Светлая сторона тьмы (СИ) - Бондарь Ирина Михайловна - Страница 83

- Светлая предательница, - цедил сквозь зубы лже-Морган. - Ты одним своим присутствием оскверняешь дорогу чести. Тебе не место здесь!

Интересно, что подумает Зигмунд, увидев здесь призрак своего непокорного сына? Ведь все, чем становились аархи, было отражением чувств и эмоций, причем негативных, снедавших того неосторожного путника, который позволил себе прогуливаться по сумрачным лесам без щитов. Горечь, обида, невысказанные упреки, все это было самым лакомым для душ бывших убийц и преступников, после смерти превратившихся в подобную мерзость. Помочь в борьбе с ними могла магия и сильная воля. И прощение, которого Соланж никак не могла найти в своей душе. Как же, попробуй прости то, как подлец эрл обошелся с ней. Хорошо еще, что…

Словно музыкальный инструмент, послушный опытному мастеру, аарх моментально уловил изменение ходя мыслей в своей жертве, по лицу Моргана прошла рябь, и вот уже перед ней стоял отец. Суровый и властный, точь-в-точь такой, как тогда, в ту страшную ночь, когда ее заперли в Залах Забвения. И этот проклятый призрак наступал, намереваясь выпить из девушки все силы. Несколько теней отделились от чудовища, так же превращаясь в Айвина, разные одежды, разные времена. Где-то он был совсем молод, и это живо напомнило Соланж моменты, когда родитель ругал ее за ту или иную детскую выходку, когда послушание было не самым сильным качеством юной наследницы. Один из двойников был тем, кто ударил девушку в ночь ее заточения. Хоровод угрожающих фигур кружился вокруг жертвы, и каждый пытался приблизиться настолько, чтобы выпить больше сил.

- Зря ты сменил облик, - доверительно сказала аарху тсаревна. - Айвина я больше не боюсь, хоть и ненавижу за все, что он сделал.

И магия, наконец, повиновалась ей. Монстр попытался было воспользоваться другими страхами девушки, лица и формы поплыли, рядом появилась ведьма Тарна, чуть не продавшая Солу в рабство, и Гио, страшный Гио с раскаленным прутом в руке, но чары противника действовали уже недостаточно сильно.

Бледные лучи сорвались с раскрытых навстречу призракам ладоней, ударили в их фигуры грудь, пронзая их насквозь. Аарх закричал чужим голосом и рванулся навстречу Соле, но было и впрямь поздно. Морган имел над ней какую-то мистическую власть, и даже понимая, что призрак перед ней это всего лишь жаждавшее крови и смерти чудовище, трудно было абстрагироваться и действовать хладнокровно. Может, потому, то и настоящий эрл не питал к тсаревне дружеских чувств. Но как только ее эмоции переключились на отца, на остальных обидчиков, неприязнь к которым была все же намного глубже и сильнее, наваждение прошло.

Точно так же, как когда-то перед судьбоносной встречей с правителем Алайи говорил ей Дэйд, Соланж взяла себя в руки и посмотрела своим страхам в лицо. Отец не мог больше причинить ей вреда, ведьма осталась в том лесу, а Гио - в своем доме с ожогами от того самого прута, которым хотел во второй раз пытать Солу. Никто не смел указывать наследнице древнего тсарства, что делать и как поступить. Лишь ее воля и сила имели значение, и из этого испытания она намеревалась выйти победительницей.

- У тебя нет власти надо мной! - звенящим от злости голосом произнесла девушка, заканчивая плести заклинание. - Убирайся, откуда пришел!

Светящаяся сеть спеленала аарха, смяла искаженные болью черты и медленно превратила чудовище обратно в бесформенный сгусток энергии. Он еще несколько раз попытался сменить облик, даже мелькнули в общем хороводе лиц и полов печальные глаза бледного высокого мужчины в короне Найта, но и тот исчез. Долго-долго шла борьба между рвавшимся на свободу монстром и тсаревной, после чего раздался едва слышный хлопок, и все закончилось. Аархи были бессмертными, но дважды никогда не цеплялись к поборовшей их жертве и, ослабленные, не появлялись потом на свет несколько лун.

Сола вытерла пот со лба и нехотя повернулась к Зигмунду, все это время остававшемуся за пределами поляны. Правильно, опытный воин и житель здешних мест, он и шагу не мог ступить без боевых заклинаний и щитов, а вот светлая в азарте пути об этом позабыла, хотя тысячу раз отрабатывала нужные чары с тем же Морганом, будь он неладен.

- Что такого сделал мой сын, раз мысли о нем настолько горьки и полны гнева и смогли привлечь аарха? - задумчиво спросил Зигмунд, не особо, впрочем, надеясь на ответ.

Остальные образы мужчина проигнорировал, не беря в расчет ни Айвина, ни другие лица, мелькавшие в хороводе. Сола предпочла неопределенно передернуть плечами и уйти от неприятного разговора. Разумеется, уточнять, почему чудище приняло облик правителя Алайи, не было необходимости.

- Отличная тактика борьбы с этим монстром, - похвалил главнокомандующий. - Переключиться на другой образ, на новый объект сильных эмоций, с которым ты уже однажды справилась. Если нет возможности найти в своей душе прощения, тоже помогает. Но с применением заклинания была задержка, и он выпил довольно много сил. В следующий раз так не рискуй. И экранируйся лучше.

- Учту, - коротко ответила тсаревна, снова забираясь в седло.

Как же, отличная тактика. Не говорить же ему, что все получилось само! И это после месяцев тренировок и тех сил, которые были вложены в нее лучшими преподавателями Сумрачного Эйда. Позорище! Впредь следовало быть внимательней, но странное ощущение, что игры закончились и вокруг и впрямь не очередной учебный сон, пришло только сейчас.

Проклятье!

Девушка жадно приложилась к фляге с водой и в несколько глотков осушила ее. После встречи с аархом жутко хотелось пить, внутри поселилось странное ощущение, что девушку высушили, лишили не только магических сил, но и чего-то другого, более важного. Ненависть к отцу от неожиданной встречи всколыхнулась в душе, словно ил со дне озера. Как же один шейс мог испортить жизнь другому! Так, стоп! Зигмунд ведь напомнил о необходимости выставить щиты! Не хватало только собрать рядом всех аархов сумрачных лесов.

Путники снова отправились дальше, продолжали мелькать перед глазами бесконечные темные стволы и кроны, проносились мимо долины и овраги, заполненные туманом. Монстры больше не спешили выходить навстречу вооруженным сталью и магией пришельцам, все шло спокойно.

- Зигмунд, - произнесла вдруг Сола, все время размышлявшая о событиях последнего года, произошедших с ней. - Мне нужно кое-что узнать.

Воин чуть приподнял брови, молча приглашая спутницу продолжать.

- У нас с его величеством был разговор о магии крови и власти, которую она дает. Вы можете мне ответить прямо один вопрос? Ваш старший сын напоил меня своей кровью и создал связь между нами? Почему-то остальные члены семьи резко вспоминали о важных делах и старались удрать подальше, как только я начинала разговор на эту тему.

По лицу главнокомандующего ничего нельзя было прочесть о его отношении к данной теме. Ни единый мускул не дрогнул на нем, и Сола даже мысленно позавидовала такому умению контролировать мимику и эмоции.

- Почему вы решили, что я отвечу на ваш вопрос, раз уж даже его величество ничего не рассказал.

- Потому что я прошу вас об этом и чувствую, что мне нужно узнать правду. Это важно. В любом случае когда-нибудь я бы докопалась до правды, но сейчас просто нет времени на игры.

Какое-то время Зигмунд отмалчивался, подбирая слова, но все же заговорил.

- Мы не были уверены поначалу. Мои сыновья много чего скрыли обо всем, что произошло между вашим побегом от них в лесу и возвращением в оплот Арвахо. На крепость Молари напали твари бездны, и ваше прибытие как раз совпало с этим печальным событием. Возможно, те причины и помешали более тщательно расспросить моих сыновей. Было вполне очевидно позднее, что ваши раны оказались более серьезными, чем все подумали, а дальше Дэйя помогла вам выздороветь в почти рекордные сроки и рассказ мальчиков вполне вписывался в общую картину. Но уже после первого нападения на вас в стенах нашего дома стало ясно, что не все детали Морган посчитал нужным упомянуть, а Шейн ему в этом способствовал.