Единство стихий. Молния (СИ) - Ичиро Ксения - Страница 18

- Интересно, что произошло между духами огня и воды, раз их предметы оказались в стихиях друг друга? - вслух рассуждал Талисман, когда Таня шла к сброшенному предмету. Она села возле него, раздумывая, как потушить огонь, если сильнейший ливень с этим не в состоянии справиться.

- Ты владеешь стихией огня и можешь его потушить. Хотя можешь и так его взять, ты же у нас любишь себе руки пожечь, - Талисман не мог упустить такую возможность подтрунить над Таней. - И нет - помогать я тебе не собираюсь, как и обещал. Ты у нас повелительница четырёх стихий, не я.

Таня обречённо вздохнула. Ей казалось, что дорога до тёплого дома уже выстроилась перед ней, образуя финишную прямую, но не тут-то было. Стихия огня была покрыта для неё мраком. Все попытки её использовать приводили лишь к тому, что в голове появлялись страшные картины и её жуткий облик, оставшиеся с того дня. Девушка пыталась прогнать эти мысли и сосредоточиться на подчинении пламени, но они каждый раз возвращались.

Попытки потушить огонь отняли у неё столько же времени, сколько и скитание по болотным тропам. Отчаяние снова схватило её в свои цепкие объятия и в этот раз сжимало девушку гораздо крепче: артефакт находился прямо перед ней, а у неё не было возможности забрать его с собой или хотя бы прикоснуться к нему. Пару раз Таня уже была готова схватить его мокрой рукой прямо за горящую ручку, но воспоминания о той боли, что она испытала от меча, не позволяли ладоням приблизиться.

Реализация не трогалась с мёртвой точки - пламя даже не шелохнулось. Никакие движения руками и телом не помогали ей в этом деле. Она не чувствовала ничего похожего с теми ощущениями, которые получала от использования стихии земли, а с каждой новой попыткой всё казалось всё более бессмысленным. Может, Талисман был прав, она не повелительница огня, а прикосновение к мечу лишь желание духа огня избавиться от назойливой наследницы?

Промокшей насквозь обессиленной девушке, упавшей на колени перед неподвластной стихией, для счастья не хватало только одного:

- В этом нет ничего сложного. Ты сама себя ограничиваешь. Соберись уже. Нам ещё домой ехать.

- Замолчи! - крикнула она незнакомым для себя голосом, ударив кулаками по земле.

В это мгновение огонь с кнута как ветром сдуло. Таня упала на холодную почву и начала громко смеяться. По щекам стекали то ли бьющие по лицу капли дождя, то ли навернувшиеся на глаза слёзы - она сама не могла понять.

- Извини, я не хотел... - испуганным голосом заговорил Талисман.

- Это ты извини, - успокоившись, ответила девушка и облокотилась на локоть. - Я не хотела кричать. Но, возможно, тебе стоит почаще читать мне нотации, - на лице появилась тяжёлая улыбка.

- Конечно, стоит. Я же даю полезные советы, - не понял насмешки Талисман.

Обрадовавшись концу своих мучений, она с облегчением перевела дух. Осталось только взять это проклятое оружие и найти обратный путь к станции. Только юная героиня забыла о том, что, в отличие от предмета стихии земли, у кнута не было защитного чехла. Стоило ей коснуться основания кнута, как по телу прошла молниеносная дрожь, которая уронила её на землю. На этом эффект не заканчивался - повелительницу охватила сильнейшая боль: не причиняя ущерба телесному обличию, она разрывала душу на части.

За одно мгновение она вновь стала беззащитной сиротой, не способной на какой-либо подвиг. Всё стало бессмысленным. Попытки изменить свою жизнь казались смешными, а её опущенное в грязь лицо - справедливым положением вещей. Кем она себя возомнила? Чем она лучше других? Свою жизнь она посвятила тому, чтобы стать подмогой для тех, кто сильнее её, кто способен стать героем. Что заставило её свернуть с намеченного пути? Слова хранителя опьянили её: заставили поверить в себя. Только она всё такая же беспомощная, и никакие обстоятельства не способны это изменить. Ей дали безграничную силу, а она лежит на земле не в состоянии пошевелиться и ждёт, пока кто-то придёт спасти её.

Впервые она почувствовала боль от потери родителей. Её захотелось оказаться рядом с ними, почувствовать тепло их рук, почувствовать биение сердца матери во время объятий. Ей хотелось увидеть гордость в глазах отца, хотелось услышать его недовольство из-за плохой оценки, а потом попросить прощения и стараться изо всех сил исправиться на следующей контрольной. Несчастный случай забрал у неё всё это. Нет, не так. Кто-то забрал у неё всё это. Кто-то убил их. Почему они сделали это? Почему надо лишать людей жизни? Какой в этом смысл? Они уже ничего не чувствуют. Вся боль досталась их дочери. Кто же так сильно ненавидит её?

«Мама... Папа... Как же хочется с вами поговорить, сказать вам пару слов. Хочется, чтобы вы убрали ту боль, что терзает меня изнутри. Я же так мало прошу: всего один разговор... Сколькими стихиями мне надо овладеть, чтобы это получить? В чём смысл такой силы, если она не способна сделать такую простую вещь...»

- Тал, я больше не могу. Забери это из меня, - еле живым голосом проговорила она.

Ответа не последовало. Как и столь желаемого освобождения. От этого нельзя было убежать. Оно было внутри. Хотелось просто провалиться в небытие, но боль не давала. Сжимая сердце, она заставляла его со всей силой сопротивляться, напоминая, что жизнь в нём всё ещё есть.

Таня повернулась лицом к небу, навстречу летящим с него каплям. Она протянула к ним руку, наблюдая, как они цепляются, обволакивают кожу и стекают по ней. Она почти смогла взять себя в руки, но боль с некоторой периодичностью давала о себе знать, выжимая из сироты оставшиеся соки. Когда не осталось сил чувствовать боль, она произнесла только два слова:

- Пошли домой.

Ответа вновь не было. Девушка взяла с земли кнут и пошла в сторону станции. Как ни странно, сейчас она точно знала, в какую сторону ей надо идти.

Дорогу назад она почти не запомнила. Воспоминания сохранили только то, как её рука без её участия забрала всю влагу с тела, удивлённые лица прохожих, смотрящих на несчастный вид девушки, и как она сжималась, хватаясь за начинающее болеть сердце. Люди были обеспокоены её поведением, однако подойти не решались, за что сирота была им искренне благодарна.

Даже для спокойствия Ромы не получилось сменить выражение лица, но тот тоже не стал ничего не говорить: по её глазам было понятно, что она сейчас не настроена на разговоры.

Глава 9. Воздух

- Доброе утро, Таня, - бодро произнёс Талисман, заметив, как девушка открыла глаза. - У меня есть мысли насчёт предмета стихии воздуха...

- Нет.

- Что нет?

- Никуда я не поеду, - девушка поднялась с кровати и начала одеваться.

- Понимаю, у тебя вчера был тяжёлый день. Не хотел тебя торопить, но нам желательно поскорее найти последний артефакт и наконец отправиться в горы.

- Мне всё равно, - резко отрезала она.

- Ладно, отдохни сегодня. Завтра отправимся.

- Нет, Тал, ты не понял. Я не пойду его искать ни завтра, ни послезавтра, никогда. Я больше так не могу. То, что я чувствовала вчера... И возле озера... Вот, будь любезен, скажи, какое чувство лежит в основе стихии воздуха?

- Страх.

- Страх?! Мне уже страшно представить, что со мной будет, если я переживу его в той же мере, как это было с другими стихиями. Так что - нет. Хватит с меня, - на этих словах Таня вышла из комнаты, оставив Талисмана лежать на тумбочке, и отправилась готовить завтрак.

На кухне она встретила Константина.

- Ты чего так рано встал? - спросила Таня с непреднамеренной раздраженностью. - Ведь до завтрака ещё час, и я готовлю его сегодня.

- Не успел тебе вчера сказать. Сегодня им раньше нужно выйти: едут на работу к Павлу.

- Всей семьёй?

- Да, там что-то нужно оформить, я не вдавался в подробности, - Константин вздохнул. - Настроение плохое?

- Да, немного. Наверное, не выспалась, - Константин понимающе не стал её донимать.

Таня взглянула на висевший на стене календарь. По плану они должны были найти предметы и отправиться в горы до начала учебного года, чтобы рассказ про учебный лагерь выглядел правдоподобно. Прошла почти половина первого месяца осени. Пришлось объяснять Константину, что произошла задержка. Талисман прав: им надо поторопиться, вопросов будет только больше.