Мой сон (СИ) - Габдрахманова Мария - Страница 37

       - Мы были ровесниками. Мои родители приехали издалека в одну деревню, когда мне едва исполнилось пять лет, - Кирилл улыбнулся своим воспоминаниям. - Наша повозка остановилась около колодца, и меня с братьями оставили поить лошадей. В то время как старшие набирали воду, я мешался под ногами, пока Андрей, которому было четырнадцать лет, не прикрикнул на меня. Пришлось отойти в сторону, сев на бревно, используемое вместо скамейки. Только я уселся, как появилась девчушка. Она выросла будто ниоткуда, в белом сарафане, с синей вышивкой по подолу, символизирующей лунные фазы. Такой вышивкой украшали все лунницы свои одежды, с рождения и до свадьбы, поэтому сомнений у меня не было в том, кто передо мной стоит. 

       - Ты кто? - спросила малышка, теребя ленточку, которая перевязывала её русую головку. На концах ленточки висели бусинки из лунного камня, оберегающие от дурного глаза и порчи. Голосок её был чистый и звонкий, как маленький колокольчик.

       - Кирилл, - сказал я, оглядываясь по сторонам. 

       - Пойдём лунарию собирать, я знаю, где растёт, - предложила моя новая подружка, наклонившись ко мне, и прошептав в сложенные ладошки. 

       - Что? - не понял я ни слова, кроме того, что меня куда-то звали. 

       - Ни чивокай, - нахмурилась малая, - так мама говорит.

       - Аня! - закричал кто-то с другой стороны улицы, и малую как ветром сдуло, только розовые пыльные пяточки сверкали. Я ничего не понял, что это было за наваждение. Вернулись родители, и мы поехали к нашему новому дому. 

       Долго же мы добирались сюда, в деревню, половину населения которых были лунниками. Нас призвали сюда три года назад, и вот, наконец-то мы были здесь. И кто оказался моей соседкой? Правильно, русоволосая и сероглазая малышка Аня. Я никогда не общался с девочками, так как имел исключительно братьев, но с ней, - Кирилл помедлил и посмотрел на меня. Я слушала с открытым ртом, представляя себя на месте этой малышки. Кирилл поправил себя, - с тобой! С тобой было всё по-другому. Мы стали друзьями. Как друзья мы играли, как друзья дрались, когда между нами были разногласия. - Я засмеялась, - так и выросли вместе, пока в один прекрасный день твоя мать не завязала на твоей голове вместо простой ленты, широкую тканевую полоску, с концов которой свисали бусины в виде полумесяцев. Это означало, что луна призвала тебя, и теперь тебя начинали обучать магии и искать жениха. Как же я тогда обозлился на тебя, на себя и на весь мир! Ты стала прекрасной лунницей, а я так и остался подростком, высоким, худым и не инициированным. Но самое страшное - нам не разрешалось больше общаться друг с другом, потому что ты стала невестой. В отчаянии, я сбежал в лес, в самую зимнюю стужу. Упав посреди лесной дороги, я лежал и больше не сдерживал рыдания, что рвались из моей груди. Перед лицом так и стояла ты, в белом новом тулупе, сшитом на взрослый манер, и прозрачными полумесяцами, свисающими из-под красной пушистой шали по обеим сторонам лица. Ты улыбалась и смеялась мне, прикрыв рот ладошкой, а я загребал снег голыми руками и пытался хоть как-то остудить свою горячую голову. 

       Я заболел после этого. Я был на грани жизни и смерти, и только твоя любовь спасла меня. Когда через две недели я пришёл в себя, то первым делом разглядел твоё лицо, с синяками под глазами и покусанными губами. Но выражение глаз... глаза твои блестели от слёз и счастья. Трясущейся рукой нащупал твою руку и попытался сжать её, изо всех сил.

       От давних воспоминаний голос Кирилла охрип и повествование прерывалось глубокими вздохами. Он взял мою руку и сжал, совсем как тогда… так мне казалось. Кирилл прижал мою ладонь к губам, и закрыл глаза.

       - Весной меня призвала луна. Это придало мне сил и дало надежду. Долго я мялся, боялся попросить родителей кое о чём. Но молчать нельзя было, времени для промедления не было. С первой весенней листвой к соседям в дом пришли сваты дружною толпою. Мои братья – Павел, близнецы Андрей и Василий, Дмитрий, к тому моменту уже инициированные лунники, пришли к твоим родителям с душистыми букетами первых полевых цветов, принеся в избу целое облако ароматов. Ты говорила потом, что издали ещё ощутила этот запах, и твое сердце замерло в сладких мучениях. Родители твои, по древнему обычаю, в ответ на восхваления сватов, должны были трижды отказаться от жениха, и потом, на четвёртый раз спросить тебя, хочешь ли ты замуж за этакого молодца. Ты всё это время ерзала на стуле и еле дождалась, когда слово дадут тебе. Вот так мы стали женихом и невестой.

       Я будто переживала и чувствовала всё заново, эти эмоции жили в моей душе и сейчас рвались наружу. Кирилл выждал, пока я успокоюсь, и продолжил рассказ. Предстояла далее не самая приятная часть истории, спасибо ему, что рассказана она была вкратце.

       - Хоть и посватали нас почти в пятнадцать лет, свадьбу отложили на три года. Такова была воля твоих родителей. Как только тебе исполнилось восемнадцать, состоялся лунный обряд… - голос Кирилла дрогнул, и он отвернулся в сторону. Я слышала, как он с усилием сглотнул. – Алексей перерезал тебе горло в тот момент, когда я должен был надеть тебе кольцо на палец…

       Я приложила палец к губам Кирилла, не выдержала. О своей смерти слушать сил не было, особенно учитывая, что она чуть не состоялась повторно несколько дней назад. 

       - Прости, - прошептал Кирилл, спрятав лицо в моих волосах. – Прости, прости, прости… - шептал он с жаром, крепко прижимая меня к себе.

       - За что? – удивилась я.

       - Я не спас тебя, - голос его звучал приглушенно, будто что-то мешало ему говорить. Я хотела отстраниться, чтобы посмотреть ему в лицо, но Кирилл лишь сильнее сжал объятья.

       - Это было в прошлой жизни, - произнесла я, подивившись тому, насколько это было правдой. – Зато в этой прошло всё прекрасно. 

       Я хотела приободрить Кирилла, чтобы он не чувствовал себя виноватым. 

       - Нет, я должен был выследить Алекса давным-давно. А я оказался слабаком, ушёл в себя, долгие годы оплакивая тебя. Надо было по свежим следам найти его и убить. Я пробовал его искать по прошествии года, но тщетно. Он убежал далеко и хорошо спрятался. 

       Кирилл замолчал. Боль из прошлого тенью легла на его лицо. Молчала и я, изо всех сил отталкивая от себя образ убийцы…

       - Знаешь, когда я нашёл тебя, то не хотел сближаться, - сказал Кирилл уже ровным голосом, - я хотел, чтобы у тебя был выбор.

       - Да? – подняла я брови. 

       - Ага, - хмыкнул он. – На самом деле я лукавил сам с собой. Я втайне надеялся на лунный зов, который призвав тебя и наделив тебя силой, указал бы тебе дорогу ко мне.

       - Дорогу… к тебе? – изумленно открыла я рот. – Дорогу к тебе? Я была права? Вот почему мне снился этот лес? 

       - Это были не сны, - улыбнулся Кирилл.

       - Стой, а когда ты меня нашёл? – задумалась я.

       - Через пару месяцев, после того как тебя призвали, - парень был явно доволен собой, хоть и скрывал это.

       - Что? Это же было четыре года назад! – воскликнула я. – Хотя, тогда же и сны начались…

       Я задумалась. Да, сны начались тогда, но вот зов начался через пару месяцев, в конце лета… Моя голова готова была развалиться на части от всей информации, поэтому я просто попросила Кирилла сжалиться надо мной и ничего не рассказывать, пока я всё не переварю. Я не помнила свою прошлую жизнь, и не могла воспринять всё так сразу, с наскока. Должно пройти какое-то время, прежде чем события последних недель и всё, что я узнала о себе уляжется в моей голове. Хоть я и держалась молодцом, но после лунной свадьбы чувствовала себя опустошенной, несмотря на то, что силы во мне было хоть отбавляй. 

       Пока я сидела, уткнувшись в пространство перед собой, то совсем не замечала, как Кирилл гладит мою ладонь. Очнулась только тогда, когда он стал покрывать её поцелуями. С каждым прикосновением во мне что-то вздрагивало, а когда он приблизился к запястью, и проведя по нему кончиком носа втянул воздух, вдыхая аромат моей кожи, я сама сделала судорожный вздох. Кирилл поднял на меня глаза, и я увидела как они сияли, хоть и был день и луны на небе не было. Он положил мои руки себе на грудь, а сам убрал мои волосы, раскиданые по плечам, за спину. Его движения были медлянными и аккуратными, но таким спокойным он казался только с виду. Я буквально чувствовала напряжение между нами, и оно меня завораживало. Медлено придвинувшись ко мне, Кирилл прижался своими губами к моим, нежно и бережно, но только на секунду, потому что больше сдерживаться он не мог. А я и не стала его сдерживать.