Золушка 2013 (СИ) - "Mad Fan" - Страница 498

Когда Рэтт вошел в комнату сына, застал его с Элис сидящими на кровати. Дети были напряжены. Джаспер вскочил с места:

- Пап, надо поговорить…

- Некогда говорить, - прервал сына Рэтт. – Про угрозы Каллена я знаю. Поэтому вы сейчас же собираетесь и вылетаете с мамой в Брюссель до тех пор, пока я тут со всем не разберусь. Я позвонил Бокстону, твои родители в курсе, - обратился к Элис.

- Вы рассказали им про угрозы?! – глаза Брендон округлились еще больше, представила, как должно быть испугалась ее мама.

- Только твоему отчиму. Для твоей матери он придумает другую, более безобидную версию.

В комнату зашел Дэн, сообщил, что уже распорядился о подготовке к вылету частным самолетом. Джаспер пошел в гардеробную собирать вещи. Рэтт, по-отцовски обняв Элис за плечи, повел ее в сторону, взглядом указав Дэну на мобильный сына, который остался на тумбочке.

- Ты, главное, не волнуйся, - отвлекая девушку, заговорил мистер Уитлок, - ни тебя, ни твою семью мы в обиду не дадим…

- Спасибо Вам огромное, - искренне поблагодарила Элис. - А можно я с вашего телефона позвоню маме, я свой, кажется, забыла в машине Калленов…

- Конечно, можно, - кивнул Рэтт, взглянув на Дэна с намеком, что вопрос с телефоном Брендон решен.

Телохранитель, не привлекая к себе внимания, взял мобильный Джаспера и покинул комнату, на ходу отключая похищенный телефон.

Мама Элис, узнав от мужа о беде, которая случилась с Эдвардом, пошла собирать вещи дочери. Собирала, не переставая плакать. Было очень жаль парня, который мог стать членом их семьи, и которого так любила ее дочь. А еще не знала до конца, как лучше поступить. Конечно, Элис лучше отправить в Бельгию к родственникам Джаспера, подальше от всех этих покушений и опасностей, но что, если Эдвард не выживет? Элис может никогда не простить ей того, что скрыла всё это, и того, что не имела возможности проститься с парнем на похоронах.

Пока Джаспер собирался к отъезду, Элис связалась с мамой. Стараясь держать свой тон под контролем и не выдать волнение, сказала, что они с Джаспером решили навестить его дедушку в Европе за то свободное от школы время, что у них осталось благодаря раньше выполненному заданию.

«Бедная моя девочка, не знаешь о том, что случилось с Эдвардом… - думала Сьюзен, вслух поддерживая версию дочери. – Надеюсь, простишь за то, что не говорю. Тебе действительно лучше уехать, пока тут все не утрясется, и виновные не будут найдены…»

«Прости, мама, что скрываю правду, - думала про себя Элис. – Тебе лучше не знать, какая надо мной нависла угроза… Ты не сможешь помочь, будешь лишь сходить с ума от переживаний…»

Когда пришло время покидать особняк, чтобы ехать в аэропорт, Джаспер начал перерывать свою комнату в поисках мобильного, злясь на себя за свою рассеянность и невнимательность.

- Вроде ж, на тумбочке оставлял! – возмущался вслух. – Куда он мог деться?! Кто-нибудь наберите меня!

- Джаспер, некогда возиться с твоим телефоном, - строго промолвил отец. – Вы улетаете ненадолго. Попользуешься запасным, а твой найдется где-нибудь. Никуда он из дома не денется.

Деваться было некуда, спорить некогда. Пришлось ГБ-шнику взять с собой другой мобильный.

«Что за дырявая башка?» - продолжал возмущаться мысленно, проверяя счет на запасном телефоне.

Когда семья Рэтта на нескольких машинах направлялась к аэропорту, в новостях появилась первая информация о том, что неизвестные расстреляли машину Карлайла Каллена, в котором находился его единственный сын Эдвард Каллен. О состоянии парня ничего неизвестно, со слов сотрудников «911» с его ранениями шансы на жизнь очень малы, их почти нет. Правоохранительные органы начали следствие. Главная версия – покушение на Карлайла Каллена, в котором случайно пострадал его сын.

Эту новость по радио услышали родители Джаспера, которые ехали в отдельной машине. В машине Джаспера и Элис, которую вел Дэн, звучала музыка с DVD, которую охранник специально включил вместо радио.

Карлайл сдал необходимые анализы для определения того, может ли он быть донором для сына. Первые операции с Эдвардом по извлечение пуль, остановке кровотечения и переливания крови были завершены. Мистеру Каллену разрешили войти в реанимацию. Эдвард все еще находился под наркозом, на лице была кислородная маска, пульс был очень слабым. В помещении около бессознательного пациента находились лишь отец и главный хирург.

- Каковы шансы на жизнь? – спросил Карлайл, не спуская глаз с мертвецки бледного сына.

- Очень малы, - обреченно вымолвил доктор, вытирая бегущий по шее холодный пот. – Боюсь, что сердце может не выдержать длительных операций и наркоза. Внутри мы все зашили. Удалили аппендицит. Нужно менять почку…

- Если Вы его спасете, я Вам обещаю, что ни Вы, ни Ваша семья ни в чем не будете нуждаться до конца своей жизни, - спокойно пообещал олигарх. Сказал лишь о поощрениях. Никаких угроз. Не хотел, чтобы доктора еще больше его боялись. И так дрожат, как листья на ветру. А должны иметь твердую руку, производя над его сыном такие сложные операции.

Карлайлу предстояло дождаться результатов анализов. За это время решил съездить домой, собрать необходимые вещи для того, чтобы вернуться в больницу и поселиться в одной из палат, рядом с реанимацией. Феликсу велел оставаться в больнице до тех пор, пока сам не вернется. Начальник сообщил важную информацию – допросили водителя Мартина, после чего стали понятны многие причины чудовищной ошибки в покушении. Том перехватил Брендон по пути к месту назначения, у Эдварда сломалась машина, поэтому он пересел в тот злосчастный Мерседес.

- Тома ищут, - закончил Феликс свой доклад.

- Найти живого или мертвого. Из-под земли достать ублюдка, - еле слышно процедил сквозь зубы Карлайл.

Каллен вышел на улицу, взглянул в затянутое тучами небо и глубоко вдохнул холодный февральский воздух. Несмотря на нулевую температуру и отсутствие верхней одежды, холода он не ощущал. Сверху на нем были рубашка с распахнутым воротником и пиджак нараспашку. Начал спускаться по лестнице, желая пройтись по улице и немного проветрить мозги. Рядом с ним шел один из охранников. Спустился с последней ступени и заметил стоявшую недалеко Эсми, которая смотрела на него, нерешительно переминаясь с ноги на ногу. По выражению было видно, что она огорчена. Как только муж заметил ее, женщина направилась к нему с более решительным видом.

- Привет, - хмуро кивнул Каллен. Знал, что по новостям уже сообщили о случившемся.

- Просто скажи мне, что не имеешь к этому никакого отношения… - дрогнувшим голосом промолвила Эсми. – Ты же не можешь быть настолько… отвратительным и ничтожным… чтобы сделать такое с собственным сыном… - глаза женщины наполнились слезами.

Охраннику показалось, что мистер Каллен вот-вот ударит жену.

- Ты вообще соображаешь, о чем говоришь? – с трудом сдерживая агрессию, процедил Каллен. – Совсем мозгами тронулась, обвинять меня в таком?! – ему не пришлось изображать злость и негодование от несправедливых обвинений. Да, он устроил это покушение, но не против же собственного сына! На душе было и так хуже некуда, обвинения жены, казалось, могут лишить остатков самоконтроля. – Исчезни. И чтоб я тебя здесь не видел.

- Извини, - Эсми сразу сменила тон. Грубость Каллена пропустила мимо ушей. Видела, насколько ему плохо, и пришла к выводу, что погорячилась с обвинениями. Каким бы подлецом ни был ее муж, покушаться на жизнь собственного ребенка он не стал бы.

- Как он? – спросила, смахивая слезы. Не один год они с Эдвардом прожили под одной крышей, и очень больно было осознавать, что он, совсем еще молодой, может уйти из жизни.

- Плохо, - бросил Карлайл, после чего развернулся и пошел по тротуару, удаляясь от больницы.

Эсми осталась на месте, смотря вслед мужу и продолжая вытирать слезы.

Карлайл шел по улице, обращая на себя внимание тем, что был одет не по погоде. Некоторые прохожие узнавали в нем известного олигарха, отчего оборачивались ему вслед. Мужчина двигался вперед, не обращая ни на кого внимания. Вскоре все же его внимание привлекло не очень приметное здание – небольшая церквушка. Много раз Каллен проезжал мимо нее, добираясь до работы, но никогда в его голову и мысли не приходило, остановиться и зайти внутрь. В этот раз мужчина свернул к зданию. Направился к нему, не отдавая себе отчета, зачем. Он никогда не верил ни в какие высшие силы, только в себя. Теперь же ощущал непривычное для себя бессилие, как и тогда, когда умерла мать Эдварда, и он никак не мог этому воспрепятствовать.