Я, инквизитор. Башни до неба (ЛП) - Пекара Яцек - Страница 45

Меня также интересовало, почему Шуман так усиленно ищет Хаутера, что даже решился воспользоваться помощью тонгов. Как любой разумный человек он должен был знать, что с помощью этой... организации пользоваться небезопасно, а за каждую услугу будет выставлен счёт. И насколько я знал, случалось, что в конечном итоге величина такого счёта превышала прибыль, полученную благодаря поддержке тонгов. Так почему архитектор впал в такое отчаяние? Чего он боялся со стороны Хаутера? А может, этот несчастный оболтус был настолько ослеплён страхом, что участие тонгов ему подсказало лишь его собственное воображение?

Ха, я мог бы задавать такие вопросы до бесконечности, и ни один из них не получить ответа, пока не проверю всё на месте.

– И где этот тайник?

– В подвале бывшей винодельни, которую держали монахи, когда ещё выращивали виноград, – быстро протараторил Юрген.

– Она что, на территории монастыря?

– Нет, господин, нет. Она и правда на монастырских землях, но сам склад стоит далеко за стенами монастыря.

Ну, это, по крайней мере, было хоть какое-то утешение.

– Этот тайник хорошо охраняют?

– Более чем хорошо, мастер. Там всегда стоят перед воротами несколько человек, а внутрь пускают только Шумана и одного из его охранников.

– Как это только Шумана и охранника? И никого из инженеров? Или, не знаю, хотя бы какого-нибудь плотника?

– Нет, господин, никогда.

Это показалось мне странным. Ведь создание модели собора было кропотливой, требующей точности работой. Разве Шуман под валом обязанностей мог найти время ещё и для того, чтобы самостоятельно трудиться над вытёсыванием элементов модели, вычислением их пропорций, установкой в нужное положение? А ведь если проект был окружён такой тайной, эта модель должна была быть чрезвычайно подробной, а значит, требующей уйму работы. Когда-то в Кобленце у меня была оказия увидеть созданную итальянскими архитекторами и выставлявшуюся в течение некоторого времени в кобленецком соборе модель Града Господня, то есть идеального города, который в равной степени удовлетворял бы телесные и духовные потребности жителей. И я был весьма впечатлён, возможно, не столько самой концепцией универсального города, сколько необычайной заботой о мельчайших технических деталях. Если проект Шумана должен был обладать подобной детализацией, даже при условии, что собор не является настолько сложным творением, как целый город, я не представлял себе, чтобы он мог работать с моделью самостоятельно.

– Хорошо, Юрген, я проверю твоё сообщение, – решил я. – Но если я обнаружу, что Шуман в старом винном погребе попросту забавляется со шлюхами и пьёт, то я лично отрежу тебе яйца и заставлю их сожрать. Понял?

– Понял, понял, – с жаром закивал он.

На его лице, к некоторому моему удивлению, я вовсе не заметил страха. Что ж, он, должно быть, был очень уверен в себе. А может, он заманивал меня в ловушку? Может, это была какая-то интрига Шумана, которая имела целью скомпрометировать моё положение в Христиании? И не такое бывало. Я влез в сапогах в середину сложного мира, в котором и в самом деле царил, как говорил представитель тонгов, своего рода порядок. Я старался шагать осторожно, и, наверное, ещё никому не наступил на мозоль. Проблема была, однако, в том, что враждебную реакцию многих людей мог вызвать не ущерб их мозолям, а сама опасность такого ущерба.

Прежде чем отправиться к старой винодельне я, конечно, должен был обеспечить себе необходимую поддержку. Кроме того, я размышлял, что мне делать с Юргеном. Если за ним и в самом деле гонятся тонги, они могут убить его в моё отсутствие, а если я выйду с ним на улицу, то не доведу до дома де Вриуса, кто-нибудь попросту ткнёт моего доносчика ножом. И ищи потом ветра в поле.

Я также размышлял об одном: был ли вообще Хаутер мне нужен? Потом, однако, я подумал, что такой человек как он должен был спрятать туз в рукаве. Никогда не известно, не знает ли он ещё чего-нибудь, что окажется полезным. Поэтому я решил позвать трактирщика и приказать ему отправить посыльного за Григом.

– И пусть Григ прихватит несколько человек, – добавил я.

Администратор де Вриуса появился на удивление быстро. Не прошло и часа, а он уже стоял на пороге моей комнаты.

– Юрген Хаутер, – сказал он, глядя на скорчившегося в углу доносчика. – Вот это сюрприз.

– Вы взяли с собой людей?

– Как вы и приказали. Со мной пятеро моих головорезов. – Он улыбнулся. – У всех аж руки чешутся поработать. Вы, конечно, знаете, что я уведомил обо всём этом господина де Вриуса?

– Естественно. Надеюсь, что усилия, которые мы предпринимаем, и их результаты порадуют вашего работодателя.

– Куда мы направляемся?

– К старой винодельне, – ответил я. – Шуман устроил в ней тайную мастерскую. А Хаутер утверждает, что там творится что-то... нехорошее.

– Чёрная магия, – буркнул Юрген из своего угла. – Страшная чёрная магия, демонические ритуалы и человеческие жертвоприношения.

Григ смерил его скептическим взглядом.

– Видать, Шуман сильно тебе досадил.

– Я правду говорю! – Сердито возразил Хаутер. – Чтоб мне с этого места не встать!

– До винодельни десять миль с гаком, – сказал Григ. – Я сейчас скажу ребятам, чтобы они нашли какую-нибудь телегу. Ведь не потащимся же мы пешком.

– Хорошая идея,– похвалил я его.

До старой винодельни было даже больше, чем десять миль, так как мы поехали длинной дорогой, которая огибала монастырские хозяйства. Поскольку я предпочёл бы, чтобы нас никто не увидел и не успел предупредить Шумана. Ибо кто знает, что могло бы тогда произойти? Может, какой-нибудь внезапный пожар, который спалил бы весь склад вместе со всеми доказательствами преступлений? Конечно, если предположить, что какие-либо доказательства каких-либо преступлений и в самом деле существовали.

Была середина лета, так что, несмотря на поздний час, закат солнца ещё разливал по небу красные полосы. Я надеялся, что мы доберёмся до цели засветло, хотя, безусловно, и ночь не стала бы нам преградой.

Я ведь помнил, как вчера ночью мне пришлось закрыть ставни, поскольку полная луна светила так ярко, что не давала заснуть.

– Вы думаете, из этого что-нибудь получится? – Зашептал Григ.

– Откуда мне знать, что Шуман не подослал этого негодяя, чтобы меня скомпрометировать? – Проворчал  я. – Я проведу обыск в винодельне, а Шуман первым будет посмеиваться в кулак, а потом обвинит меня в препятствовании богоугодному делу.

– Скорее, нет, – ответил Григ. – Между ними действительно что-то произошло. Эта дрянь точно не в сговоре с Шуманом.

– Удивляюсь только, что вы ничего не сказали мне об этой секретной мастерской. Вы вроде так тщательно следите за действиями Шумана, и не знаете, что делается втайне?

Карл пожал плечами.

– Выше головы не прыгнешь.

Григ очевиднейшим образом лгал. Вопрос: почему? Мне казалось, что в интересах де Вриуса было поделиться со мной всеми подозрениями, а тут оказалось, что он не соизволил мне сообщить о столь важном деле, как тайная мастерская Шумана. Ведь если архитектор должен был где-то совершать запретные действия, то именно в том месте, которое так усердно охранял.

– Хорошо, я вам скажу, – Григ почти прижался ко мне и зашептал так тихо, что даже я едва его слышал.

– М?

– Скоро будет два месяца, как мы перетряхнули эту винодельню. Там ничего нет, мастер Маддердин. А я не хотел об этом говорить, потому что произошёл несчастный случай. Мы убили племянника Шумана. Без толку, говорю я вам. Щенок появился, начал кричать, и мы немного переборщили. Ну а потом, когда мы увидели, что происходит, нужно было заткнуть всех остальных, чтобы не рассказали.

– Прекрасно. И скольких вы... заткнули?

– Пятерых. Шуман подозревает нас, но у него нет доказательств. Тогда здесь было много нападений, изнасилований, краж, убийств, так что мы могли свалить вину на обычных бандитов. Только после того, как пришли тонги, всё немного утихло.