Капкан для демиурга (СИ) - Юркина Ирина - Страница 58

 Вечер застал их на опушке леса, пару часов назад они проехали последнюю деревню, но Энжи отказалась там ночевать, даже узнав, что до следующей пол дня пути. И сейчас чуть углубившись в лес Дерек вновь устраивал ночлег. Девушка сама вызвалась собирать хворост и одно это радовало его, ведь за весь день он услышал от нее всего несколько слов. В голове заклубились ее эмоции, Дерек прислушался звука шагов девушки больше не было слышно и он поспешно направился в ту сторону, где недавно слышал шорох и треск ломаемой ветки под ногой неосторожного путника.

 Энжи стояла у дерева беспомощность жертвы охватила ее, никогда раньше она не могла подумать, что человек может быть зверем, что лощеные лорды высокопарно изъясняющиеся на пирах и балах могут так низко пасть, учинять насилие над людьми, над беззащитными девушками, над детьми. Что слово насилие может иметь Такой смысл, выросшая в неге и холе, не знавшая до сегодняшнего утра практически ничего об отношениях мужчины и женщины, сегодня она познала все, в самой жестокой форме и даже спокойная забота Дерека вызывала страх и отторжение, перед глазами вновь и вновь вставали картины насилия и смерти, лица подонков которые учинили все это и лица их жертв. Мавка не утаила ничего, истории всех девушек-утопленниц слились в голове девушки в одну страшную быль, которая разрывала ей душу своей безысходностью. Слезы, целый день кипевшие в глазах наконец прорвались через заслон силы воли, девушка рыдая обнимала дерево, понимая, что стоит лишь отпустить его и она больше не встанет. Сколько времени она так простояла она не знала, но обернувшись в нескольких шагах от себя увидела магистра. Он стоял, прислонившись к дереву, давая ей возможность выплакаться и в глазах его читалась такая же боль, но сейчас Энжи еще не была готова поверить мужчине, даже ему, от которого не видела ничего плохого, мало того к которому тянулось все ее существо, но сейчас она прошла мимо подарив ему лишь благодарный взгляд.

Вечер плавно перешел в ночь, Дерек честно пытался вести беседу, напрашивался на спарринг на мечах, но девушка от всего отказывалась. Решив, что утро вечера мудренее, магистр поставил защитный кокон и лег спать. Сегодня Энжи легла сразу и сразу же заснула, тревоги и страхи этого дня сломили ее. Дерек же наоборот ворочался под одеялом, вновь и вновь кляня себя за беспечность и медленно проваливаясь в тревожный сон, где на мостках у озера в его объятьях стояла Энжи и с тихим стоном растворялась в его руках и он пытался схватить ее, пропуская туман сквозь пальцы, а далеко по тропинке уходил согбенный силуэт со вздрагивающими от сдерживаемых рыданий плечами и Дерек с ужасом узнал в нем себя. Вскочив от ужаса он медленно обвел мутным взглядом поляну, с другой стороны костра стонала от ужаса Энжи, задыхалась от страха не имея сил даже вскрикнуть. Дерек окликнул ее, но она не слышала его голоса, боясь прикоснуться, чтоб не испугать еще больше он тихонечко погладил ее по плечу, одновременно окликая все громче, но ее лицо вновь перекосило от ужаса и Дерек перестал церемониться и потряс ее всерьез. Энжи открыла глаза, но в ее глазах была тьма и теперь магистр отшатнулся, но мгновенно взяв себя в руки положил ей на глаза ладонь, сосредоточился и начал оттягивать на себя темноту, силу магии смерти, которой она не могла еще пользоваться, но которая прибывала в ней и становилась все опаснее. Дерек пропускал эту силу сквозь себя, чувствовал в ней привкус страха и боли, стремился забрать как можно больше негатива из этих медовых глаз, чтоб они вновь заискрились радостью. Мрак из ее глаз пропал и в свете костра ее глаза приобрели странный огненный отсвет, а маг все не мог отвести от нее беспокойного взгляда. И тогда Энжи не слова не говоря откинула край одеяла рядом с собой и он так же молча лег рядом, ничего не спрашивая, боясь что слова не принесут ни облегчения, ни понимания ситуации. Он просто лег, не пытаясь обнять или даже прикоснуться к золотистой пряди ее волос, ощущая ее запах и в то же время расслабляясь, ведь несмотря ни на что она была рядом и не перестала доверять ему.

 Первый отблеск рассвета затрепетал на ее ресницах и Энжи проснулась, не открывая глаз она лежала и слушала тихое дыхание рядом, наверное поэтому ей было так спокойно. Она открыла глаза, Дерек спал рядом не касаясь ее. Его тихое дыхание шевелило прядь волос на виске открывая шрам на лбу, девушка продолжала рассматривать, отмечая про себя, что никогда не спрашивала откуда у него этот шрам, длинные темные ресницы скрывали море его глаз, сейчас во сне он выглядел почти юным, каким он и был бы не распорядись судьба так, что ему пришлось рано повзрослеть, желваки не играли под загорелой кожей и темные губы полуоткрытые во сне не были упрямо поджаты. Энжи лежала и боялась пошевельнуться, мужчина рядом был красив строгой красотой воина и ей стоило усилий не протянуть руку к его лицу, не пробежаться легкими пальцами по жестким скулам, не провести пальчиком по мягкому контуру губ, память услужливо подсказала каковы они на вкус и вновь одно воспоминание о его поцелуе зажгло ее лицо румянцем, а в теле появилось неясное томление. На окраине сознания появилась и пропала теплая волна сонных эмоций и Дерек простонав во сне ее имя притянул ее к себе, поцеловал в висок и вновь спокойно задышал во сне. Ей же прижатой щекой к его теплой груди, в объятьях его рук вдруг стало так комфортно, что она потерлась носом о шелк его рубашки, прижалась еще теснее к его сильному телу и вдохнув его запах вновь провалилась в сон.

***

 - Милорд, вы уверены? – невзрачный человечек в темном плаще с низко надвинутым на лицо капюшоном внимательно оглядывал сумеречную улицу. Квартал магов, здесь жило большинство уважающих себя магов, придворные маги на центральной улице в больших особняках за высокими заборами, маги обслуживающие город и его нужды - в домах попроще, здесь были дворцы и хибары неудачников, широкие улицы и темные переулки. Сейчас двое мужчин стояли у поворота как раз в такой переулок, улица, освещенная последними лучами заходящего светила, заканчивалась мрачным тупиком и как отросток, вбок уходил мрачный темный переулок, чье зловонное нутро не скрывали даже наступающие сумерки.

- Не бубни, я обращался ко всем сильнейшим магам и ни один не смог сказать ничего внятного, это мой шанс и я его не упущу, думаешь я хочу остаться вот таким ущербным, - голос второго мужчины был злым, слова падали отрывисто. Он нервничал, но старался не показывать этого, но хладнокровие было не в его стиле, и отрывистые слова, шипящий тон и сжимаемые в кулаки руки говорили о с трудом сдерживаемом гневе.

- Вот я и говорю, придворный лекарь ничего не сказал, лучшие маги развели руками, так что может этот недомерок? - его собеседник резко повернулся к нему и слуга, а он был именно слугой, привычно отпрянул.

- На конюшне сгною, - прошипел тот, кого он называл «Милордом», едва сдерживая занесенную для удара руку. – Пошли – и решительно повернул в переулок, внимательно отсчитывая дома, у третьего слева он остановился. Дом был обветшалым, но остатки былого великолепия еще сохранялись, так тяжелая дубовая дверь, явно укрепленная магией, стеклянные витражи окон, все говорило, что некогда владелец был не беден, но сейчас стекла окон покрыты паутиной, стены облупились, цветник у крыльца давно зарос сорняком. Двое мужчин так же кутаясь в плащи остановились у порога оглядываясь, дома рядом производили еще более жуткое впечатление. Дверь отворилась внезапно и бесшумно, на пороге стоял старичок, чей рост едва превышал рост ребенка, но лысый череп и жидкая бороденка давно не помнящая ножниц и расчески говорила о внушительном возрасте.

- О, лорд Барко, что привело вас в мое скромное жилище, - опешивший лорд опустил руку, которой до сих пор прикрывал лицо, - проходите, прошу, - и он кукольным жестом пригласил посетителей в дом. Сам же прежде чем закрыть дверь выглянул и внимательно осмотрел улицу, видимо удовлетворившись осмотром, он закрыл за собой дверь и повел их в глубину дома. Изнутри он был таким же – следы былого великолепия затирала грязь, копоть и пыль, грязные окна почти не пропускали света светила, под ногами что-то хрустело. Маленький человечек привел их в одну из задних комнат, здесь царил относительный порядок, чистый пол, мебель, явно принесенная из разных комнат, но добротная и чистая и кипы книг аккуратно сложенные вдоль стен, на стеллажах, в шкафу, на столе.