Девушка, видящая призраков (ЛП) - Боросон М. Х. - Страница 42

Том Вонг отвернулся от моего отца и прицелился снова. Боль затуманивала голову, но я побежала. Побежала к Тому и своему отцу, бежала скорее, чтобы сделать что-нибудь, защитить отца. Любой ценой. Я бежала.

Время словно замедлилось. Палец Тома напрягся на курке, я прыгнула. Не на Тома, я знала, что он отобьет меня, как муху. Я прыгнула между Томом и отцом, чтобы пуля попала в меня.

Курок щелкнул.

Но грома не было, как не было и боли или пули. Только щелчок. Я смотрела на пистолет в руке Тома.

Мы с ним посмотрели друг на друга. Моя усталость была резким контрастом против его спокойствия. Он казался скучающим. Он снова нажал на курок, словно проверял, что будет. Снова щелчок.

— Из этого пистолета, — сказала я, — констебль стрелял в Кулу-Янлина.

Том Вонг пожал плечами и отбросил пустой пистолет.

— Давай, Ли-лин, — сказал он, повернувшись ко мне. — Даже если твой отец убьет господина Лю, он все равно умрет сегодня. Для него слишком поздно. Но не для тебя.

Я шла к человеку, выстрелившему в моего отца. Шаг за шагом. Голова звенела то ли от удара, то ли от звука выстрела.

— Посмотри на себя, — сказал он, я приближалась. — Ты без оружия. Разбита. Ты мне не соперник, ты это знаешь. Я почти та же хорош, как Ракета.

Я сделала шаг и с силой ударила его по ноге. Он это видел, но знал, что это финт Он видел, как я изображала удар, и поднимал другую ногу, чтобы снова ударить по моей голове.

Вот только я не изображала.

Я делала вид, что изображала. Я ударила его по ноге с силой, а он как раз хотел взмахнуть ногой, опираясь на ту, что я ударила. Звук его лодыжки пугал — связки рвались. Его нога не долетела до меня, и я приняла решение. Том выстрелил в моего отца. У него не было возврата.

Я схватила его ногу в воздухе и дернула к себе с силой. Вес его тела был на лодыжке, что поддерживала его. От звука мне хотелось тошнить.

Я ткнула локтем в его глаз, он рухнул на землю.

Я посмотрела на него. Его нога была вывернута. Лодыжка сломана. Он сможет ходить только с костылями, если выживет.

Я быстро разобралась с Томом Вонгом. Он стонал на улице, где я его побила.

— Нет, Том, — сказала я, — ты и близко не стоишь с Ракетой.

Я отвернулась от него и увидела отца и Лю Цяня. Двое стояли напротив друг друга. Отец едва мог стоять. Кровь растекалась по желтому шелку на его боку, и кровь текла из ранок на его руках. Я зарычала. Я знала, что это были за ранки. Змей кусал его.

Лю Цянь был потрепан Маоэром, исцарапан им, но глаза сияли триумфом.

Отец стоял в тумане, Лю Цянь ударил его в грудь человеческой рукой.

Я узнала удар.

Лю Цянь вонзил пальцы в грудь отца снова, и удар нарушил ток ци в моем отце во второй точке. Он вонзил пальцы в следующую точку на груди отца и нарушил ци там.

Лю Цянь исполнял дян-си-шуэй на моем отце. Не зря его звали прикосновением смерти. Пять точных ударов разрывали энергию тела, и следовала мгновенная смерть. Я еще не видела, чтобы заходили дальше первого удара. Отец считал это грязной магией. Лю Цянь уже исполнил три из пяти ударов.

Я побежала на ужасной скорости. Лю Цянь еще раз ударил отца. Еще удар, и мой отец умрет.

Я ударила отца в спину изо всех сил. Его голова отдернулась, он рухнул на Лю Цяня. Его пятый удар попал не туда, задел плечо отца. Я бежала дальше и ударила Лю Цяня ладонью по подбородку.

Он отшатнулся на пару шагов, я оттащила отца от него. Не было времени нежно опускать отца. Он рухнул на улицу со стуком.

Изо рта Лю Цяня текла кровь от моего удара. Он смеялся, кровь булькала на его губах.

— Думаешь, ты спасла его, Ли-лин? — вопил вор душ. Я вытащила меч и ударила по руке Лю Цяня.

Удар был точным. Лю Цянь и его рука закричали, человеческий и чудовищный голоса. Меч разорвал их связь.

Рука-змея упала на землю. Она корчилась, вскинулась, как кобра. Она смотрела на меня с ненавистью в трех глазах. Она открыла пасть и оскалила три ряда тонких зубов. От змеи странно воняло, существо горело там, где было соединено с Лю Цянем. Змея бросилась на меня.

Мой меч разрезал ее голову.

На миг было видно розовые внутренности змея, словно у живого существа, но лишь на миг. А потом существо осыпалось, как старые листья, и бледная плоть стала дымом.

Монстр пропал, на его месте появилась нить. Я прищурилась. Не нить.

Это были волосы.

Прядь длинных белых волос.

Я в панике смотрела на эту прядь волос. Я помнила. Я помнила ее и принесенную ею смерть. Ее длинные белые волосы.

— Как…? — сказала я вслух, а потом по мне попало заклинание.

Я застонала и схватилась за бедро. Духовная стрела. Глупая Ли-лин отвлеклась на воспоминания, пока меня пытался убить даоши пятого сана.

Лю Цянь бросил еще одну стрелу. Я отшатнулась в сторону, стрела пролетела мимо. Я едва могла использовать левую ногу из-за стрелы в ней. Я едва могла думать от боли в бедре.

— Я тебя убью, — сказал Лю Цянь, голос дрожал от гнева. — И твоего отца. И все будут знать, что Лю Цянь — сильнейший даоши его поколения.

Я пыталась шагнуть назад, но левая нога не слушалась. Она была вялой, и я пошатнулась. Я подняла персиковый меч. Только это меня защищало.

Лю Цянь улыбнулся. Это было жутко, ведь кровь из порезов и синяков была вкруг его рта.

— Я припасал заклинание для твоего отца, — сказал он, — но ты его заслужила, — формируя волшебные жесты рукой, он начал колдовать. Слова и жесты сплетались в магию, в облик по воле волшебника. Он повис в воздухе красным миазмом, и я поняла.

Я слышала его слова и понимала. Он звал болезнь в мое тело. И персиковый меч от нее не защитит.

30

Я прокричала слова из Нефритового текста, но Лю Цянь улыбнулся только шире и страшнее.

— Скорее, скорее, ведь это Закон, — закончила я, магия встрепенулась на моих пальцах. Я не остановлю этим заклинание. Мы оба знали это. Но это удержит миазм на пару минут.

Заклинание давило, мои слова удерживали его. Миазм заберется ко мне в нос и рот. А потом усилится во мне. Через час меня заразит десяток видов рака. Через два я умру, и труп не будет напоминать человека.

Это начнется, как только я вдохну зараженный воздух. Мне нужно было отгонять красный миазм от легких как можно дольше.

Я стала дышать как черепаха. Лю Цянь ходил вокруг меня. Он хотел видеть, как умирает дочь его врага.

Прошло две минуты, мое заклинание разбилось. Меня окружило заклинание болезни, красное и гадкое. У меня было еще две с половиной минуты. Я могла выдыхать две с половиной минуты.

А что потом? Брошу меч в вора душ? Я не была рядом с веревкой с дротиком. Никто меня не спасет. Господин Янци не помог бы в бою. Чайки отвлекали Кулу-Янлина. Отец был без сознания.

Не был. Я поняла это. Он лежал на спине, но его губы двигались. Что он делал? Лю Цянь сбил его ци. Он днями должен копить энергию для сильных заклинаний.

А потом я ощутила это. Покалывание в пятках. Оно поднималось по мне, сияя.

Сильные заклинания истощали. После четырех ударов по ци отец едва ли сохранил энергию. Но не все заклинания требовали тратить энергию.

Третий сан растекался по мне священной рекой. Тело и дух обновились. Нервы радовались, словно наступило утро после месяца тьмы.

Я выдернула стрелу из ноги. Было больно, но не важно.

Я не могла защититься от болезни вокруг меня. Через минуту мне придется дышать. Но я умру третьим саном. Этим можно гордиться.

А потом ко мне пришли волны силы. Мир вкруг меня украсили геометрические узоры, они были красивыми. Я почти могла коснуться этих узоров из звезд, почти могла ощутить ладонями изменение вещей, из дерева я воду, в металл, в землю, в огонь и обратно в дерево, что проходило без прерывания.

Я получила четвертый сан, и я не могла в это поверить.

Я смотрела на отца. Он начал ритуал пятого сана. Когда он закончит, я смогу биться наравне с Лю Цянем.