Удовольствие беты (ЛП) - Эванс Брайс - Страница 16

— Что сказали родители, когда вы вернулись домой? — спросила Симона.

— Сначала ничего. Когда мы вернулись домой, моя мама плакала, а мне было плохо. Женщина была святой. Она была хороша, как золото, и я был тем, кто причинил ей боль. Я корил себя за то, что сделал эту женщину несчастной. Затем мой папа позвал меня в свой кабинет и сказал, что я должен каждый день заниматься уборкой школьных туалетов.

— По крайней мере, он не отшлепал тебя. Я бы сказала, что тебе повезло, — ответила Симона. все еще в восторге от истории.

— Поверь мне, я бы предпочел быть избитым. Ты никогда не убиралась после всех щенков и взрослых, которые используют эти ванные, душевые и кухни. Эти волки могут испортить себе место, но после первой недели Альфа вызвал нас в свой кабинет и рассказал, как они были напуганы, когда мы ушли, насколько они нас любили. Я никогда не видел, чтобы мой отец плакал раньше, но в тот день он плакал впервые. Ему всегда было так тяжело, и Альфа был так же жесток и с Арденом, но я многому научился за те два дня, что мы не были в стае.

Симона наклонилась к плите, слушая самые интересные истории, которые когда-либо слышала. Она выросла не с любящими родителями, как Бэйн. Она выросла с пьяной матерью, а отец, его Симона никогда не знала. Мать заботилась о ней, пока не уронила сигарету в постель, поджигая одеяла и себя. Мать была настолько пьяна, что не могла найти выход из квартиры, прежде чем дым ее убил. Когда это случилось, Симона была в школе. Бэйн не знал, как ему повезло, или, может быть, он знал.

— Что ты узнал? — спросила Симона.

— Во-первых, я узнал, что трава не всегда зеленее с другой стороны. Во-вторых, я узнал, сколько всего предназначено для меня. Я был напуган. Хотя Арден был со мной, я чувствовал себя одиноким. Я никогда не чувствовал себя в одиночестве с моей стаей. Когда одному из нас нужна помощь, мы все помогаем друг другу. Кроме того, мы все заботимся друг о друге. — Симона рассмеялась.

— Бэйн. — Симона положила руку ему на руку. — Мне жаль, что я обвинила тебя раньше, ты знаешь, с Моникой, — она с позором склонила голову. Он был хорошим человеком, и она прищурилась. Ей нужно было знать, что не все были как Терри.

Молча, палец Бэйна подтолкнул ее подбородок.

— Не бери в голову.

— Но я должна была знать, что в этом не было ничего плохого, или Моника что-то сказала бы. Я никогда раньше не видела волков, поэтому мне тоже не с чем сравнивать. Мне очень жаль, что я не так поняла. Я просто привыкла к Терри и…

— Я закончил это, а ты? — спросил Бэйн с улыбкой на лице.

— Да, я тоже.

Они оба смотрели друг на друга, не замечая ничего вокруг.

Джош прокашлялся:

— Я думаю, вы, возможно, захотите прийти посмотреть на толпу перед магазином.

Симона моргнула, глядя в сторону.

— Давайте вытащим эти сладости и откроем магазин, — ее голос был хриплым, когда она обернулась и взяла кексы.

Когда Бэйн вышел, он остановился. Симона оглянулась вокруг, чтобы понять, что случилось; только чтобы увидеть лица, смотрящие в магазин. Не только некоторые из оборотней, но многие люди ждали, когда откроются двери.

— Черт возьми, — рявкнула Симона, когда вышла вперед с кучей печенья. — Они ждут, чтобы войти сюда?

— Да, мэм, я считаю, что так и есть, — сказал Джош, смеясь.

— Я почти боюсь открыть двери, — призналась Симона. Она внезапно занервничала, когда люди продолжали смотреть на нее, пока она бросилась выкладывать кексы на витрину.

— Я думаю, нам нужно продолжать выпечку, — прокомментировал Бэйн, глядя на улицу.

— Давайте откроем двери и посмотрим, что произойдет. Если нам нужно, мы можем сделать больше. Я не хочу тратить время и ингредиенты, если они их не заказывают, — решила Симона. Она подошла к переднему входу, повернула знак «Открыто» и отперла дверь. Как только она это сделала, дверь открылась и не закрывалась. Симона обернулась, ее глаза расширились, когда клиенты потекли внутрь.

У Бэйна были кексы на тарелке, и они отправляли их к клиентам.

— Хотите попробовать наши кексы с двумя шоколадными конфетами? — он даже вспомнил, как она их называла.

Руки поднимались по всему магазину. Ее дыхание замерло, ожидая, когда первый укус наполнит их рты. Незадолго до того, как они пошли в заказ, потребовали дюжину печений. Даже не пробовав медовые булочки, они заказывали дюжину из них.

Джош подошел к стойке, предлагая конфеты в коробках для детей. Даже родители присоединились, взяв угощение из коробки. Она была настолько сосредоточена на комментариях, что не заметила, что даже Моника принимает заказы и звонит людям. Слава Богу, она подготовила прайс-лист, прежде чем легла спать. Куинн дала ей некоторые предложения, основанные на стоимости жизни в Нью-Хоуп. Симона также проверила цены на обед, чтобы быть уверенной. Ее работа должна была окупиться, все, казалось, были счастливы оплатить ее.

Бэйн подошел с пустой тарелкой.

— Я думаю, нам нужно идти, позволив им справиться здесь и начать выпечку. Поток не останавливается. Тебе не нужно раздавать слишком много бесплатно — ты все продашь.

Все, что Симона могла ответить, это улыбнуться. Она подумала, что ее лицо может сломаться на две части, но ей все равно. Ей нужно было испечь больше, намного больше.

— Похоже на это, — Симона подошла к кассе и сказала Монике и Джошу принести заказы в пекарню, чтобы она могла подготовить их.

Когда они оказались за дверью, Симона всхлипнула. Она продавала, и мужчина, стоящий рядом с ней, очень помог с этим. Когда она подняла глаза, Бэйн уставился на нее.

— Спасибо, Бэйн. Спасибо тебе за помощь и поддержку, — затем, удивив даже себя, она вскочила и обняла его.

Ее потрясло то, насколько ей понравилось быть в объятиях Бэйна. Симона впервые почувствовала себя в безопасности в своей жизни, и она даже не знала этого человека. На самом деле, нет.

— Мне кажется, мне это нравится, — Бэйн с улыбкой дразнил ее.

Он не отрывался, и Симоне хотелось смаковать момент. Никогда она не чувствовала себя так комфортно и безопасно, и это было с совершенно незнакомым человеком. Одеколон, которым он надушился, вскружил ей голову. Это было вкусно и интимно, заставляя ее тело реагировать. Было настолько соблазнительно сделать это, но у нее были заказы, которые нужно сделать, и она не могла позволить себе быть чем-то больше, кроме как подругой Бэйна Кросса.

Глава 11

Симона отстранилась первой, когда они смотрели друг на друга. Воздух в комнате был тяжелым, она глубоко вдохнула; казалось, что они одни в мире. Прочистив горло, Бэйн спросил: