Вернувшийся к свету (СИ) - Вэдер Ольга - Страница 32

Две тяжелые ладони легли на ее плечи: девушка не услышала, как подошел к ней Ардаггер.

- Ты умница, - шепнул он.

Леми не обернулась, внимательно разглядывая черную тень, наползающую на Приозерную равнину. Руки дана по-прежнему лежали на ее плечах, и ей стало спокойнее. Она знала силу рук Ардаггера - сожми он пальцы сильнее, и сломает кости, сожми он пальцы еще сильнее - и кости будут раздроблены: в своем мире девушка стала свидетельницей этого. Но и тогда, и сейчас эта чудовищная сила оберегала и успокаивала ее. Сквозь тонкую ткань платья Леми чувствовала тепло рук Ардаггера, и успокоилась совершенно.

- Ардаггер, - задумчиво сказала она, - тебя ненавидят в Оннелане?

Она почувствовала, что руки с ее плеч исчезли, и обернулась. Ардаггер стоял, глядя поверх ее головы на приближающуюся тучу. Подождав, пока утихнет раскат грома, создатель мира нехотя сказал:

- Не все, но многие.

- Но почему? - Леми вскинула голову, однако дан избегал ее взгляда. - Почему ты все это начал?

Создатель мира молчал. Где-то близко сверкнула молния, ярко осветив его сумрачное лицо. Ударил гром. Ардаггер затворил окно:

- Давай поговорим. Присядем.

Дан сел на диван, Леми устроилась в кресле напротив. Сполохи молний, вспыхивающих одна за другой, освещали комнату. Громыхало не сильно: толстые стены приглушали шум.

Создатель мира заговорил:

- Что касается твоего вопроса... Если честно, я его ждал.

Часто задумываясь, чтобы подобрать верное слово, он рассказал Леми, как получилось, что после создания мира между данами началась вражда. Девушка слушала, не перебивая. Перед ней вставали яркие картины сотворения мира и не менее яркие образы творцов. Ардаггер говорил честно, не щадя себя, и Леми, наконец, поняла его: перед ней был тот, кого не без причины обвиняли во всех бедах мира, но этот Кэрхед Бешеный, хоть был виноват более остальных, не являлся единственным виновником бедствий и катастроф.

Закончив рассказ, Ардаггер встал, подошел к огромному книжному шкафу и достал с самого верха толстый фолиант.

- Можешь взять и прочитать, - сказал он, бросив книгу на стол. - Кое-что выдумано, но основной ход событий изложен верно. Возможно, это прояснит некоторые моменты.

Леми взяла том и чуть не уронила: он оказался тяжелым. Девушка с уважением посмотрела на переплетенную в черную кожу книгу с застежками - таких она не то что не держала в руках, даже не видела никогда. Обложка была украшена сложным тонким узором из серебряных нитей, и Леми не сразу заметила, что часть нитей сплетаются в буквы. Книга называлась "Даны".

Забрав книгу в свою комнату, Леми остаток дня и всю ночь провела, вчитываясь в большие ровные буквы, даже не написанные, а нарисованные красными, как кровь, чернилами. Читать рукопись было непривычно, потому дело продвигалось не быстро, и к утру девушка одолела половину. Кроме того, много времени отняло разглядывание великолепно нарисованных иллюстраций-миниатюр. Маленькие черно-белые рисунки, похожие на гравюры, были выполнены настолько блестяще, что Леми подолгу любовалась ими.

Хотя девушка просидела над книгой много времени, усталости она не чувствовала - дан позаботился об этом во время перехода через лабиринт, сделав так, что нескольких часов сна ей хватало, чтобы быть свежей недели две.

Она успела переодеться за пять минут до того, как в дверь постучал Раймор. Крикнув ему, что выходит, Леми подошла к дивану, на котором оставила открытую книгу и, прежде чем захлопнуть ее, пробежала глазами по последним строкам на странице. Это были слова старшего дана:

- Мал для меня чужих вес мнений -

Кого-то там я не спросил.

Что мне до ваших убеждений,

Все будет так, как я решил!

Хоть как меня вы назовите...

Ах, я и зверь. Ну, зверь я, да!

Скажу - и вы в огне сгорите.

Скажу - затопит вас вода.

Леми оставила на странице закладку и закрыла книгу. Запирая дверь комнаты, она подумала, что автор поэмы прав - такими словами мог говорить Кэрхед с первым королем Фаэрана.

Раймор заметил, что девушка чересчур молчалива.

- Что с тобой? - участливо спросил он, не забыв просьбу Леми говорить "ты".

- Ардаггер дал мне вчера почитать поэму "Даны"... - начала было Леми.

Раймор улыбнулся и махнул рукой:

- Не принимай всерьез абсолютно все там написанное, - посоветовал он. - Впрочем, - Раймор случайно повторил слова, накануне сказанные Ардаггером, - ход событий изложен точно, хотя отдельные эпизоды - вымысел чистейшей воды.

- Вот как? - с любопытством спросила Леми.

Разговор начал ее интересовать, и она не спросила саанара, куда они идут, потому что, вместо того, чтобы спускаться, Раймор вел ее незнакомыми коридорами куда-то в сторону. Центральная башня Харда была огромной, Леми не знала большинства ее переходов.

Саанар философски пожал плечами:

- Человек, который это написал, знал не все, поэтому кое-что выдумал.

- А кто он? - спросила Леми, оглядываясь: ей показалось, что она узнает коридоры.

- Не знаю, - отозвался Раймор, останавливаясь перед массивной дверью. - Никто не знает.

Он потянул на себя вбитое в дверь кольцо, неожиданно легко створки раскрылись, а Леми мысленно выругала себя за рассеянность: они попали в оружейную, только шли другим путем.

- Хозяин просил подобрать для вас... для тебя оружие, - пояснил саанар. - С вооруженным человеком побоятся связываться, часто достаточно клинка на поясе, чтобы тебя оставили в покое.

Раймор нашел кольчугу небольшого размера и короткий меч. Девушка скептически посмотрела на его трофеи и заявила, что в кольчуге она будет выглядеть как чучело.

- Наденешь под куртку, - безапелляционно приказал саанар.

Леми так и сделала. Кольчуга оказалась прочной, гибкой и не стесняла движений. Когда девушка надела сверху куртку (к счастью, она была немного велика), никто бы и не сказал, что под одеждой у нее кольчуга. Раймор довольно кивнул и помог прикрепить перевязь меча к кожаному поясу. Леми вынула клинок из ножен, осторожно провела пальцем по сизой стали и вложила его обратно в ножны.

Пояс оттянуло вниз, хотя в руках клинок не казался тяжелым.

Леми натянула перчатки, но от шлема отказалась категорически. Девушка сухо сказала, что лучше пускай ей снесут голову, чем она станет ходить в этом горшке. Саанар расхохотался, но согласился с ней, и они вышли из оружейной. При ходьбе меч непривычно бил по ноге, Леми придерживала его рукой, про себя ругая Ардаггера за эти дурацкие выдумки.

Дан ожидал во дворе замка, держа под уздцы оседланных лошадей - белого коня Раймора и красавца Лаклато. Вороной был при новой сбруе, богато украшенной серебряными бляшками с выпуклым рисунком и темно-красными гранатами.

Раймор взял поводья и взлетел в седло, не коснувшись стремян. Леми не заметила его мальчишеской выходки, занятая попыткой забраться на коня: меч путался в ногах и мешал.

Дан подержал Леми стремя, та села в седло. Ардаггер протянул ей письмо Корета.

- Не потеряй! - приказал он. - А на словах передашь братцу с сестрицей: если они захотят со мной переговорить, пусть снимут покрывало с зеркала. Они поймут.

Пряча письмо во внутренний карман куртки, Леми кивнула.

- Будут расспрашивать - ничего не скрывай, - продолжил указания Ардаггер. - Говори правду, все, что знаешь: так будет лучше. Вот еще, - он снял с пальца то самое кольцо, которым открывал дверь подвала, - покажешь дозорным Оннелана - они наверняка встретятся тебе за Смоляным озером.

Кольцо отправилось в тот же карман, что и письмо: для пальца девушки оно было велико.

Девушка подбирала поводья, когда внезапно Ардаггер потянул ее вниз за плечо, а когда она наклонилась, крепко ее поцеловал.

- Желаю удачи, - сказал он, и его глаза на миг встретились с глазами Леми. - Будь осторожней.

- Ты тоже, - произнесла Леми. - Счастливо оставаться.

За воротами замка Лаклато сам рванул галопом. Раймор скакал следом, а Ардаггер пристально смотрел вслед удаляющимся всадникам.