Элизабетта (СИ) - Бэрнас Кэтин Владимировна - Страница 50

На втором этаже в маленькой душной комнате с серыми стенами и с двумя окнами, выходящими нам местную помойку, скучали два полицейских офицера: лейтенант Дитер Брантнер и лейтенант Эндрю Риз. Их основной работой было ведение переговоров при захвате заложников. Сказать откровенно, двести лет назад после Вселенской катастрофы, когда по непонятной причине вымерло две трети всего населения Земли, преступность резко снизилась. Просто в один день люди проснулись и обнаружили, что мертво больше половины представителей человеческой расы. Почему выжили одни и умерли другие? Странным было и то, что никто не собирался разгадывать причину гибели этих людей. Об этом просто молчали. Мертвых отправили в небытие, а живые радовались, что Божья десница не коснулась их. Это напоминало древнюю притчу из христианской Библии про то, как в Египте в одну ночь умерли все первенцы. Служители храмов назвали этот день Судным днем.

Захватов заложников в городе, да и по всей стране было очень мало. А так как в Объединенной Швейцарской Республике и их родном сорок втором полицейском участке очень усиленно занимались борьбой с оставшейся преступностью, двум лейтенантам приходилось работать на подхвате. Они помогали своим коллегам, заваленным другими делами, чем могли.

Дитер Брантнер, высокий крепкий мужчина с русыми волосами и зелеными глазами, был одним из высококвалифицированных сотрудников полиции. На его счету было множество раскрытых дел. После смерти родителей, ему открылся дар поиска. Если Дитер брался за дело, всем было ясно, что в конечном итоге он доберется до правды. Это стало его благословением и, одновременно, проклятием. Но сейчас он тупо смотрел на папку, лежащую на его столе вот уже второй час. Его дар зашел в тупик. Это было дело о краже в супермаркете. Видеокамера была испорчена давным-давно и ему не представлялось как он сможет поймать воришек. Дитер с надеждой посмотрел на своего напарника. Это не сработало. Тот демонстративно отвернулся к окну.

— Если мы будем заниматься не своим делом, то вскоре забудем, что такое наша работа, — заключил Брантнер, захлопывая папку.

— Хочешь, чтобы какой-то ненормальный псих захватил парочку заложников, чтобы ты смог поразмяться? — спросил его Риз. Похоже его веселило уныние напарника.

— Эндрю, я не об этом, — отмахнулся Дитер.

— А о чем? — спросил Эндрю.

— Может, сходим в тир? — предложил Брантнер. — Постреляем, разомнемся.

— Не думаю, что это поможет извести твою хандру, — позевнул Риз. — Это клиника, но со временем проходит. Поскучай еще чуток и часа через два пойдем по домам. Бекки тебя небось заждалась.

Дитер не ответил и тоже уставился в окно. Десять лет назад он приехал в Объединенную Швейцарскую Республику из небольшого городка Объединенной Южной Европы после трагической гибели своих родителей. Здесь он окончил военную академию, но не стал вербоваться в Союзную армию. А поскольку ничего другого делать, как обращаться с оружием, он не умел, его путь лежал только в правоохранительные органы. В полиции он проработал уже восемь лет. За эти годы он успел сделать карьеру и завести друзей. Денежное содержание его вполне устраивало. Дитер жил в престижном районе города с хорошенькой девушкой по имени Бекки. Чего еще желать? Но почему-то этого ему было мало. Жизнь казалась слишком пресной.

Дверь кабинета с шумом открылась. Забежал взмыленный дежурный офицер.

— Хватит спать. Для вас есть дело, — прямо с порога закричал он. — Поторапливайтесь!

— Что за дело? — осведомился Брантнер.

— В центре в старинном костеле шестнадцатого века заварушка. Две ненормальные девицы вырезали кучу народа и еще держат в заложниках столько же. Пулей дуйте туда!

— Ну, что, накаркал? — съязвил Риз и потянулся за оружием.

Мели прижалась к спине Майяиа. Они стояли на небольшом пяточке, кое-как расчищенном от деревянных скамеек. В руках у обоих были ножи в виде когтя, заточенные с обеих сторон клинка. С лезвия капала теплая кровь. Повсюду были искромсанные тела в черных балахонах. У кучи сваленных скамеек испуганно жались, на беду попавшие в самый эпицентр кровавой бойни, прихожане костела. Майяиа судорожно вздохнула. Она понимала, что они совершили ошибку, ввязавшись в бой при стольких свидетелях. Но назад пути не было, их со всех сторон окружили ларийцы.

— Ты думаешь, мы сможем разделаться еще с такой кучей ларийцев? — тихо спросила Мели. Она была серьезно ранена.

— Это надо сделать, — твердо сказала Майяиа, у которой оказалась распорота левая нога.

Оставшийся в живых предводитель ларийцев подал боевой клич и кинулся в атаку. Нападавшие выстроились вокруг анженок. Девушки приготовились. У них не было огнестрельного оружия, только когтистые ножи. «Драконы» не имели привычку вооружаться «тяжелой артиллерией» и обходились «когтями» и металлическим хвостом брони. Защищать себя не было необходимости — тяжелая броня обтекала все тело. Сейчас же столь необходимая броня отсутствовала, и Майяиа, и Мели должны были защищать и себя, и друг друга.

В руках нападавших тоже появились кинжалы. Майяиа из-за боли с трудом отключилась от окружающей действительности, чтобы избавиться от страха и сосредоточилась на схватке. Она всегда так поступала в бою. Ларийцы кинулись в атаку. Правая рука Майяиа уверенно орудовала ножом, левая была вспомогательной. Спиной она ощущала теплоту Мели. Это немного успокаивало ее. Сейчас Майяиа не чувствовала боли, хотя знала, что серьезно ранена. Адреналин ее выручал. В голове лишь крутилась одна мысль, что будет, когда действие адреналина кончится и в кровь впрыснется норадреналин и сератонин. Это тоже отвлекало ее от боли. «Драконов» хорошо учили справляться с повреждениями и болью.

— Майяиа, все кончено! — окликнула ее Мели.

Девушка очнулась. Мели тормошила ее за плечи. Майяиа тяжело дышала. Ее рука привычно сжимала нож. Она огляделась вокруг. Ларийцы утопали в собственной крови; никто не шевелился.

В этот момент Майяиа услышала вой полицейской сирены. Деревянный засов разлетелся в щепки. Двери костела раскрылись, внутрь вбежали полицейские в полном боевом вооружении и заняли огневую позицию. Мели усмехнулась. Девушки кинулись к баррикаде из кучи сваленных скамеек и прихожанам. Из группы полицейских вышел офицер в бронежилете.

— Варнелиус! — еле слышно прошептала шокированная Майяиа и закрыла рот рукой.

— Меня зовут лейтенант Дитер Брантнер, — сказал он просто. — Пожалуйста, поговорите со мной.

— О чем вы хотите поговорить, лейтенант? — с издевкой спросила Мели.

— Как вас зовут? — спросил полицейский.

— Это не важно, — ответила анженка теряя с кровью остатки терпения.

— А что для вас важно? — не унимался Дитер.

— Чтобы вы убрались отсюда, — яростно крикнула Мели.

— Мы можем обо всем договориться, — предположил Брантнер. — Давайте поговорим об этом.

— В чем же смысл договора? — усмехнулась девушка.

— В судьбе заложников, — мирно ответил лейтенант. — Не причиняйте им вреда. Мы выполним все ваши требования. Чего вы хотите?

— Ничего, — отрезала Мели.

— Тогда отпустите их, — предложил Дитер. — Это облегчит всем жизнь.

— Минутку! — Мели повернулась к коллеге. — Что ты предлагаешь делать, подруга?

— Бежать, — тихо сказала Майяиа. — Нам нужно прикрытие. Эти прихожане их остановят. У нас будет считанные секунды добраться до потайного хода и открыть дверь. Готова?

— Я всегда готова, — кивнула Мели и сжала ей руку. Переведя дух она обратилась к полицейскому. — Лейтенант, мы отпускаем заложников.

— Возьмитесь за руки, — обратилась Майяиа к перепуганным людям. — Так, теперь поднимайтесь, выстраивайтесь в линию. Идите вперед, живее.

Прихожане поднялись из своего убежища и повиновались приказу Майяиа. Взявшись за руки и образуя длинную цепь, процессия медленно, переступая через сваленные скамейки, пошла к выходу. Тем временем, анженки прижимаясь к стене стремглав побежали в противоположную сторону. Брантнер все понял и побежал за ними.