Ради тебя (СИ) - Воронина Алена - Страница 54

Высокий рост, сутулые, а ныне расправленные широкие плечи, нос с горбинкой и этот взгляд.

Так вот почему он не считал себя достойным!

Ночные эльфы и тролли не любят друг друга, ибо негласно считается, что ночные произошли от троллей, слишком приблизившихся к силе магических колодцев. Но разве прекрасные эльфы согласятся с тем, что предки их уродливы и воинственны. Полукровок не принимали обе расы. А в крови Астеры понамешано крови еще и людской. Но…

Но что и не говори и Вариан и Скай знали, как по-особому течет в венах троллей сила. И вряд ли у Вариана хватило бы глупости подумать, что слаб Волджин, а паладину доставало ума вспомнить, как сильны бывают тролли на арене и в бою. Обитатели Престола Гроз не зря приблизились к изначальным богам.

Накопленная сила сорвалась с рук жреца и огненным разрядом ударила в короля. Оружие, созданное эльфами отразило атаку, оставив в стене огромную тлеющую дыру.

— Только увидев Лейну, ты забыл о клятвах Тиффин! Я предупреждал тебя! Я просил тебя остановиться! Отпустить жрицу! Я просил тебя как своего друга! Я считал тебя таковым! Я считал тебя достойным Тиффин!

Зажатые силой жреца Скай, Рот и Алик неверяще смотрели на короля. Известный своей воинственностью, Вариан Ринн опустил меч. Лицо его было полно страдания и муки. И, как и в глазах Астеры, в глазах короля плескалась боль. Оба лишившихся так многого мужчин, нашедших в себе силы жить дальше. Оба сражались за жизнь и процветание Альянса. И как же развела их судьба?!

Любовь — самая страшная вещь в мире. Даже принося радость, она несет боль и страх. Потерять любимую от стрелы или от проклятия, от страшной болезни. Лишиться ее, отпуская, если ясно, что твои чувства — заточение для любимой души.

— Друг мой, — прошептал король, — как же я был слеп!

— Ты даже не представляешь себе, как ты слеп! — магия Астеры прокатилась по кабинету, точно волна по морской глади, заставив Ская, Рота и Алика лишь бессильно покачиваться не в состоянии противостоять мощи жреца. — Кадгар хорошо сумел спрятать от тебя истину, глубоко. Все боялся, что правда заставит тебя впасть в безумие. Или ты думаешь, что те, кому ты доверяешь, всегда говорят тебе правду?

— О чем ты?

Встреча с деревянным полом оказалась малоприятной и совершенно неожиданной для отряда Ская. Двери, скрывавшие то, что творилось в кабинете, от мира исчезли и на пороге стоял Верховный маг.

— О том, видимо, что убийцей Тиффин была ее родная и горячо любимая сестра.

— Рита? — глаза короля расширились.

— Слишком сильно любила ее королева, слишком многое дозволяла. А когда Тиффин поняла свою ошибку, было уже поздно. Катрана Престор уже завладела умом юной девочки, жаждавшей того, чего у рода Эллерианов не было никогда — магии. И Ониксия пообещала ей, что пройдя, тяжелое испытание, она получит удивительный дар. И может быть, юная Рита никогда не пошла на убийство близкого человека, если бы Тиффин не настояла на браке своей сестры и графа Сержайса. Брак с богатым стариком, который один из немногих после разрушительных воин сохранил в целости земли и людей на них обитавших. Он пообещал королеве, что внесет половину той суммы, что просили каменщики за свой труд. Это наверняка бы успокоило гильдию и Ван Клифа, и спасло бы твою репутацию. Но Ониксия была против. В итоге праща с камнем оказалась в руке Риты, которая не хотела замуж за старика, чьи земли были далеко от столицы и от ее учительницы и была обижена на сестру за то, что та была непреклонна в своем решении. Маленькая сломленная девочка хотела силы, а получила могилу, ведь свидетели и исполнители Ониксии были не нужны.

— Ты знал об этом? — зарычал Король, обернувшись к Астере.

— Это я предложил кандидатуру Сержайса в мужья Риты. С ним был уговор, что он не тронет девочку до ее семнадцатилетия. И Рита будет жить в столице вместе с сестрой.

— Но зачем? Она даже не обсудила это со мной!

— Тиффин любила тебя. Она хотела, чтобы твой род так и оставался на троне, она считала Риннов достойнейшими из правителей. Но спор с гильдией мог привести к бунту.

— Боги… — голова Короля поникла.

— Но это не умоляет того, что ты сделал с Лейной! — голос Верховного мага был полон холода. — Вариан имел право на счастье.

— Нет, не имел. Его жизнь и его трон оплачены жизнью его возлюбленной. А он посмел открыть свое сердце другой. Только сын Тиффин имел право унаследовать трон, а он позволил себе зачать еще одного наследника. Он, — палец жреца указал на короля, — клялся перед Святым Светом в том, что Тиффин будет его любовью на всю жизнь. А с каких пор смерть — основание, чтобы нарушать клятвы?! ВЫ считаете меня предателем! Но кто же тогда ты, король?

Кадгар печально покачал головой.

— Как ты узнал о том, что Крестис придет в Таллок? — хрипло спросил Вариан.

— Часть их верхушки давно уже переметнулась на сторону демонов. Жалкие трусы получили свое, потому что демонам не нужны союзники, они пришли уничтожить все.

— Но зачем надо было лгать и клеветать на Лейну? — Кадгар тяжело оперся рукой на косяк.

— Чтобы Вариан Ринн не захотел довериться больше ни одной женщине.

Повисла гнетущая тишина. И нарушил ее король. Лицо его вдруг преобразилось и наполнилось спокойствием и уверенностью и какой-то обреченностью

— Ты ведь солгал Астису, пообещав ему вылечить его сестру и брата! Ты сломил и его душу, видя как переживает он случившееся с его семьей.

— Эта ложь будет со мной вечно, как и боль от потери Лейны. Когда придет время — я отвечу перед Светом! Но тебе ли не знать, Вариан Ринн, когда лес рубят — щепки летят!

— Судьба людей, и даже не рожденного младенца для тебя щепки? — желваки заходили по скулам короля.

— Если это способ восстановить справедливость — да!

Король заговорил тихо, но так, что холод пробежал по комнате.

— Ты убил мою жену и моего ребенка! Ты имел право мстить мне, но ты покусился на беззащитных, самых дорогих для меня людей! Ты уничтожил души тех, кто так нуждался в твоей помощи. Ты был моим другом, моей опорой! Моим советником! И ты знаешь меня, я никогда не прощаю врагов и предателей, Астера!

Нападение короля было внезапным, меч сверкнул и обрушился на голову жреца, но Астера был не просто служителем Света, он был еще и воином. Посох отразил удар страшного королевского оружия, но полностью погасить его не удалось и жрецу пришлось отступить, утирая рукавом кровь с разбитых губ

— Ты сам передал мне ее в руки. Бедная маленькая жрица… Хотя тут она оказалась сильнее тебя, Ринн, — он сплюнул кровавый сгусток под ноги королю. — Мне повезло даже больше, чем я рассчитывал. Потому что Лейна жива!

Лицо Вариана окаменело, он двигался так быстро, что Скай от удивления открыл рот. Схватив жреца за волосы, король резко притянул его к себе, от чего тот закашлялся, окропляя кровью нагрудник короля.

— Что ты сказал?

Астера оскалился, скосив глаза на Ская.

— Интересно, а раз она жива, знает ли она, что ее обожаемый муж поверил в ее предательство, посчитал ее лживой тварью? Если да, то это, наверное, было страшным ударом. Ей ведь хорошо досталось, демоны умеют калечить плоть, а, паладин?

Лицо короля стало белым, как полотно, а Астера залился безумным хохотом.

— Ну, паладин! Скажи! Если она еще в состоянии говорить и думать, она ведь ненавидит и короля и все демоново королевство, за которое она сражалась. Если ты так любил Лейну, как же легко ты поверил в ее предательство! Свет не слеп, ты и не заслужил ее! Как не заслужил и Тиффин!

Клинок с яростным огнем внутри рассек воздух и вошел в грудь Астеры, ломая ребра разрывая сердце. Жрец откинулся назад и прошептал улыбаясь в подступающую к нему тьму

— Спасибо… Наконец-то, Инни… моя…

Вариан отшвырнул тело жреца, точно ядовитую змею, и лишь спустя пару ударов сердца у него хватило сил высвободить меч из тела Астеры. Шаламейн вонзился в деревянные доски пола, задрожал, точно запел грустную песню. А король опустился на пол и, обхватив голову руками, застыл.