Снова ты: Уйти, чтобы вернуться - Канн Кароль - Страница 6

— Поэтому ты живешь на вилле Стоквеллов? С братьями и их семьями?

— Сарказм не твоя стихия.

— А я уже сыт по горло твоим снобизмом.

Бред отошел к окну.

— И двенадцати часов не прошло, — пробормотал он, — а я уже совершенно выпотрошен.

— Я найду отдельный номер, здесь или в другом отеле. По пути сюда мы проехали по меньшей мере дюжину…

— Нет.

Он рванул стеклянную дверь и вышел на маленький балкон.

Она последовала за ним.

— Я взрослая женщина, Бред Ларсон. Что я делаю и где сплю, это исключительно мое дело.

— Разумеется. Если б ты не увязалась со мной в деловую поездку. Если ты такая взрослая, веди себя как взрослая. Может, ты наконец выслушаешь меня? И я объясню, почему забронировал номер на двоих.

Но утихомирить Кейт было не так-то легко.

— Тебе напомнить, что мы тебя наняли?

Еще не успев закончить, она поняла, что сказала что-то не то.

— Это перебор.

— Бред, стой! Мне жаль…

Но он уже подхватил дорожную сумку, вышел и закрыл за собой дверь.

Она неверяще смотрела на эту закрывающуюся дверь. Потом рванулась вперед, за ним… Однако площадка у лифта уже была пуста, лишь весело мелькали на табло цифры этажей.

Что она наделала? Кейт заторопилась обратно в комнату, схватила карточку-ключ и вернулась к лифту.

Он ждал перед отелем такси.

— Бред, — она схватила его за руку, — я не хотела…

Он не отвечал. Его лицо было каменным.

— Пожалуйста, не уходи. Нельзя было так говорить, это… неправильно. Я… буду слушаться.

Его губы дернулись в усмешке.

— Нет, Кейт, я слишком хорошо тебя знаю.

Он шагнул вперед и распахнул дверь подъехавшего такси.

— Братья мне никогда этого не простят.

— Простят, — возразил он холодно, — они всегда тебя баловали.

— Я не избалованная.

Он насмешливо поднял брови.

— Ну хорошо, есть немного, — добавила она торопливо, — но ты не можешь меня здесь так оставить.

— Почему? Ты сама сказала, что ты взрослая женщина. Вот и делай что хочешь. Ищи Мэделин сама.

Дверца такси захлопнулась, и автомобиль тронулся с места.

Кейт растерянно смотрела ему вслед.

— Миссис Ларсон? — Это был портье. — Все в порядке, мэм?

— Да, спасибо.

Она вернулась в отель. Ей было жутко одной, в пустой комнате с широкой кроватью.

Кейт бессильно опустилась на стул и подперла лоб ладонью. Надо позвонить братьям. Возможно, Бред уже поведал им свою версию случившегося — мобильный-то у него в кармане.

Захотелось на свежий воздух. Она вышла на улицу как раз в тот момент, когда перед отелем остановилось такси. Дверца автомобиля открылась, и вышел мужчина. Высокий, широкоплечий, кареглазый, темноволосый… Единственный в своем роде.

Она была так счастлива видеть его!

— Как я рада, что ты вернулся!

На его лице радости было не видать. Он молча протянул швейцару свой багаж и взял за руку Кейт.

— Нам нужно выяснить пару вещей, — сказал он сухо и потянул ее на ту сторону, к парку. Больше Бред не промолвил ни слова, пока не нашел свободную скамейку.

— Я еще никогда не бросал начатого, Кейт, — проговорил он, — и не собираюсь этого делать. Но чтобы продолжить, мне придется затыкать тебе рот кляпом и пристегивать наручниками к кровати каждый раз, когда ты станешь закатывать подобные сцены.

Она покраснела.

— Я в самом деле… Это лишь… Дело в том, что мы…

— …сводим друг друга с ума, — закончил он.

— Я не рассчитывала, что нам придется жить в одной комнате, Бред. Это вывело меня из равновесия. Извини.

Бред кивнул. Кейт была темпераментная особа, но, дав себе волю, потом всегда имела мужество извиниться.

— Да, — сказал он, — ты не виновата. Нам обоим следует как-то взять себя в руки и думать о деле.

— Бред, ты на самом деле считаешь, что она специально скрывается?

Его гнев уже улегся.

— Это знает одна лишь Мэделин.

Он услышал тихий вздох. Она поднялась и вдруг показалась ему очень юной и хрупкой. Бред поспешно отвел взгляд.

— Мне действительно не стоит называться настоящей фамилией?

— Я не хочу рисковать.

— Значит, я — миссис Ларсон?

— Раз уж ты поехала, Кейт, нам нужна «легенда». Самая простая такова. Мы только-только поженились и хотим купить себе новую картину Маделин Леклер для украшения нашего гнездышка.

— Только поженились, — повторила она тихо, — что за ирония.

— Зато правдоподобно, — пожал он плечами.

— Почему ты взялся за это дело, Бред?

— Меня захватил сюжет, — признался он после короткого раздумья. — Стоквеллы — одна из самых старинных семей в Грендфью. История твоей матери — тайна. Я люблю разгадывать тайны. Иначе бы я подыскал себе другую профессию.

— Это единственная причина?

Он с трудом отвел взгляд от ее губ.

— Да.

Интересно, видит ли она его насквозь так же, как он ее?

— Кейт…

Она подняла глаза.

— Есть еще одна причина…

Он притянул ее к себе и поцеловал.

Кейт застыла, затем он почувствовал, как ее колотит крупная дрожь.

Но что это? Он ощутил ее пальцы на своих небритых щеках. Она прошептала его имя.

Глубокое, темное, неудержимое желание захлестнуло его. Ему казалось, что он балансирует на краю пропасти. Одно неверное движение — и… Но зато каков бы был полет!

Он резко отстранился, усилием опустив напряженные руки.

Кейт откашлялась, по-прежнему не меняя позы.

Бред наклонился за сумочкой, которая выпала из ее ослабевших рук и теперь валялась под ногами. Она машинально надела ремешок на плечо.

— Так, — начал он мягко, — это мы выяснили. Как ты думаешь, теперь мы сможем приняться за работу?

Кейт вцепилась в сумочку, как будто это был ее последний шанс.

— Никогда больше не делай этого!..

Бред поднял бровь.

— Иначе ты поколотишь меня? Или пожалуешься братьям?

— Пожалуй, у меня есть повод тебя ненавидеть. — Ее голос дрогнул.

— Я думал, ты давно этим занимаешься, Кейт.

Он отвернулся, давая понять, что разговор окончен, и двинулся к выходу из парка.

Она поправила ремешок на плече и последовала за Бредом — мимо входа в отель, в маленький ресторанчик.

Трапеза происходила практически без слов. Только когда они снова вышли на улицу, Кейт нарушила напряженное молчание:

— Для новобрачного ты не слишком ласков.

Бред резко остановился.

— Ты права, любимая, — ответил он и, обхватив ее за плечи, притянул к себе. — Так лучше?

Она не сделала попытки освободиться, как, видимо, он ожидал. Лишь улыбнулась в ответ и тоже приобняла его.

Портье в отеле встретил их широкой улыбкой.

— Надо же, как все радуются чужому счастью! — заметила Кейт, когда они зашли в лифт, она — в один угол, он — в другой.

— Если бы они знали, — пробормотал Бред, нажимая нужную кнопку.

Кейт смотрела на полоску загорающихся и гаснущих цифр. Комната с широкой кроватью приближалась.

— Помнишь, как мы когда-то застряли в лифте?

Он бросил на нее удивленный взгляд.

— Интересно, почему именно здесь тебя одолели воспоминания?

— Почему? Мы же были… — Ее бросило в жар. Сама того не желая, Кейт затронула больную тему.

— Это был вечер нашего выпускного бала, — напомнил он.

— Да, я помню. Извини, что заговорила об этом.

Он молча глядел на мелькающие цифры.

Казалось, что лифт едет уже целую вечность. А школьный бал был двенадцать лет назад.

Забавно, но ей сейчас вдруг вспомнилось все — до деталей.

На Бреде тогда был светло-серый смокинг. Она сама уговорила его так одеться, потому что этот цвет превосходно подходил к ее розовому платью.

— Ты находил серый смокинг отвратительным, правда?

— Да.

Она вздохнула. У него был единственный темный костюм, и он хотел надеть его на выпускной. Но она настояла на смокинге.

— Я была не права тогда…

— Это было давно, Кейт.

Наконец лифт остановился, и пока они шли по коридору, Кейт пыталась понять, почему вдруг все это вспомнилось: его смокинг, его запах… Номер в отеле, который он снял, чтобы уйти с бала пораньше и устроить собственный праздник — только для них двоих…