Ради тебя (СИ) - Воронина Алена - Страница 48

На стол легла старая потрепанная книга в кожаном переплёте.

— Что это? — удивленно спросил король.

— Это часть твоего прошлого, Вариан. И прошлого… — Кадгар опустил глаза, — Тиффин.

Король рванулся к столу, обложка и переплет в его руках от резких движений треснули, ссохшаяся от времени кожа стала хрупкой, как и стягивающие страницы нити: Вариан едва успел подхватить посыпавшиеся листы.

— Это… это… почерк Инни? — глаза короля округлились.

— Да, люди все же похожи во всех реальностях и во все времена. До того, как ты забрал ее в Штормград согласно брачному уговору, она вела дневник. Да и после, полагаю, тоже. Королева была рассудительной и организованной. Тебе ли не знать.

— Где ты нашел это? — Вариан непонимающе воззрился на Кадгара.

— В руинах дома Эллерианов в Западном Крае. После Катаклизма… его некому было восстанавливать. Древний род исчез.

Вариан опустил книгу на стол аккуратно, почти нежно, боясь теперь лишний раз вздохнуть рядом с ней. Кулаки короля сжались, а на скулах заиграли желваки.

— Но как это связано с Лейной и предательством Астеры?

— Сейчас ты все узнаешь, мой друг.

Кадгар пошевелил пальцами и книга взмыла в воздух, плавно направившись к магу, зашелестели страницы и тихий голос чародея начал читать едва видимые от времени строки.

«Если небо в холодных, сизых облаках, мир окрашивается совсем в иные краски. Темнеет листва, трава становится, точно дорогой изумруд, насыщенный зелёный цвет прекрасен.

Жалко, что трава такая только по берегам реки, в тени огромных крон, что волнует ветер, прилетающий из Сумеречного Леса. Это, конечно, не правда, но мне кажется, что это он траву такой делает, ведь даже пахнет по-особенному этот ветер.

Вроде бы надо всего лишь пересечь реку по большому крытому деревянному мосту, а попадаешь будто в другой мир. Отец раз взял меня в Сумеречный Лес. И это место поразило меня до глубины души: густой лесной сумрак, высокие стволы деревьев, терпкие запахи трав, ощущение тайны, лабиринта, это так не похоже на простор и свободу, которыми пропитан Западный Край.

Говорят, возле Великого Древа когда-то жил дракон… А может, он и сейчас живёт там!

Только тссс!

Папа жуть как не любит, когда я рассказываю страшные сказки младшей сестренке, она потом не спит всю ночь.

Глупышка! Это же так здорово! Загадки, тайны, сражения!

Я всегда хотела родиться магом. Руны, перемещения… Или жрицей! Как мой дорогой друг.

Все лучше, чем видеть одну и ту же реку и большой двор, штудировать книги по экономике, слушать разговоры о войне, об урожае, о том, как тяжело будет восстановить дом в Штормграде, о том, что нас там уже за своих никто из знати не примет, а еще о том, что скоро должно прийти письмо! Оно просто не может не прийти! Ведь… оно для нас надежда на лучшее.

Ох, уж это письмо, которого все так ждут!

С ним явно будет проще восстановить те руины, что остались от особняка в столице и об урожае мать с отцом будут говорить реже, потому что отправитель письма будет опорой моему небогатому семейству.

— Инни!

Трава приветливо зашуршала под маленькими ножками.

— Ты чего опять спряталась?! Папа велел так не делать! А вдруг орки придут?

— Вряд ли, коротышка! Их победил король, — я перехватила сестренку, попытавшуюся увернуться от объятий.

— А разбойники? И вообще! Не называй меня так! — девчушка замотала головой, отчего ее платиновые волосы длинные и ухоженные раскинулись по плечам, полностью уничтожив многочасовой мамин труд по созданию красивой прически, приличествующей девочке нашего круга.

— А кто же ты? — мои пальцы проворно забегали по спинке, щекоча девчушку, а та залилась смехом и упала рядом в густую траву.

— Что читаешь?

— Сказание об Элуне и Малорне.

— А кто это? — глаза Риты загорелись любопытством.

— Это самые сильные боги у ночных эльфов, они странствовали по свету и совершали много чудес. А еще они — муж и жена! И ничто и никто их не может разлучить, даже смерть! — я хитро улыбнулась.

— Расскажи! Расскажи! Люблю про эльфов! — захлопала в ладоши Рита. — Ой! — глаза девочки вдруг округлились. — Тебя же мама ищет! У нас гости! Граф Морвейк…

— Что же ты молчала? — я вскочила на ноги, подхватив едва не шлепнувшуюся на землю сестру и побежала к дому.

Граф Клейвен Морвейк меня мало интересовал, сказать по совести, он меня даже пугал. Аристократ этот много путешествовал и в знакомых у него водились даже тролли. Граф был носителем потрясающих знаний, но я уверена, помимо хорошего, он знал и много такого, что, возможно, знать достойному человеку запрещено. Отец мой его не сильно любил, но владелец земли с высокой каменной башней на самой границе с Сумеречным Лесом и Тернистой долиной неизменно помогал нашему семейству средствами, а его люди защищали наш урожай от разбойников. Хотя сами защитники больше на сухопутных пиратов походили.

Однако, у графа был воспитанник, а теперь уже скорее компаньон, которого я встречала с большой радостью.

Теарас совсем на своего приемного отца не походил. Да и на всех, кого я знала, тоже. Граф нашел его (по его же рассказам) в удивительном месте под названием Пустоши, что в самом Калимдоре располагается. Эльфийский отряд, с которым путешествовал граф, отбил мальчика у группы огров. И хотя в нем угадывалась эльфийская кровь, следовать со своими собратьями по прибытии в порт Терамора, Теа отказался и отправился с графом в Восточные Королевства.

И слава богам! Он своим присутствием делал персону графа более сносной. Люди к Теа тянулись. Спокойствие и уверенность, мягкость и в тоже время сила, привлекали к нему всех, кто его знал и даже впервые видел. И, если честно, (чтобы даже соседние мысли не подслушали), он мне нравится. С ним легко говорить об всем, он видел так много, мне столько и за всю жизнь не увидеть, не потерял доброты и тепла несмотря на все то страшное, что случилось с ним. Теарас раз обмолвился, что его родителей убили огры — шаманы и совсем маленьким он скитался по Пустоши, пока не угодил в лапы к клану, где его сделали рабом. Это даже страшно представить. Друг, конечно, не рассказывал мне всех своих злоключений, дабы не смущать неокрепший ум, но фантазия-то у меня богатая.

Каждая встреча с ним для меня праздник!

И вот я, волоча за собой упирающуюся сестру, неслась ныне к дому, чтобы побыстрее исполнить все должные церемонии по выражению радости от прибытия графа, чтобы можно было поболтать с Теа.

Знакомую долговязую сутулую фигуру в темной куртке и в высоких сапогах я заприметила еще возле ворот.

— Теарас, как я же рада! Я безмерно соскучилась! — помахала я рукой.

— Леди Тиффин, — молодой человек поклонился, едва мы с сестрой оказались у ворот. — Рад видеть вас в добром здравии!

— Ой, да бросьте этот официоз, вы знаете, он у меня хромает на все ноги, как лошадь у плохого кузнеца, — я пожала протянутую для почтительного поцелуя руку Теа.

Тот улыбнулся.

— Леди Рита!

Сестренка с самого рождения знала, как должно вести себя настоящей леди. Мама хоть за нее могла быть спокойна. И, возможно, письмо-приглашение надо на ее имя присылать, а не на мое, если бы сестре, конечно, не было всего-то пять лет от роду.

Рита Эллериан расправила коротковатую юбочку и склонилась в реверансе.

— Лорд Теарас!

Конечно, Теа лордом не был… официально. Хотя для меня он был гораздо «лордее» многих. Такого приветствия он по статусу не заслуживал. Но Рита была еще и умной и знала, кого надо привечать.

— Граф и я прибыли, чтобы передать вам приглашение на званый ужин, — Теа кивнул в сторону расшаркивающихся хозяев и графа, напоминающего клочок тьмы посреди залитого солнцем двора.

Неприлично держать гостей на солнцепеке, но родители мои не любили впускать кого-либо в дом. И причиной тому было не отсутствие воспитания и гостеприимства, а состояние фамильного гнездышка: одна половина помещений была абсолютно непригодна для жилья, а вторая требовала ремонта. Но пока не пришло письмо, приходилось довольствоваться тем, что есть. Хотя мне было немного стыдно перед другом. И я даже задумалась над тем, как бы изыскать средства, для того чтобы привести в порядок наше жилище. Отец, гонявший меня по всем вопросам экономики, сам почему-то умудрялся тратить скудные доходы совершенно не на то, что надо. Однако, пока голос мой в семье еще не учитывался при принятии решений. Но если придет письмо, все изменится! Иначе в чем смысл замужества с нелюбимым.