Снова ты: Уйти, чтобы вернуться - Канн Кароль - Страница 14

— Подождите, — крикнул им вслед галерейщик, — возможно, вам стоит поговорить с Дин…

Бред обернулся:

— Дин? Мариссой Дин?

— Да. Она выставляет нечто подобное Леклер. Довольно традиционные работы, знаете ли, — добавил он с выражением скуки на лице.

— Ее галерея закрыта на ремонт, но завтра утром должна открыться.

— Вот как? — Малдован погладил рукой с безупречным маникюром некое пышное подобие галстука. — Я уже давно с ней не общаюсь. Мы вращаемся в разных кругах. Но если вы ищете Леклер, то идите к ней.

Бред почувствовал, как вздрогнула Кейт. Они вышли.

— Ты себя не очень хорошо чувствуешь? — заботливо спросил он, глядя в ее взволнованное лицо.

Она с трудом могла вымолвить хоть что-то, однако взяла себя в руки.

— Все в порядке, — заверила она его решительно.

Бред глубоко вздохнул и задумчиво произнес:

— Послушай-ка, Кейт, мы можем до вечера ходить по галереям, но не лучше ли будет, если я попытаюсь отыскать эту Мариссу Дин?

Ее глаза округлились.

— Ты бы мог это сделать?

Он на все был готов, чтоб только из ее глаз исчезло выражение загнанной птицы. Он знал Кейт Стоквелл невыносимой, раздраженной, высокомерной, но эта ранимость выводила его из равновесия.

— Я бы мог попытаться.

— Найди Мариссу Дин! — прошептала она.

— О’кей, — кивнул Бред.

Они взяли такси назад в отель, где он сделал несколько звонков. Вскоре после этого они опять ехали в такси, теперь уже к Мариссе Дин.

— Будем надеяться, что она знает о Мэделин, — побормотала Кейт.

— Ты всегда ее называешь Мэделин?

— А как мне еще ее называть? — вскинулась Кейт. — Мама? Может, она и не мать нам!..

Бред промолчал.

— Мать не бросает своих детей, — сказала она тихо.

— Кейт, тебе ли не знать, что семьям иногда приходится разделяться?

— Почему именно мне? — удивилась она.

— Потому что ты так много времени проводишь с детьми.

— Например, с Бобби.

— Кто это?

Она покачала головой:

— Не важно, — и уставилась в окно.

— Черт побери, Кейт, — не выдержал он. — Давай-ка выкладывай все как есть! — И резко развернул ее к себе. — Кто такой Бобби?

— Тебя это не касается.

— Ты упомянула о нем, принцесса. Кто он?

— Маленький мальчик, для которого семья — наказание. В частности, из-за него я навязалась тебе в эту поездку. Доволен?

— Что с его семьей?

— Он мой пациент, Бред. Ты же не говоришь со мной о своих делах.

— Я рассказал тебе про Эми.

Почему она побледнела, когда он произнес это имя? Ах, черт! Он вспомнил, как они выбирали имена своим будущим детям. Но она же сама вышла за другого.

— Его мать умерла в прошлом году, отец не просыхает от пьянства, а бабушка и дедушка — религиозные фанатики. Два месяца я работала с одним Бобби, и дело сдвинулось, но сейчас боюсь, что он снова замкнется.

— Многие дети привыкают к мысли о смерти родителей.

Это звучало жестоко, но так оно было на самом деле.

— Но большинство из них не видели, как убивают мать…

Бред не поверил своим ушам.

— Убивают?

— Да. Но никто не верит Бобби. Бабушка и дедушка настаивают на том, что мать покончила с собой.

— А отец?

— Он хотел помочь Бобби и направил мальчика к одному из моих коллег, но тот обратился ко мне за помощью.

— Что говорит полиция?

— Ничего. Я не раз просила их возобновить расследование, но у них якобы нет оснований сомневаться в том, что это было самоубийство.

— Но ты в это не веришь?

— Я работала с Бобби…

Он не знал, что сказать. Но тут такси остановилось перед жилым домом.

— Мы приехали.

Кейт побледнела, и он взял ее за руку. Бред попросил водителя подождать, и они вышли из машины. Он позвонил в звонок, но никто не ответил. Кейт решила пока обойти вокруг дома. Он позвонил еще несколько раз, но безрезультатно.

Вернулась Кейт.

— Ее нет. Сосед сказал, что она в Европе. Он смотрит за ее кошкой.

— И когда она вернется?

— Завтра утром.

— Тогда мы подождем до ее возвращения, — решил Бред.

Передохнуть им обоим не помешало бы.

— Нужно перекусить, ту половинку яблока, которую ты сгрызла, принцесса, трудно счесть за полноценный обед. Берем тайм-аут и оставшуюся часть дня играем в туристов.

Они сели в такси, и Бред попросил отвезти их в ресторан. У дверей заведения толпился народ.

— Чтобы поесть здесь, нам придется ждать до вечера, — жалобно заметила Кейт.

Он покачал головой и улыбнулся:

— Доверься мне.

Широкими плечами он проложил дорогу ко входу, не обращая внимания на негодующие возгласы. И вот они уже внутри, в зале, где звякает посуда и громко разговаривают и смеются. Вдруг Кейт услышала:

— Бред, старина!

И в изумлении уставилась на огромного, сияющего во все тридцать два зуба улыбкой негра.

В порыве чувств он схватил Бреда и приподнял его так, будто тот весил не больше мухи.

Бред, в свою очередь, похлопал его по спине. Затем великан оставил Бреда в покое и протянул ей огромную лапищу. Правда, обошелся он с рукой Кейт исключительно бережно.

— Кейт Стоквелл, — представил ее Бред. — А этого громилу зовут Томми Мортон. Он мой давний друг и владелец этого злачного места.

— Кейт, — повторил Том и бросил взгляд на Бреда. Он явно не впервые слышал это имя.

— У тебя есть для нас столик, Томми?

— Для тебя — всегда.

— Столик для моего приятеля Бреда и его очаровательной спутницы! — крикнул Томми официантке, которая как раз убирала со стола.

Из кухни доносились соблазнительные запахи, и Кейт почувствовала, что страшно голодна. Когда они уселись, Томми с улыбкой протянул ей меню и лишь потом обратился к Бреду:

— Каким ветром занесло тебя в эту местность, приятель? Я думал, с Бостоном и алкоголем ты завязал.

Кейт вопросительно глянула на Бреда, тот отвел глаза. Томми удивленно поднял брови:

— О, я что-то не то сказал?

Бред покачал головой:

— Это не тайна.

Кейт недоумевала. Бред, насколько она знала, никогда много не пил. Но очевидно, знала она далеко не все.

— Как поживает твоя жена? — сменил тему Бред.

Томми ухмыльнулся:

— Она беременна. Номер три появится на свет через два месяца. Бред, это так здорово — быть отцом! Тебе тоже нужно хоть раз попробовать, пока ты еще не совсем дряхл.

Бред улыбнулся, а у Кейт враз улетучился аппетит.

— Так что привело тебя в Бостон?

— Одно дело.

— Ну да, разумеется, только дело. Кейт?

Она нехотя оторвала взгляд от меню.

— Что?

— Что бы вы хотели? — спросил Томми. — Заказывайте все, что душе угодно, не важно, есть ли это в меню. Ничего нет невозможного, если речь идет о моем друге и его очаровательной спутнице.

Томми был так искренне дружелюбен и весел, что было невозможно не заразиться его настроением. Но вот сможет ли она сейчас есть?

— Тост и капуччино.

От нее не ускользнул удивленный взгляд Бреда.

— Это несерьезно, Кейт, — вмешался он. — Мы возьмем еще яиц. Один омлет.

Томми кивнул и удалился.

— Не хочу я никакого омлета.

— Почему? Ты же любишь омлет. Томми его восхитительно готовит.

— Больше не люблю.

— С каких же это пор? — Он внимательно посмотрел на нее. — Что с тобой?

— Ничего. Я просто больше не люблю омлет. И твою манеру командовать.

Он прищурился.

— Речь идет только об омлете, принцесса.

Он вспомнил, как они жили вдвоем в крошечной квартирке. Вспомнил о воскресных днях, когда он не работал, а она рисовала.

Горячий кофе, газеты, разбросанные по постели, и омлет, который доставляли из близлежащего ресторана. Это стоило целого состояния, но он не возражал, потому что Кейт любила омлет. А Бред любил ее.

— Закажи что-нибудь другое. — Он отогнал прочь нахлынувшие воспоминания. — А то потом упадешь в голодный обморок. Что я буду с тобой делать?

Она хотела что-то возразить, но появилась официантка с капуччино для Кейт и салатом для Бреда.