Федерация Нежити (СИ) - Ригби Мэд - Страница 21

*согласно анализу ОПК суммарное количество вышедших на митинг людей на всех станциях было около ста

Еженедельник «Бумажные Отходы» станции Глубокий Котлован в статье «Кто с Нами?»: «...Силовые структуры федерального центра в этот раз не решились пресекать акции в поддержку свободы выбора религиозной конфессии. Видя, как много людей не хочет пресмыкаться перед капиталистическим классом, власти опустили руки...»

Газета «Горячий Сплав» станции Доменная Печь в рубрике «В Топку»: «...Это стало отличной демонстрацией того, насколько прочным может получиться сплав пролетариата из различных регионов. Многие активисты отказались покидать место проведения акции до окончания судебного процесса по делу Лютера Сая**...»

**в рубрике были выложены фотографии митингующих возле выставленных ими палаток. В действительности фактов ночёвок на месте проведения митингов зафиксировано не было.

Дэйлик «Сегодня» федерального центра из интервью с митрополитом церкви Слепого Отца: «К.: - ...Люди, ставшие жертвой своей свободы. В первую очередь, это свобода слова, искажающая любую информацию в самую извращённую форму. Должны ли мы запрещать людям слушать? - Нет, так же как и не должны им запрещать думать. Но, если сам Лукавый говорит им, что нам остаётся делать? - Заставить Лукавого замолчать. Церковь Слепого Отца обязана взять под свой контроль публикацию всех информационных изданий, распространяемых на территориях республик. Очевидно то, что средства массовой информации штампуют заказные статьи, не думая о том, что люди, которые их читают, принимают всё за чистую монету. Заказчик этих статей развязывает информационную войну с целью узурпировать правительство. Кому это выгодно? - Сепаратистским движениям, желающим развалить наше государство, чтобы получить тотальную власть над отдельными регионами...»

Стоит сказать, что государственная церковь в определённой мере всегда держала на контроле СМИ регионов, но упустила тот момент, когда Великое Очищение, на которое были переложены обязанности по контролю новостных публикаций, пошло в разрез с церковью Слепого Отца. Теперь предстоял нелёгкий труд по наведению прежнего порядка в информационной сфере.

Глава 27: Храмовый допрос.

- Извините, храм временно закрыт для прихожан в связи с проведением работ по обновлению убранства комнат храма. - стоящий перед закрытой дверью храма служитель предупредил прохожего, желавшего войти внутрь. На одежде служителя на манжетах и петличках сверкали эмблемы в виде аббревиатуры «СО», которые ни о чём не говорили прихожанам храма Великого Очищения на станции Ториевые Залежи.

Храм посетил митрополит церкви Слепого Отца с деловым визитом, своему помощнику он дал указание никого не впускать внутрь. Митрополит Карл вёл оживлённую беседу с настоятелем, задавая ему вопросы и получая на них ответы, которые его не устраивали.

- На ком лежит инициатива организации республиканской конфессией волны митингов в поддержку Лютера Сая? - в очередной раз Карл задал вопрос настоятелю храма Великого Очищения.

- Прихожане, случайные люди, обращались с этой просьбой... - настоятель, как и всякий служитель, хорошо умел врать, но в этот раз ложь вышла ему боком, когда, не дав договорить, Карл вцепился ему в горло своей рукой.

- Мне не нужен бред про случайных людей. - пояснил Карл. - Кто главный организатор активистского движения вашего храма?

В ответ настоятель храма, с пережатым горлом, только издавал картавые звуки, в глазах появились слёзы.

- Я не понимаю тебя. - Карл просто издевался теперь над ним, ну а что? Надо было сразу нормально отвечать. - Кто вами всеми управляет?

Можно было уже и не сжимать настоятелю горло, но во избежание необходимости повторения процедуры, Карл решил максимально эффективно провести её сразу.

- Храм в Глубоком Котловане. - наконец произнёс настоятель осипшим голосом, когда Карл его отпустил.

- Там у меня все свои. - засомневался митрополит, назначивший на место Лютера Сая хорошо проверенного подчинённого.

- Не этот храм, не который здание. - пояснил настоятель. - Храм, который вера. Я не знаю, что у них там сейчас, они ушли в подполье. - голос его всё ещё оставался сиплым.

- Как они связываются с вами и остальными членами Великого Очищения? - спросил митрополит, который понял, сколько много у него теперь проблем будет, если ему придётся иметь дело с подпольщиками.

- Они присылают письма, без обратного адреса. - ответил настоятель. Теперь он уже не врал и не юлил.

- Письмо! - сразу дал настоятелю команду Карл. Через минуту настоятель принёс вскрытый конверт с пометкой «экспресс», на котором и впрямь не было обратного адреса. Только название станции Глубокий Котлован, откуда отправлялся конверт. Отправитель, в соответствующей графе на конверте, вместо своего имени нарисовал какие-то руны. - Что за символы? - спросил у настоятеля Карл.

- Я не знаю. Он всегда так подписывается, но я не знаю, как это читается и что значит. - ответил настоятель уже нормальным голосом. - Просто такая подпись.

Карл достал из конверта довольно обширное рукописное письмо и бегло ознакомился с его содержанием. В письме давались указания по порядку действия, в том числе как нужно регулировать прессу, в каком издании заказать статью и как предупредить репортёров о готовящейся акции, как должен проходить митинг, о чём говорить прихожанам во время еженедельной проповеди, и ряд других указаний.

- Как часто вы получаете письма с такой подписью? - спросил Карл настоятеля, продолжая изучать письмо.

- Каждые несколько дней. - ответил настоятель.

- И где все остальные письма, мне нужно всё! - заявил Митрополит, на что настоятель только развёл руками. Перевернув страницу и взглянув на нижние строчки, Карл прочитал в конце письма: «...Ещё раз обратите внимание на все моменты, указанные выше, чтобы не оставалось вопросов. После этого прошу в обязательном порядке уничтожить данное руководство его сожжением вместе с конвертом...» Снизу письмо подписывалось символами, как на конверте в графе «от:__».

- Сожжение письма - обязательно каждый раз. - пояснил настоятель храма, заметив, что взгляд митрополита направлен в низ страницы письма. - Это я получил последним, и просто... не успел его сжечь.

Как бы предугадав мысли человека, для которого не предназначено это письмо, его автор прописал даже такой пункт: «Копирование данного текста полностью, ровно как и его частей, а также воспроизведение в любой форме будет караться отстранением от дел Великого Очищения и наложением проклятия на нарушителя прописанных правил».

- И ты сжигал все письма, не копируя их содержимого, потому что боялся какого-то проклятья. - уточнил митрополит на всякий случай.

- Не совсем. - настоятель засомневался. - Я не очень понимаю значение «проклятия», какой-то ветхий термин, вероятно из той же области, из которой символы, которыми подписывается куратор. Дело в том, что Великое Очищение избавит наш мир от всей несправедливости, которая в нём царит.

Вот как. Служителю государственной церкви промыли мозги, как обычному прихожанину. Карл то думал, что за этим скрывается некий алчный умысел. Неизвестные символы и древнее понятие «проклятия». А ещё владение тактикой и приёмами развязывания революционного движения. Карлу вдруг вспомнилось об ударе кортиком в спину своему покойному помощнику. «Даже небольшая подпольная организация не могла бы оставаться тайной...» - вспомнил митрополит услышанные им по этому случаю слова. Тогда откуда она взялась ни с того ни с сего? И кто он, этот куратор, владеющий тайными устаревшими знаниями? Выйдя из здания храма, митрополит оставил двери открытыми и дал знак помощнику, что он закончил. Карл набрал номер Левона и сообщил на автоответчик:

- Ситуация продвигается понемногу, но в целом новости не очень хорошие. Их нужно обсудить.

ГЛАВА 28: Запах на дороге.

На полдороги к федеральному центру от станции Ториевые Залежи, митрополит церкви Слепого Отца испытал некий дискомфорт. Проезжая мимо поворота на станцию Глубокий Котлован с приоткрытой форточкой в автомобиле, он уловил странные запахи. Сложилось впечатление, что он обогнал грузовик мусоровоза. Но, никаких транспортных средств на дороге, кроме автомобиля СО, не наблюдалось. Митрополит с сожалением закрыл окно, подумав о том, как приятно ветерок обдувал лицо через форточку, пока воздух за окном был свежим.