Элизабетта (СИ) - Бэрнас Кэтин Владимировна - Страница 56

Майяиа угрюмо посмотрела на мертвеца. Ей и раньше приходилось убивать. В ее жизни было много войн и военных операций. Но всякий раз это давило ей на нервы. Царство провозглашало высшей ценностью жизнь, в то же время безжалостно уничтожало всех тех, кто нападал на него. Очередной парадокс Анжении. Но девушка знала, что, если не убьет она, убьют ее и близких сердцу людей. Мели была тому примером.

Анженка очнулась от размышлений. Тишина заставляла ее нервничать. Она напоминала ей о смерти. Майяиа решила уходить. Анженка выглянула за дверь. Ее охранники лежали на полу в неестественных позах. Они были мертвы; мертвы еще задолго до взрыва. Их уничтожил лариец. Вся больница замерла. Майяиа не стала задерживаться и пошла по безлюдному коридору. Казалось, что все служащие исчезли. Она без труда нашла раздевалку медсестер и сменила одежду. Девушка поспешила как можно скорее уйти из больницы.

Через два дня после трагических событий в больнице Дитер Брантнер снова стоял перед входом в злополучный костел и пытался сложить в голове все куски безумной головоломки. Темные стены безмолвно возвышались среди городского парка, упорно храня молчание, как бы издеваясь над полицейским. Темно-зеленые пятна мха, уютно устроившись у подножия каменного крыльца, создавали дикий контраст и смеялись над ним в потоке солнечного света, словно говорили: «Тебе это не по зубам. Оставь все как есть».

Листья на деревьях совсем пожелтели и опадали на пожухлую траву. Погода начинала портиться. Солнце спряталось. По небу торопливо бежали серые тучки, обещая дождливые дни. Брантнер поднял голову вверх. Мрачная готика здания внушала ему неподдельный ужас. Крылатые каменные горгульи в дикой усмешке скалили свои нелицеприятные морды, как бы издеваясь над ним. Казалось, только они знают секреты костела, но никому не собираются их выдавать. «Почему люди строили такие ужасные здания?» — задумался мужчина. — «Это же дом Бога на земле. Зачем устрашать здесь народ? Хорошо, что мои родители не были католиками, и мы не посещали подобные заведения».

Брантнер не мог понять, какая сила тянет его сюда. В его голове постоянно крутились слова одного известного человека прошлых веков: «Преступник всегда возвращается на место своего преступления». Сегодняшним утром Дитер едва взглянув на снимок Майяиа, как понял, где она может быть. Он без промедления поехал в костел. Сейчас он поджидал Ее. Всеми фибрами души он чувствовал Майяиа. Лейтенант не мог объяснить, что привлекало его в этой девушке и в этом деле. Какая-то страшная тайна вкрадывалась в его жизнь. Колесики-шестеренки завертелись-закрутились, и вот эта машина под названием «Судьба» светит фарами ему в лицо.

Плохая весть о том, что произошло в больнице (был уничтожен весь персонал восьмого этажа), подняла Дитера из теплой и уютной постели. Бекки не держала его. В последнее время она отдалилась от него, как бы чувствуя, что перестала быть его единственной женщиной. Ему не было места в ее жизни, потому что он ею интересоваться. Все изменилось с того момента, как он увидел Майяиа. С тех пор Дитер забыл про сон, еду, отдых и Бекки. Он не понимал что больше его тревожит: куча трупов в больнице или исчезновение девушки. Какой бы разговор он не заводил, его смысл и все рассуждения сводились к Майяиа. Ядовитая мысль тревожила и разъедала его разум. Он понимал, что, если бы он встретил эту девушку при других обстоятельствах, то в его постели была бы не Бекки, а Майяиа. Анженка медленно, но верно вскружила ему голову, заполнила его разум. Дитер начинал сходить с ума. Он твердо решил защищать ее.

Теперь, глядя на костел, Дитер каким-то шестым чувством знал, что девушкой все в порядке. Словно, хмурая ушастая горгулья шептала ему на ухо: «Она здесь. С ней все хорошо».

Брантнер открыл тяжелую дубовую дверь и вошел в храм. Он огляделся по сторонам. Его встретила тишина высоких сводов. В воздухе витала сверкающая на солнце пыль, проникающая из-под купола. Лучи света проходили через высокие витражные стекла и рисовали на стенах разноцветные узоры. Уже ничто не напоминало здесь о разыгравшейся несколько дней назад трагедии. Скамейки были поставлены на свои места. Крови на полу не было, ее смыли. Дитер прошел вперед и сел на одну из скамеек. Здесь было очень спокойно. Если бы он не знал, что здесь произошло, то мог бы с уверенностью назвать это место милым.

— Добрый день, лейтенант Брантнер, — послышался незнакомый со стальными нотками голос из тишины.

Дитер вздрогнул и потянулся за оружием. Он резко обернулся. Из темноты вышла худощавая фигура. Брантнер присмотрелся. Перед ним стояла высокая светловолосая женщина лет тридцати в полицейском мундире с капитанскими нашивками. Она окинула его изучающим взглядом и усмехнулась.

— Меня зовут капитан Майерс. Я из Городского Управления полиции, — сказала женщина и показала свое удостоверение сотрудника полиции.

— Здравствуйте, капитан Майерс, — ответил Брантнер. — Чем обязан?

— Я пришла с Вами познакомиться, — улыбнулась его коллега и добавила. — А также сказать, что забираю у Вас это дело.

— Какое дело? — напрягся мужчина.

— Дело, связанное с резней в этом костеле, с ухмылкой пояснила женщина.

— Почему этим собирается заниматься Управление? — теряясь в догадках спросил полицейский. — Мы сами в силах справиться.

— Вы уже справились — нет трупов, нет обвиняемых, — съязвила Майерс. — Вы хотите еще чем-нибудь помочь, чтобы совсем развалить это дело? Скажите спасибо, что Вас не привлекли к ответственности. Но если Вы не будете мне содействовать, я об этом позабочусь.

— Но вы не можете так поступить! — воскликнул Дитер.

— Еще как могу, — подтвердила Майерс. — И если Вы будете мешать МОЕМУ расследованию, с Вами уже буду разговаривать не я и не здесь.

— Вы должны предоставить мне соответствующий документ, — с надеждой потребовал мужчина.

— Вот он, за подписью самого начальника Городского Управления полиции, — улыбнулась еще язвительнее капитанша.

Женщина протянула ему бумагу. Брантнер изучил ее и внимательно проверил каждое слово. Кроме того, по велению начальника Управления ему предписывалось передать капитану Майерс все документы и вещественные доказательства. Что-то холодное коснулось его горла. Дитеру показалось, что женщина из Управления знает то, что неизвестно ему. «Происходит что-то странное», — задумчиво поскреб подбородок полицейский. — «С чего бы это обычным расследованием убийств заинтересовалось само Управление? Слишком много странного происходит. Слишком много тайн А капитан Майерс не внушает мне доверия. Она не похожа на полицейского. Совсем не те манеры, не та речь, не то поведение. Обычно мы помогаем друг другу, а не пытаемся потопить».

— Все правильно, капитан, — еле скрывая ярость и свое неудовольствие вздохнул Брантнер. — Все документы у меня в кабинете. Можете забирать все.

— Я рада, что мы поняли друг друга, — иронично хмыкнула Майерс. — Поедемте в Ваш участок, и Вы сами отдадите мне материалы дела.

Уверенная в себе женщина пошла вперед. Дитер поднялся со скамейки и направился за Майерс к выходу. Проходя мимо чаши со святой водой, куда прихожане опускали пальцы и осеняли себя крестным знамением, он увидел на бортике розовую нить. Его рука машинально опустилась в карман брюк и нащупала клубок. Что-то подсказывало Брантнеру, что ему был дан знак, сигнал. У двери он остановился.

— Капитан, я забыл на скамейке свой телефон, — сказал Дитер, стараясь придать своему голосу как можно более правдивый тон. — Поезжайте в участок, я Вас догоню. Тогда и уладим наши дела.

— Хорошо, я буду ждать Вас в Вашем кабинете, — отозвалась Майерс.

Капитан Майерс вышла из костела и села в свою машину. Дитер с едва скрываемым нетерпением подождал пока она отъехала от храма, а затем вернулся внутрь. Его взгляд упал на чашу с водой. Розовой нити там уже не было. Брантнер внимательно осмотрелся по сторонам. Непонятный страх вцепился жесткими когтями в его плечи.