Маленькие повести больших и великих дел (СИ) - Завацкая Ульяна - Страница 4

Облачко покосилось на нее с сомнением, но протестовать не решилось, лишь вздохнув украдкой тихонько.

Осса легко спрыгнула со своего капризного облачка и, привязав его за уздечку к башенке магического балагана, расположившегося чуть в сторонке, спустилась вниз, в самую гущу гуляющей толпы.

Вздохнув полной грудью людское счастье, Осса огляделась, замирая от веселого ужаса в предвкушении предстоящего.

Оглядевшись, она поняла, что и здесь в этом ликующем веселье есть одинокие, поющие томной грустью сердца. Своими чуткими ушками маленькой Богини любви она слышала этот нежный таинственный звук и безошибочно шла на него и находила своим вдруг проснувшимся в ней чутьем, как охотничий пес находит дичь, тех, кому нужна была ее помощь.

И вдруг, оказавшись возле томившихся по любви зовущих сердец, Осса ощутила в себе неведомые силы. Ее прямо распирало от переполняющих ее чувств огромнейшей любви. Она чувствовала, что, если сейчас же не передаст его, не распылит на души и сердца людей, ее просто разорвет на части, словно от взорвавшегося внутри нее фейерверка. Ее руки засветились розово-золотистым сиянием, они вдруг сами вскинулись, словно жили теперь своей собственной жизнью, из них полились, потекли потоки золотой пыльцы, которые превращались в сверкающие радужные нити. Ее руки потянули ее в неведомом направлении. И теперь ею словно завладело другое магическое существо, ее тело, ее руки, ее ноги более не подчинились ей. Они жили своей жизнью, бежали, вскидывались, и сплетали волшебными нитями, сердца и души людей, связывали их, и осыпали золотым дождем. А потом, когда над связанной ею парочкой появлялось розовое, или золотое, или радужное, а порой голубое облачко ее руки отлеплялись. И снова ее ноги несли ее в неведомом направлении на зов одиноких сердец. Очень быстро Осса приноровилась к своей магической Божественной сущности, жившей в ней, о существовании которой она даже не подозревала. И уже теперь осознавая смысл происходившего, с удовольствием наслаждалась силой, магией, и мудростью проснувшегося в ней волшебного существа.

Глава 3.

Искушение.

Работа шла в самом разгаре. Осса увлеченная с головой связыванием нежными, легкими, сладостными нитями нежности и любви, была так поглощена ловлей рассеянных, любопытствующих теплых взглядов, чтобы успеть связать на основании взглядов их владельцев первые чувства просыпающейся любви, что не заметила, как к ней подкрался тот, кто мог видеть ее. А значит, был такой же, как она, причастный к ее расе.

Это был падший ангел. Он был прогнанный из небесного царства за свою яростную любовь к грехам и проказам не дозволительным Божественному существу. Но то обстоятельство что он являлся изгнанником, нисколько не смущало его. Он обладал прежней магической силой, и теперь не подчинялся никаким законам, сковывающим его волю, его черную натуру. Он не останавливался перед творением новых проказ зла и греха. И это не подвигала его ни к капле раскаянья. Чувствуя себя прекрасно и раскованно, одетый по последней моде, тщеславный грехолюбец похлопал по плечу юное наивное, и беззащитное перед его хитростью, прекраснейшее создание. - Здравствуй малютка!

Изумленная Осса обернулась и наткнулась на блестящую белыми крепкими зубами интригующе-хитрую улыбку.

Осса была так шокирована внезапным появлением обольстительного незнакомца, что отпустила нити нежности. Этими нитями она связывала чересчур застенчивого паренька заискивающе улыбающемуся своей весело и задорной спутнице. Его спутница не замечала его любви, беззаботно рассказывала какую-то веселую историю, над которой сама же и хохотала звонким и мелодичным смехом.

- Здравствуйте, с-сэр! - Осса растерянно смущенно улыбнулась. Спохватившись она вспомнила о правилах этикета и проворно присела в реверансе с невероятной грацией и изяществом.

- Ой! Извините! - С импульсивной поспешностью вскрикнула она, заметив, как распускаются с таким трудом проделанная ею работа. - Я сейчас только закончу! - Вежливо добавила она. Осса проворно подхватила ускользающую нить, и, завертев, завернула в потрясающий сложнейший узел нежнейшей привязанности и любви, который не способны разорвать ни беды, ни невзгоды, стоящие на дорогах их судеб, объединившихся отныне в одну дорогу жизни.

- У-уф! - устало вздохнула Осса очень довольная собой. В следующее мгновение она обернулась к таинственному незнакомцу с блестящей, торжествующей улыбкой на милом личике. - Здравствуйте сэр!

- Здравствуй прелестное дитя. Откуда ты взялась такая хорошенькая и юная? Я никогда тебя прежде не видел, хотя живу здесь довольно давно.

- А я только недавно появилась. То есть... я хочу сказать, я недавно была создана и была послана на землю, мое предназначение дарить людям радость и любовь. - Словно вызубренной урок отчеканила Осса.

- Забавно! - Невежливо усмехнулся он. - А я думал это моя работа. - Пафозно заявил он, нисколько не смущаясь надувательством такого юного доверчивого создания.

- О-о, простите! - Всплеснула руками Осса. Она изумленно посмотрела на него, поразившись насколько описание, не соответствовала живому облику! - Так вы и есть Великий Купидон?! - Почти шепотом от преклонения перед его величием, спросила Осса затаив дыхание.

- Купидон?! Ха-ха-ха! - блистательный незнакомец высокопарно рассмеялся, повергая Оссу в недоуменную растерянность. Смущенно потупив взор, Осса обиженно отметила про себя, что голос у него, и смех, довольно противный, скрипучий, словно старая калитка, которую добрую сотню лет никто не смазывал, и визгливый, потешив свое ущемленное самолюбие.

- Ну, нет! - сказал тщеславный незнакомец, отсмеявшись. - Куда мне до Великих мира сего?! Я всего лишь почтенный слуга рода человеческого. Как, впрочем, и вы моя маленькая прелестница. - Он смерил ее смакующим темным оценивающим взглядом, от которого маленькая богиня невольно поежилась. Это была такая горячая волна, доселе незнакомая ее нежной, неискушенной душе. Она почувствовала, как от него веет духом сокрушительно-зловещим, от чего ей стало жутко не по себе.

А пугающий незнакомец тем временем вальяжно обнял ее тонкую талию со снисходительной бесцеремонностью, будто делая одолжение, и сладко проворковал ей на ушко, приблизившись так близко, что ее шею и ушко опалило его горячее дыхание, от чего у нее мурашки побежали по коже. - Мы могли бы стать прелестными союзниками. И вместе натворить столько замечательных славных дел. Я бы мог научить тебя, крошка, таким фокусам! До которых ты никогда не додумаешься сама. Ведь ты самоучка, верно?! Это сразу видно по тем доисторическим приемам, которые ты используешь. - Насмешливо пояснил он, и продолжил все тем же насмешливо-издевающимся высокомерным тоном, обдавая ее горячими волнами своего дыхания. - Сейчас уже никто не использует этих хитросплетений, таких прочных цепей и косичек связей! Зачем? Ведь теперь, люди не живут так долго. Это прежде, в самом начале сотворения, когда отпущенный людям срок длился века, нужны были такие прочные многовековые узлы. А теперь, можно все делать намного проще и легче. Смотри! - И он картинно щелкнул пальцами, словно балаганный фокусник в сторону только связанной ею парочки, которая держась за руки с чистейшей нежностью, смотрела друг другу в глаза. Щелк, и он одел на девушку малиновые очки, и она, томно вздохнув, обняла своего друга интимно, и бесстыдно прижавшись к нему всем телом. А на глазах скромного до селе юноши, появились кроваво-алые, цвета огненной страсти, очки. И юноша, забыв о своей скромности, жарко припал к губам спутницы, на которую только что смотрел с такой нежностью. Теперь он с наглой улыбкой запустил руку девушке за пазуху. Еще щелчок пальцами и очки растворились. Девушка, возмущенно ахнув, вспыхнула и ударила своего друга по щеке. Разрыдавшись от обиды, она убежала, разорвав на кусочки нежнейшую нить нежности, доверия и любви, которую Осса с таким трудом сплетала. В одно мгновение трудоемкая кропотливая работа была испорчена.

- О нет! - в отчаянье, чуть не плача всхлипнула Осса.