Охотники теней (СИ) - МакКлайн Сьюзен - Страница 56

Я представляю, каково Дэмиенусу. Он прожил довольно нелегкую жизнь, потерял брата, нашел в себе силы сражаться, восстанавливать справедливость, но смерть перечеркнула все – она изменила его. Возможно, однажды он был добрым, улыбчивым юношей, зато сейчас стал черствым и холодным. Чистилище закалило Дэма. Он осознал для себя много вещей. Замкнулся. Перестал доверять кому-либо, кроме себя. Превратился в угрюмое существо, живущее… ради чего? Мести? Приобретенного долга?

Или же себя?

— Другие Охотники не знают, кто он? — Я приобняла себя, ощутив легкий холодок, проникший через открытое окно.

Кевин потер мои озябшие плечи, пытаясь их согреть.

— Нет. Если узнают – никому не поздоровится. Дэма убьют. Мы предстанем перед Советом. Его нахождение в нашем клане – большой риск. Он прикидывается обычным Охотником, однако Духи чувствуют своего сородича: каждый раз, когда идем на вылазки, они докучают ему. Это одна весомая причина, почему мы, практически, всегда охотимся без поддержки другого клана. — Друг укутал меня в свою куртку, поспешно сняв ее, на что я благодарно кивнула. Тепло накрыло мое озябшее тело, и приятный аромат мяты вторгся в легкие – даже после того, как Кевин повалялся черт побери где, его вещи продолжали отпадно пахнуть. — Ты же замечала неизвестные письмена по дому?

Я вспомнила исписанный потолок в Оружейной комнате и странные надписи на прутьях забора.

— Да. Это ведь латынь?

— Древняя, — поправил Кевин. — Письмена защищают дом от вторжения духов.

— От вторжения духов? — Со смятением я взглянула на лестницу, где недавно блуждало одно из этих чудаковатых существ. — А-а-а…

Паркер проследил за моим взглядом и измученно вздохнул.

— Этот экспонат более чем особенный. — Всплеснул руками. — Блокирующая татуировка на коже Дэма дает некоторые преимущества: он может спокойно обходить защиту.

— Оу. — Ответ меня значительно не порадовал. — Получается, круг из соли и святая вода тоже не спасут, если я решу от него огородиться? — хихикнула я.

Кевин криво улыбнулся.

— Тебе и не придется: я не позволю, чтобы он причинил тебе что-то плохое. А насчет святой воды и соли, — он иронично захныкал, — на нечисть это действует только в фильмах. Могу огорчить тебя еще больше, если хочешь…

— Валяй.

Я ожидала чего угодно, только не такого.

— Все священнослужители – Охотники, скрывающие настоящую сущность. Жижу, что они мешают в своих чанах, клича ее «святой водой», на самом деле делают из ядовитого плюща, который оказывает влияние лишь на сумеречных созданий. Да и понятий «Рай» и «Ад» - нет. Есть только Чистилище, куда попадают все души усопших, а из «высших шишек» не существует никого, кроме Босса – твоего отца.

Я медленно моргнула.

Когда-то мне приходилось молиться Богу и проклинать Сатану. Выходит, я просто тратила время впустую.

Печально.

— Что насчет эльфов, фей, оборотней и вампиров?

Блондин саркастично ухмыльнулся.

— Ты правда считаешь, они реальны?

— Ну-у-у-у, — я чувствовала себя вселенской идиоткой.

Почему бы и нет? Раз есть духи…

— Котенок, — он трепетно взял меня за ладошку как маленького ребенка и убрал локон волос за ухо, — Санта тоже вымысел. Пасхальный кролик и Зубная Фея – подавно. Мне стоит продолжать, или ты все поняла?

Кажется, кто-то считает меня слишком тупой.

Я нахмурилась и легонько толкнула его.

— Мне мало что известно про других тварей. И прекрати надо мной издеваться!

— Даже и не думал! — Кевин поднял руки в знак капитуляции, но его ехидная улыбка говорила обратное.

С напускной обидой скинув в себя куртку, я сунула ее Паркеру, прежде небрежно смяв. Его светлые брови в напускном удивлении выгнулись. Он сжал вещь, сканируя мой стремный, порванный прикид изучающим взглядом.

— Что опять не так? — не удержалась, тщетно пытаясь уложить волосы в хвост.

Да, глупый вопрос, ведь я похожа на чучело.

Парень лучезарно улыбнулся и без моего согласия снова накинул черную куртку на меня, предварительно разгладив ее.

— В коридоре еще холоднее. Тебе нужно принять душ и идти спать.

— Но, — я хотела возразить, и постараться стянуть кожаное изделие в какой раз, однако Кевин остановил меня, нежно сжав запястья. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы заглянуть в накренившееся лицо – глаза оттенка ржи глядели на меня с проницанием и интимностью.

— Без «но». Иди спать, Котенок. — Его губы оставили на моей щеке пламенный след, отчего холод, жаливший кожу, мгновенно растворился на атомы. Вместе со мной. — Я буду охранять твой сон.

— Как же твой отдых? — не укладывалось у меня.

Я не могу позволить ему вновь мучить себя. Он пару суток не смыкал глаз.

— За меня не волнуйся, — прошептал Охотник, отпаивая к книжной полке, устроившейся около лестницы. — Этой ночью со мной будут верные друзья. — Он погладил корешки произведений и вынул одну из книг. — «Над пропастью во ржи»[6]. Давно не перечитывал ее.

— Пожалуйста, поспи, — умоляла я, с жалостью глядя на его глубокие мешки, пролегшие под нижними веками.

Кевин уселся на диван открыв хрустящие страницы произведения. Даже не смотря на меня, он улыбнулся и тихо произнес:

— Сладких снов, Котенок.

Невидимые пальцы защемили горло. Я не могла сделать и шагу. Было бы глупо уговаривать его пойти отдохнуть – он довольно упертый. И будет стоять на своем до последнего.

Уходить не хотелось, но и таращиться на Кевина, зависнув на месте, тоже не было хорошей идеей. В моей голове что-то щелкнуло, словно выключатель – я не успела одуматься, как прилегла рядом с ним, стараясь не думать, что от меня смердит потом и пылью.

— Почитай мне, пока не усну.

В приятном шоке, Охотник приобнял меня. Я положила голову на его могучую грудь, вслушиваясь в крещендо сердцебиения. Одна его рука зарылась в моих волосах, другая – держала книгу под небольшим углом, дабы уловить полусвет от настольных фонариков.

Знакомые строки из книги зазвучали бархатистым голосом Кевина. Я сомкнула веки, наслаждаясь повествованием и молясь кому-то неизвестному, чтобы сегодня уснула не одна…

17

Дни летели, и тренировки, на которых меня не щадили, давали испробовать всю прелесть бытия Охотника. Несмотря на то, что мама в последние дни вела себя до жути странно, а подруги и вовсе начали игнорить меня, все шло, как по маслу. Чтобы хоть как-то погасить крупицу подозрений и оправдать мое частое отсутствие дома даже в темное время суток, пришлось сослаться на несуществующего парня, в какого я, дабы, по уши втюрилась. С натянутой улыбкой мама каждый раз провожала меня, когда я покидала порог дома, боясь, что ложь вот-вот раскроют. Самое странное, она не спрашивала о моей «половинке» ничего, кроме имени. Может быть, просто не хотела лезть в мои дела? Ладно. Я бы поверила в это, если бы не знала свою маму «от» и «до». Она просто обожала принимать участие в моей жизни – это поняла еще в детстве, застукав ее за прочтением моего тайного дневника. А насчет мальчиков, кстати… Мама готова была свернуть шею, лишь бы добраться до личного дела какого-нибудь из парней, с какими мне доводилось встречаться – правда, недолго, как вы поняли. Она всегда беспокоилась о моей безопасности, отчего по сей день не говорила, кто я на самом деле.

Тренировки с Охотниками давались нелегко. Тем не менее, я не жаловалась и старалась выполнять все комбинации, какие мне показывали: в приоритете пока что были боевые искусства и занятия с оружием. В результате чего, через пару тройку дней, благодаря постоянным тренировкам, от которых и вовсе забывала про сон, я превратилась в ниндзя. Окей. В ниндзя-неудачника. Казалось бы, чему можно обучиться за столь короткий срок? Но ребята заложили фундамент: я запомнила пару несложных приемов и с упоением прослушала лекцию о сумеречных тварях.

По крайней мере, я была рада и мельчайшим своим успехам, однако знала, что до мастерства Охотников мне придется проделать нелегкий путь. Мысль, что через пару дней откроется портал, подталкивала меня совершенствоваться. Я отказалась от различных удовольствий, чтобы быть готовой к неизбежному. Чтобы самостоятельно дать отпор в час-пик…