Праксис - Уильямс Уолтер Йон - Страница 281

Мартинес подумал, что в добродетели Торка хотя бы входит последовательность.

Возмещая потери от внезапного нападения, вновь запустили приманки. Торк направил ракету в засекший Флот радар, то есть во Вторую станцию.

— Наш старый пират, — фальшиво сказала Миши.

Как и ожидалось, на "Прославленном" были и вывихи, и переломы. Никого не госпитализировали. Наксидский удар пришелся в молоко, но персонал пространственно-временной станции видел передвижения Праведного Флота и хотя бы о некоторых целях сможет судить, приманки это или корабли.

Вероятно, для этого всё и затевалось.

Мартинес снял шлем, избавляясь от запаха адреналина, наполнившего скафандр, и просмотрел запись короткого сражения. На них летело более двухсот вражеских ракет. Большинство прошло мимо. Только две эскадры рассеялись — его и Сулы.

Что-то в рассеивании кораблей Сулы показалось ему знакомым, и он проанализировал траектории. На первый взгляд они были случайными, но при близком рассмотрении стало ясно, что корабли движутся по хаотической системе.

Каким-то образом Суле удалось привнести новую тактику в эскадру, и, по-видимому, Торк об этом не узнал.

Умница. Вот бы и ему с Миши так же.

Мартинес решил не покидать рубку до конца кампании. Он приказал Нарбонну принести кофе и устроился поудобнее, ожидая входа во Второй тоннель Бачуна, закрытый на экране светящейся пылью от уничтоженной станции.

Праведный Флот летел по тоннелю вслед за уже привычным облаком ракет, оборудованных лазерными поисковиками и радарами, и за сотнями приманок. Чтобы не попасть под возможный удар на другой стороне, корабли выполнили внезапную смену курса, задержавшую их вход в систему Магарии и лишь повысившую градус нервного напряжения экипажей.

Перед самым прыжком Мартинес включил режим виртуальной реальности. Перед внутренним взором развернулась система Бачуна с ее белым солнцем и голубой точкой самого Бачуна, опоясанной серебряным кольцом.

Тоннель приближался. Мартинес напрягся, стараясь почувствовать, что ждет Флот на другой стороне. Его переполняло нервное возбуждение. Сердце, казалось, бьется где-то в горле.

Он понял, что прыжок сквозь тоннель завершен, когда система Бачуна в его мозгу растворилась в кромешной тьме. Он потерял ориентацию, но почти сразу сенсоры начали собирать данные с лазеров запущенных вперед ракет, и постепенно перед Мартинесом раскрылась карта Магарии.

Когда-то, во время поражения при Магарии, Ярлату помешали два газовых гиганта, Барбас и Ринконелл, располагавшиеся между Первым тоннелем и Магарией. Сейчас картина поменялась — Барбас с Ринконеллом ушли по своим орбитам, да и Магария была с другой стороны звезды. Праведный Флот мог проскользнуть мимо Магармы, солнца Магарии, и вихрем ворваться в захваченный врагом мир.

Конечно, если бы не было вражеского флота, чьи корабли вспыхнули на экране Мартинеса россыпью огней далекого фейерверка. Наксиды обогнули Ринконелл и теперь направлялись к солнцу.

Курсы обоих флотов постепенно сходились, и если ничего не изменится, дней через пять они начнут обстреливать друг друга.

Вражеский командующий вел корабли прямо на Торка, как тот и желал.

— Лорд капитан, — обратился связист мичман Чой, — у нас радиосигнал от наксидского командующего. Открытая передача.

Мартинеса поразила точность расчета. Сообщение пришло через три минуты после входа последнего корабля Праведного Флота в систему Магарии. Наксиды примерно представляли, когда появится Торк, и заранее послали сообщение.

— Давайте посмотрим, — сказал он. Он всё еще поглядывал на тактический экран, опасаясь, что послание всего лишь способ отвлечь лоялистское командование от какой-нибудь каверзы.

В углу экрана появилось изображение наксида, и Мартинес увеличил его. Наксид был немолод, с серыми пятнами на голове, там, где отвалились чешуйки. На нем был расшитый тускло поблескивающими серебряными галунами мундир главнокомандующего. Глаза на плоском лице горели темно-красным.

"Говорит командующий флотом Даксад, — прозвучал властный голос. — Во имя Праксиса, требую немедленной и безоговорочной капитуляции мятежных анархистских и пиратских кораблей, только что вошедших в систему Магарии. Вы можете показать, что сдаетесь, выпустив все ракеты в межзвездное пространство. Если откажетесь удовлетворить наше требование, вас тут же уничтожит флот под моим командованием. Ожидаю незамедлительного ответа".

Мартинес уже искал сведения о Даксаде в базе "Прославленного". Наксид оказался даже старше Торка, а в отставку ушел на восемь лет раньше. Вероятно, кризис заставил его вновь надеть форму, чтобы заменить злополучного командующего, сбежавшего из Заншаа после падения Верхнего города.

В другом углу экрана Мартинес увидел текстовое сообщение от Чандры: "Вряд ли Торку понравится, что не он первый потребовал сдаться".

"Вряд ли он обрадуется, что его назвали пиратом", — прокомментировал он.

Мартинес был прав. В ответе, тоже посланном по открытому каналу, чтобы весь флот мог им полюбоваться, Торк объявил мятежников предателями и потребовал сдаться. Он приложил запись капитуляции леди Кушдай как напоминание Даксаду о том, что, продолжая войну, он идет наперекор приказам собственного командования, а также правительства и Флота.

Даксад парировал пространной речью, оправдывающей Комитет спасения Праксиса, осудил Праведный Флот как пиратов, уничтоживших станции тоннелей и кольцо Бай-до, и вновь настаивал на капитуляции.

Торк отреагировал еще более витиевато, с экскурсом в историю провозглашения шаа первой Декларации Праксиса на Заншаа, и повторил требование покориться.

В тот вечер Мартинес поужинал и лег спать у себя. Он не думал, что произойдет что-то интересное, пока командующие продолжают полемизировать об идеологии.

Хотя противники сражались только на словесном фронте, дни после захода в Магарию не были спокойными. Мартинеса увлекла череда совещаний с Миши и штабом, с офицерами и мичманами, со штабом Торка и аналитиками из других эскадр. Они беспрерывно проверяли построение вражеских войск, пытаясь разобраться, где приманки, а где корабли. В какой-то момент Чандра выдвинула шокирующее предположение, что это всё фальшивка, а настоящие боевые звездолеты не здесь и, возможно, несутся к ним вслед за облаком из нескольких тысяч ракет, скрытые солнцем Магарии.

К счастью, полученная позже информация опровергла эту теорию. Сенсорные ракеты проверили пространство за Магармой и не нашли ничего, кроме самой Магарии. Внимательное изучение данных с радаров и лазеров показало, что существует разница по крайней мере между некоторыми наксидскими сигналами, что доказывало, что на Флот идут и боевые корабли, и приманки.

Враг был настоящим.

Два огромных флота шли навстречу друг другу. Праведный Флот, как и до этого, летел по курсу вокруг Магармы к самой планете. Траектория наксидского флота пересекала маршрут лоялистов возле солнца.

Мартинес видел в этом интересную тактическую задачу. В течение нескольких часов оба флота будут палить друг в друга, а затем им предстоит перестроиться для полувитка вокруг звезды. Учитывая большое расстояние между кораблями даже в плотном строю, столкновений удастся избежать, но их ряды смешаются, продолжая вести перестрелку.

И после маневра придется как-нибудь разъединить флоты, пока корабли в упор ведут огонь по противнику.

Торк тоже был в курсе проблемы и приказал флоту ускориться и пройти пересечение раньше наксидов. Он настолько не сомневался в собственном численном превосходстве, что отдал команду авангарду окружать врага по мере приближения. Наксиды тоже ускорились, не допуская подобного. Это продолжалось большую часть дня, экипажи всё больше страдали от перегрузок, пока Торк не сдался, неохотно отдав приказ арьергарду уплотнить ряды.

Но вопрос пересечения оставался. Мартинес надеялся, что они дойдут до точки слияния уже после того, как лоялисты одержат верх.