Вивея (СИ) - Пузыренко Оксана - Страница 128

Осознав, как сильно я хочу показать Ханту силу своего гнева, я мигом стушевалась. Не оправдываю ли я своё желание увидеть его?.. Нет. Конечно, нет. Я так хорошо жила три года, так спокойно, так… Никак.

Я бросила приглашение перед собой на столешницу и со стоном опустилась на руки. С силой потерев глаза ладонями, снова посмотрела перед собой. Билет и приглашение никуда не пропали. Мой личный комплект для самоуничтожения.

Нет, серьёзно, он бы мне просто прислал набор взрывчатки "Сделай сам". Самоубийство для чайников. И то было бы гуманнее.

И что он хочет? Показать, что достиг успеха? Сказать «спасибо» за стартовый капитал? Ах, он же не брал денег родителей… Позже мне об этом сказал отец, в момент откровения.

Тогда, три года назад, я долго злилась на родителей, пока папа не пришёл ко мне в комнату с большой коробкой эклеров и парой огромных семейных фотоальбомов. В домашней одежде, он бесцеремонно забрался на мою кровать, стал поглощать пирожные (не предлагая мне!), и рассматривать снимки. Я же включила режим игнорирования и играла в очередную игру на компьютере. Какое-то время я ещё мочила виртуальных монстров (одновременно сражаясь с демонами в своей черепной коробке), но папа так упорно ржал и комментировал фотографии, что интерес во мне победил. И вот мы уже вместе ели пирожные, не обращая внимания, что крошки заварного теста посыпают мое покрывало и вспоминали истории нашей семьи, запечатлённые на снимках. Все же есть в фотографиях какая-то магия, прав был Хант. К слову об Арчи.

Я провела ногтем по приглашению и даже легонько поковыряла бумагу. И оно все ещё не растаяло, как дым. И я все ещё не проснулась.

Тут очередная мысль озарила меня с большим опозданием. Я резво открыла приглашение и нашла глазами дату. Так и есть. Завтра. Его выставка открывается завтра, в мой День рождения. Меньше чем через сутки мне исполняется двадцать два года, и мы с Коулом уже забронировали билеты на самолёт. Решили отпраздновать вдали от всех, в Альпах. Этот факт напрочь вылетел из моей головы, стоило на горизонте замаячить призраку прошлого. Этому чертовому…

Так. Вдох-выдох. Ом. Ам. Аум. И прочие сакральные звуки силы из йоги я призвала на помощь, чтобы не разбить что-нибудь из казённой посуды Бена. Стаканчики не виноваты в том, что Арчи с какого-то перепуга решил, что я поменяю все планы в свой праздник, и. взяв чемодан в зубы, кинусь исполнять его волю. Через три, черт возьми, года. И он прислал приглашение даже не за неделю! А за день! Совершенно не оставляя времени подумать об этом.

— Да что тут думать… — Прорычала я и с нескрываемой злобой схватила все, что успела разложить на стойке.

С довольным видом победителя я понесла макулатуру в урну и… Моя рука замерла, как будто наткнулась на невидимый барьер. Пальцы наотрез отказались разжиматься, мертвой хваткой питбуля вцепившись в драгоценную ношу.

"— Зачем выкидывать? — Рассудительно шептал ангел, свесив ноги с правого плеча. — Ты же не обязана ехать, просто оставь билетики себе… На всякий случай".

"— Ага, оставь. — Вещал с другого плеча дьяволенок. — Будешь доставать из шкатулки в возрасте лет эдак девяносто с хвостиком и старчески вздыхать, предаваясь воспоминаниям об утерянной любви".

Ангел задорно покивал, и поправил нимб, съехавший от усердного поддакивание. Демон хитро подмигнул небожителю. Даже выдуманные сущности в моей голове впервые пришли к соглашению и сплотились против меня.

«— Но тебе же нравится Коул?! И у тебя с ним свидание! — Встрепенулась моя Рациональность, вскидывая голову и отрываясь от планёра.

— Да, нравится. — Не стала я отрицать. — Мне очень нравится Коул, правда. А ещё мне нравятся компьютерные игры, кофе, мороженое, бессмысленные глянцевые журналы, камины и новогодние гирлянды… Но я не вижу романтического будущего с Варкрафт*.

— А с Хантом, значит, видишь? — Едко гнула свою линию разумная "я". — Не путай романтику с криминалом, а любовь с муками совести. И вообще… Мпфтх…»

Ангел и Дьявол прикрыли ей рот и увели подальше от меня, не забывая миленько улыбаться.

Я вздохнула. Потом вздохнула еще раз, погромче. Ну вот как можно одним посланием перевернуть все? Хотя чему я удивляюсь? Это же Арчи-делаю-что-хочу-Хант. Он пришёл один раз в мою жизнь, разнеся все привычное до основания, что ему стоит проделать этот трюк снова?

И ещё один печально-раздражённый вздох. Я не знала на кого зла больше, на Арчи и его внезапное желание видеть меня, или на себя, за то что внутри меня каждая кость выворачивалась, при мысли о нашей теоретической встречи.

Нет, конечно я никуда не поеду. Менять планы? Срываться через столько лет, как послушный щенок за хозяином? Я уже не девочка, чтобы совершать глупые поступки. И вообще, если ему надо: пусть сам едет сюда. Вместе со своей выставкой. Как передвижной цирк.

«Пусти меня, я ей вломлю! — Завопил Дьяволенок, вырываясь из рук более доброго Ангела».

Ясное дело он был целиком и полностью на стороне Ханта, они же из одного теста.

Я снова посмотрела на адрес выставки. Лондон. И все-таки он смог. Чувство гордости во мне растеклось теплом по телу. Я не смогла сдержать улыбку. Он исполнил свою мечту.

Я тоже шла к исполнению своей. Миллионы журналов и книг: от ведения бизнеса до интерьера заведений занимали каждый миллиметр моей квартиры. Да, я год назад съехала от родителей в красивую студию с видом на море. Многочисленные блокноты были исписаны и разрисованы от корки до корки различными идеями. Весь остров был разбит мной на сектора с зонами для кофеен. Даже на Севере я собиралась открыть несколько кафе, плюнув на стереотипы. В конце-концов, байкеры что, не пьют кофе? В общем, я была вооружена до зубов. И даже вела переговоры с некоторыми людьми о покупке земли.

«Кхе-кхе. — Вежливо кашлянул Ангел, повязав и Рациональность и Дьявола. Добро всегда сильнее! — Позволь напомнить, что это Арчи помог тебе найти своё призвание…»

Да уж. И снова Хант. Как, позвольте спросить, перестать думать о человеке, когда он повсюду? Говорят, что первая стадия исцеления — признать, что ты болен. И я вынуждена принять тот факт, что проклятый Арчи Хант все ещё имеет чудовищную власть надо мной. Даже спустя трижды по 365 дней.

— Привет, Ви. Готова?

Я вскинула голову и испуганно посмотрела на высокого рыжего парня. Коул вырос будто из под земли. Почесывая переносицу он стоял и смотрел на меня с улыбкой "доброго соседского парня". Почему я не заметила его приход? И не услышала дверные колокольчики! Для кого их, спрашивается, повесили?!

— Привет, Коул. Мне надо дождаться Бена.

— А где он? И что это у тебя? — Он с интересом уставился на мою руку, занесённую над мусорным ведром.

Как будто пойманная на месте преступления, я засунула билеты в задний карман джинсов:

— Ничего особенно. Открытки. — Парень вскинул брови, явно не веря, поэтому я быстро увела тему подальше от красной черты: — Бен уехал к поставщикам, скоро будет. По крайне мере, он обещал.

— Что ж, тогда я не откажусь от чашечки кофе, мисс-бармен. — Коул уже комфортно устроился на высоком стуле. Именно том, где недавно сидела рыжая. — Готова к завтрашнему дню?

Вместо ответа я улыбнулась и отвернулась, как будто за банкой с зёрнами. Готова ли я к завтрашнему дню?

*****

Я выпрыгнула (Не на ходу, конечно.) из огромного красного автобуса в два этажа — героя множества английских открыток. Оглянулась вокруг Площади, которая получила своё название в честь победы в Трафальгарской битве. Что ж. Я здесь.

Многочисленные туристы курсировали по площади между постаментами, легко узнаваемые в толпе благодаря путеводителям, рюкзакам, фотоаппаратам и нелепым футболкам, на которых они признавались в любви Лондону. С центральной колонны на меня смотрел адмирал Нельсон. Кажется, даже он удивлён меня здесь видеть. Видел бы он лицо Коула…

Рыжее лицо друга все ещё стоит перед глазами. Кажется, не смотря на то, что мы были друзьями, надежды на эту поездку у него были не платонического характера… И все мои "извини" не смогут исправить то, что я сделала парню больно.