с этим оберегом, — вдруг подумал он, — если Света вернется, я постараюсь все исправить».

После продолжительных гудков, наконец-то послышался голос Светы, казавшийся слишком возмущенным.

— Свет, я понимаю, что виноват, — с хода начал просить прощения Антон, — я вчера и правда слетел с катушек. Я не хотел, чтобы все получилось именно так. Прости меня, пожалуйста.

Тишина заставила сердце сжаться в камень.

— Я не вернусь, Антон.

Слова ударили, словно острый нож.

— Почему? Что такого вчера произошло, что нельзя было бы исправить?

— Ты опозорил меня на всю страну. В каждой газетенке пишут о твоей дурной славе и о том, что я — девушка бомжа. Ты этого хотел, верно?

Впервые Антон задумался о том, какие вообще между ним и Светой были отношения, если она вот так просто смогла разорвать их. Ему и раньше приходило в голову, что Света не любит его, и они вместе только из-за какого-то холодного расчета, но он старался отвергать эти идеи.

— Свет, скажи честно, ты любишь меня?

— Господи, какой ты идиот! О какой любви может идти речь в наше время? Мне было хорошо с тобой в постели, мы идеально подходили друг другу по социальному статусу, пока ты вдруг не решил стать помойной крысой. — На фоне послышался чей-то голос, окликнувший Свету. — Все, мне пора работать. Всего хорошего.

Такой холодный тон… Такие сухие суждения… Антону сложно было поверить в то, что его отношения оказались ненастоящими. Обида захлестнула, но он нашел в себе силы, чтобы сдержать слезы.

«От одного бокала виски ничего плохого не случится», — подумал Антон и направился в гостиную к бару.

Налив четверть бокала виски, Антон залпом выпил его и посмотрел на часы. Открытие бара было намечено на семь, оставалось два часа. Антон налил еще немного виски и снова залпом осушил бокал.

Обида комом застряла в горле, мешая дышать. Антон подумал о том, как сильно хотел сделать Свете предложение. Читай книги на Книгочей. нет. Поддержи сайт — подпишись на страничку в VK. Она непременно согласилась бы, но только потому, что… «Мы идеально подходили друг другу по социальному статусу», — насмешливо прозвучал голос Светы в голове Антона. Решив не тратить время на переливание виски в стакан, Антон взял бутылку и сел в кожаное кресло, которое совсем недавно завез в гостиную. Он вспомнил тот день, когда поехал со Светой выбирать мебель. Он пытался сделать так, чтобы она ни в чем не нуждалась, а в итоге был предан. Брошен в самый сложный момент своей жизни, который наступил (как считал Антон) по ее вине.

— Вот такая волшебная лапка, — произнес Антон, делая глоток обжигающего губы и полость рта напитка, — прости, что не уберег тебя.

Антону уже не хотелось ехать на открытие бара.

«А какой в этом толк, если я все равно потеряю его?! — думал он. — Я потеряю все, что обрел благодаря лапке… Кроме Альмы… Хотя, если мне нечем будет кормить ее, то и она убежит искать другого, более состоятельного владельца».

От кружащих в голове мыслей отвращение к самому себе только нарастало. Антон решил, что лучше не жалеть себя, и пойти на открытие хотя бы для того, чтобы просто запомнить этот момент.

Нужно было вызвать такси, но он решил сесть за руль, надеясь, что фортуна улыбнется ему хотя бы в том, чтобы не попасться в лапы дорожных инспекторов.

На открытие нового «Your Paradise», расположенного в центре, собралось немало людей. Антон довольно улыбнулся, наслаждаясь тем, что снимки и газетные заголовки не оказали существенного влияния. Танцовщицы гоу-гоу двигали своими полуобнаженными телами, вызывая восхищение в глазах мужчин и зависть на лицах женщин. Антон передернулся от холода, сочувствуя девушкам, которым приходилось выступать почти без одежды в такую прохладу.

На пороге бара Антон заметил Михаила и направился к нему. Товарищ нервно оглядывал его, а затем подошел ближе, стараясь отвести Антона в сторону.

— Что с тобой творится, черт тебя дери? — взволнованно спросил Михаил, сдвигая брови в кучку.

— Что-то не так? Я пришел на открытие нашего бара. Нужно было пропустить его?