Лакей Богов 1 (ЛП) - Нацу Асаба - Страница 35

Ёсихико посмотрел на белый пар, появившийся от собственного вздоха.

Его невольно выбрали заместителем лакея, но может ли он соблюдать…

— Я всё! — вернулся к ним Томохиро, закончивший молитву.

— Всё богам передал? — с доброй улыбкой обратился к нему сложивший руки на груди Котаро.

— Передал!

— Ну, тогда всё будет хорошо.

Котаро и Томохиро стукнулись кулаками. Ёсихико посмотрел на это, а затем озвучил вдруг пришедшую в голову мысль.

— Кстати, я тебе точно больше не нужен?

Самое важное в храме должно начаться как раз после закрытия. Однако Котаро неожиданно быстро заявил:

— Ты достаточно помог. Жена жреца благодарит тебя. Идите с Томохиро домой. Пообедаем как-нибудь в другой раз.

— Ага, ладно… так, погоди-ка, — воспротивился Ёсихико, недовольный тем, что его уже отпустили домой. — А как же бонус?

— Бонус?

— Обалденная жрица-студентка?!

— Она уже здесь, — с ухмылкой сказал Котаро, указывая пальцами на зал для собраний. — Но разве я говорил, что познакомлю тебя с ней?

— …Чего?!

Не может быть. Как же планы Ёсихико по знакомству, встрече Нового Года и непринуждённым разговорам с переодетой храмовой жрицей студенткой?

— А, кстати, у меня с этой девушкой сейчас будет совещание. Но храм закрыт, иди домой.

— Ну-ка стой.

— Хочешь поговорить с ней, приходи на праздничную службу. Если купишь праздничный амулетик, она тебе даже улыбнётся. Но трогать не вздумай.

— Верни мои мечты!

Томохиро ошарашенно следил за разговором.

— Когда у меня был день рождения, мы вместе должны были пойти в ресторан, но папа поехал в командировку, и в итоге мы с мамой ели торт сами, — тихо объяснил Томохиро, когда они шли из храма по дороге, освещаемой заходящим солнцем. — На рождество мы собирались дружно куда-нибудь съездить, но мама задержалась на работе допоздна, поэтому вместо этого мы с папой вместе ели в «KFC».

По словам Томохиро выходило, что у его папы-сисадмина и мамы-медсестры нередко случались ненормированные рабочие дни, из-за чего им редко удавалось отметить какой-нибудь праздник вместе.

— Поэтому я помолился о том, чтобы мы хотя бы Новый Год встретили вместе. Ведь мы обещали друг другу, что вместе поедим новогодней еды, куда-нибудь сходим, и вообще отметим всей семьёй.

Однако вчера вечером его отца срочно вызвали на работу из-за проблем с сервером, а маме пришлось подменять коллегу, с которой случилась неприятность. Пусть Томохиро и привык оставаться дома один, он всё равно волновался.

О том, что его родители вновь не смогут сдержать обещание.

— Поэтому я попросил богов, чтобы на Новый Год вся наша семья собралась вместе.

Томохиро тут же поспешил заметить, что об этом никому нельзя рассказывать.

— Кроме тебя, Ёсихико, ты особенный.

— Спасибо, что ли, — с усмешкой ответил Ёсихико на расчётливую фразу.

Поскольку имени бога храма Онуси нет в молитвеннике, Ёсихико не видел его, но вряд ли хоть какому-то божеству будет неприятно услышать такую замечательную молитву. Эмоциональный Хитокотонуси от неё наверняка бы прослезился и постарался подбодрить паренька.

— Интересно, услышали ли боги мою молитву? — спросил Томохиро, с беспокойством глядя в небо.

Ёсихико хмыкнул и подумал, что на это ответить. Наверняка бог храма Онуси услышал молитву, но Ёсихико не знал, сможет ли он её исполнить. Если вспомнить слова Окё, то боги, долгое время живущие на одной и той же земле, начинают относится к живущим на ней людям, как к своим детям, и если те упорно просят о каких-то мелочах, то иногда богам хочется исполнить капризы смертных. Но окончательное решение, в конце концов, остаётся за богом Онуси.

— Ты, главное, верь.

Ёсихико постучал по маленьким плечам Томохиро, стараясь вложить в этот жест и свою надежду. А затем он вдруг вспомнил о вещах, тянувших карманы его куртки.

— Кстати, вот тебе на удачу. Укрась ими дом.

Он протянул свой подарок Томохиро, и тот недоуменно заморгал.

— Что это?

— Сосны для ворот. Новогодние украшения. Конечно, люди обычно предпочитают ставить сосны в горшках, но… — Ёсихико прервался и вручил подарок Томохиро. — Да пребудет с тобой счастье.

Томохиро с озадаченно принял сосны, но потом улыбнулся и поблагодарил Ёсихико.

Когда они добрались до родной улицы, то обнаружили, что дома у Томохиро горит свет, а вокруг него ходят обеспокоенные родители, разыскивающие собственного сына и щелкающие по экрану смартфона, пытаясь с ним связаться.

— Мама! Папа!

Ёсихико невольно улыбнулся, глядя в спину весело бегущего к своим родителям Томохиро.

Возможно, совпадение, а может, бог храма Онуси всё-таки выполнил каприз этого мальчика. В любом случае, сама мысль о том, что Томохиро встретит Новый Год счастливым, радовала и его самого.

Ёсихико посмотрел в новогоднее небо. В воздухе вновь неспешно закружились снежинки.

Но в груди Ёсихико всё равно разливалось тепло.

Часть 4

— Телевизор чем-то отличается от компьютера?

«Кохаку Утагассен»44 уже закончился, новогодний колокол прозвонил, доходил первый час ночи. Родители Ёсихико уже отправились спать, оставив Ёсихико наедине с телевизором и звёздами эстрады.

— Это совсем разные вещи… и вообще, ты так стоишь, что мне ни черта не видно.

Вскоре после того, как родители удалились в спальню, пришёл Когане и уселся у самого телевизора созерцать выступление популярной женской группы. Пусть в комнате Ёсихико отсутствовал телевизор, его заменял тюнер в компьютере, однако такой большой экран, судя по всему, был для Когане в диковинку.

— Когда я так стою, мои усы потрескивают!.. Какие чудеса…

— Нет, это просто статическое электричество, — холодно ответил Ёсихико тыкающему лапой в экран Когане, параллельно листая бумаги от товарищества.

Судя по словам матери, тот дядька, с которым разговаривал Ёсихико, потом зашёл ещё раз и бросил листки в почтовый ящик. Непростой ему канун Нового Года выдался.

Со стороны кухни раздался звук тостера, и Ёсихико встал на ноги. Чтобы утолить голод и пропитаться новогодним настроением, он поставил жариться моти.

— Моти? — с любопытством спросил Когане, глядя в тарелку вернувшегося Ёсихико.

Он принёс с собой нарезанные моти с хрустящими корочками, водорослями и соевым соусом.

— Моти — еда, которую преподносят богам. Зеркальные моти — отличный тому пример.

Когане внимательно следил за тем, как Ёсихико налил в блюдечко соевый соус, а затем обмотал моти водорослями.

— …Короче, ты тоже хочешь? — спросил Ёсихико, с трудом удерживая в руке горячий моти, но Когане замотал головой.

— Ч-что за чушь ты говоришь?! Сколько раз я уже говорил тебе, что человеческая еда меня не интересует?!

— А, правда? А я как раз пожарил две штуки, думая, что ты тоже будешь.

От этих слов у Когане встрепенулись уши и хвост, а его жёлтые глаза заблестели.

— Н-ну если такое дело, то, пожалуй, другого выхода нет…

Но сопротивлялся он лишь на словах. Ёсихико едва сдерживал смех при виде неубедительного отыгрыша Когане. Поначалу Ёсихико казалось, что обращаться с лисом тяжело, но в последнее время он начал уяснять основные принципы.

— Приятного аппетита.

Когане всё продолжал оправдываться, а Ёсихико уже укусил свой моти. Может, снаружи кушанье и хрустело, но внутри Ёсихико ждала привычная мягкость и тягучесть моти.

— Ёсихико, я уже который раз думаю о том, что твои столовые манеры никуда не годятся, — вдруг заметил Когане, покачивая хвостом и глядя на Ёсихико. — Где хлопок и поклон? Где вака45? Приятного аппетита желают уже после них.

— Вака? — Ёсихико перевёл взгляд на Когане, вытягивая зубами моти, который так и не смог до конца раскусить. — Это ещё зачем? Не стану же я каждый раз стихи вслух читать перед едой.