Катализатор (СИ) - Демидова Мария - Страница 108

«Интересно, она настолько уверена в собственной неуязвимости или просто не боится смерти? — размышлял Виктор, бредя ранним утром по Замковой улице и привычно скользя взглядом по вывескам знакомых кафе и магазинов. — И если не боится, то почему? Из-за детской уверенности, что смерть — это то, что случается только с другими? Или из-за того, что собственная жизнь не имеет для неё ценности? Что толкает её на арену? А что, если задуматься, толкает туда меня?»

Джину, торопливо шагающую по противоположной стороне улицы, Виктор заметил не сразу. Точнее, не сразу узнал. Девушка выглядела так, будто выскочила из дома второпях, забыв о макияже, причёске и вообще обо всём на свете. Журналист двинулся следом, мысленно объяснив своё поведение беспокойством о хрупкой девушке, которая спешит куда-то, не разбирая дороги, не обращая внимания на отвратительную морось и не видя ничего вокруг. Отчасти это было правдой. Отчасти — попыткой оправдать банальное любопытство.

Войдя в парк, Джина нервно огляделась и свернула на боковую аллею. Предположений, с кем девушка так стремится встретиться за день до дуэли, Виктор не строил, и всё-таки, заметив, к кому направляется колдунья, был удивлён.

Мальчишка в кожаной куртке нахохлившейся вороной сидел на невысокой ограде детской площадки. Увидев Джину, счастливо улыбнулся, соскочил на землю, приветственно махнул рукой. Колдунья нерешительно остановилась в паре метров от него. И не подумаешь, что несколько минут назад торопилась, едва не срываясь на бег. Парень сделал несколько шагов, на ходу стягивая чёрные перчатки. Джина вдруг отступила, спрятала руки за спину, торопливо пробормотала что-то, чего Виктор не смог расслышать. Мальчишка упрямо качнул головой, приблизился к колдунье, обнял. Нет, просто дотянулся до спрятанных ладоней, заставляя девушку вывести руки из-за спины. Сжал дрожащие пальцы.

— Если бы это было правдой, ты бы не пришла.

Джина не спорила и не сопротивлялась.

Не в силах справиться с любопытством, Виктор подошёл чуть ближе и устроился за столиком пустого уличного кафе, на всякий случай опустив пониже козырёк кепки. Парочку, впрочем, происходящее вокруг явно не интересовало. Мальчишка вообще закрыл глаза и замер, улыбаясь и сжимая руки Джин. Девушка смотрела на него внимательно, сосредоточенно, будто стараясь уловить и запомнить каждый оттенок мимики.

«Странная, очень странная ведьмочка, — думал Виктор, который через пять минут уже начал скучать на своём наблюдательном посту. — Интересно, вездесущий Скай знает об этих встречах? Уж не рассказать ли?»

В том, что свидание в парке не было первым, журналист почему-то был абсолютно уверен.

Мальчишка вдруг вздрогнул, не удержал улыбку, поморщился, как от боли. Скользнувшая по лицу тень исчезла через мгновение, но Джина как будто ждала этого сигнала.

— Хватит, — заявила она твёрдо, и парень открыл глаза. — Крис, достаточно.

Она попыталась отдёрнуть руки, но он удержал её за запястья. Вырываться, впрочем, не заставил — уже через пару секунд отпустил, вскинул ладони жестом фокусника: «Не держу, никакого подвоха, всё честно!»

— Прости. — Джин говорила тихо, но Виктору всё-таки удавалось расслышать слова. — Это в последний раз.

— Не зарекайся, — улыбнулся Крис, надевая перчатки.

— У меня поезд через два часа, — невпопад ответила колдунья. — Так что… Слушай, мне так стыдно… Но я так рада, что ты пришёл. Что ты всегда приходил. — Она помолчала, опустив глаза. — Мне бы хотелось сделать для тебя что-нибудь настолько же важное. Пока ещё есть такая возможность.

— Ну так в чём проблема? — Мальчишка потянулся, будто разминая уставшие плечи. — Два часа, говоришь… Времени вполне достаточно.

— Есть идеи?

Крис состроил хитро-задумчивую гримасу.

— Чем я ограничен в своих фантазиях?

— Разве что здравым смыслом, — усмехнулась Джин.

Парень звонко рассмеялся.

Колдунья поёжилась, будто только сейчас почувствовала влажную осеннюю прохладу, плотнее запахнула воротник плаща.

— Ты уверена, что это условие по адресу? — поинтересовался Крис, расстёгивая куртку.

Джина удержала его руку.

— Не джентльменствуй, простудишься, — предостерегла она. — И не отвлекайся. Так как насчёт фантазий?

— Ну… — протянул Крис с наигранной нерешительностью. — Есть одна. Только сначала пообещай, что исполнишь. А то я перед тобой душу раскрою, а ты начнёшь придумывать отговорки, нанесёшь мне психологическую травму…

«Вот ведь мелкий нахал, — раздражённо подумал Виктор. — Неужели она не видит, чего он добивается? Или, наоборот, прекрасно видит…»

— Хорошо. — Джин улыбнулась, принимая правила игры. — Обещаю, что исполню любую твою просьбу. Заслужил.

Мальчишка просиял, с заговорщической улыбкой поманил колдунью к себе и что-то прошептал ей на ухо.

Девушка посерьёзнела.

— Крис… — вздохнула она. — Ты же знаешь, что как раз этого я обещать не могу.

— Поздно. Уже пообещала, — невозмутимо напомнил он, снова усаживаясь на ограду. — Изволь выполнять.

Джина поправила ремешок сумки, спрятала руки в карманы.

— А если это невозможно? Я могу сделать что-то ещё, чтобы не остаться в долгу?

— И не мечтай, — категорично заявил Крис, крайне довольный своей уловкой. — Ты сама сказала: любую просьбу. За язык никто не тянул. Кстати, месяц назад я тоже многое считал невозможным. Но я же здесь. Так что не торопись с отказом. Лучше подумай, как сдержать слово.

Она с полминуты стояла в задумчивости, молча теребя кончик пояса. Потом взглянула на часы.

— Мне надо идти. У Эша планёрка заканчивается.

Крис понимающе кивнул.

— Тогда до встречи. — И добавил, не давая ей вставить слова: — Возражения не принимаются.

Джин улыбнулась и, ничего не ответив, быстро зашагала в сторону музея.

Когда Виктор вновь перевёл взгляд на Криса, парень всё ещё смотрел вслед колдунье, внимательно и неожиданно серьёзно. Лишь после того, как девушка скрылась за поворотом, он снова расстегнул куртку и достал из внутреннего кармана короткий шнурок, сплетённый из разноцветных нитей. Покрутил его в пальцах, словно изучая, а потом крепко завязал на запястье. И улыбнулся удовлетворённо — как человек, только что закончивший очень трудное, но важное дело.

Отец, конечно же, никуда не уехал. Не подействовали ни уговоры Аниты, ни аргументы Рэда. Не добавлял убедительности и тот факт, что Крис тоже оставался в городе.

— Может быть, нужно было придумать ещё какие-нибудь доводы, — сокрушалась Анита, сидя в купе Зимогорского экспресса и тревожно глядя в окно на здание вокзала. — Солнышко, может быть, если бы ты поехал, он тоже согласился бы? Было бы здорово всем вместе погостить у бабушки с дедушкой, правда?

— Правда, — кивнул Крис. — Но нет, не согласился бы. Он ведь не просто так остался, а чтобы патрули усилить, если какая-нибудь суматоха начнётся. Ты же знаешь, когда дело касается работы, папу ни в чём не убедить. Он упрямый, как…

— …ты, — улыбнулась Тина.

— Как я, — согласился Крис, ловко забрасывая на полку тяжёлую сумку Аниты. Рукав куртки съехал к локтю, обнажив запястье, обвязанное ярким плетёным шнурком. От взгляда матери непривычный аксессуар не ускользнул.

— Ты начал носить амулеты? — Анита выглядела одновременно удивлённой и обрадованной, и Крису очень не хотелось её разочаровывать.

— Вроде того, — ответил он, натягивая рукав почти до середины ладони.

— Наконец-то, — с облегчением вздохнула Анита, не замечая помрачневшего взгляда дочери.

— Я пойду узнаю, что там с чаем. — Кристина открыла дверь купе и поманила брата за собой. — Составишь компанию?

Дойдя до противоположного конца вагона, она резко остановилась и обернулась.

— Это ведь не твой амулет.

Вопроса в тоне не чувствовалось.

— Теперь мой.

Крис облокотился на тянущийся вдоль окна поручень.

— И как это понимать? — уточнила Тина, не сводя с брата строгого взгляда.