Иридианка. Магический переклад (СИ) - Фаро Юля - Страница 36

Дочитав послание, они молча посмотрели друг на друга.

- Думаешь, успеем? У нас меньше трёх дней, чтобы спасти его... - Вадик понял, о чём думает Вика.

- Не лги себе - ты тоже об этом подумал. Если мы не попытаемся это сделать, значит, мой удел - Тёмная сторона... Нужно возвращаться на заимку. Там кое-что захватим и навестим «друзей» из «серого» сектора.

* * *

Вернувшись по туннелю обратно, Вика первым делом принялась лепить снежки и бросать их в сторону, противоположную «бежевому» сектору. То, что происходило дальше, повергло её и Ракула сначала в удивление, а затем - в уныние...

Снежки словно прилипали к воздуху, не оставляя вокруг себя никаких «пятен» или «пробоин».

Темнова устала выкрикивать в пространство координаты «серого» сектора. От холодного сырого воздуха голос охрип.

- Сто тридцать три, сто тридцать три, сто тридцать три... - упрямо повторяла девушка, вскидывая левую руку в сторону зависшего снежка.

Но ничего не происходило. Снежный «мячик» постепенно уменьшался в размере и, словно тая от неведомого тепла, бесследно исчезал.

Наблюдавший за происходящим бестелесный Ракул мучился от собственной бесполезности и жалел Темнову.

- Вика! Пойдём в дом! Отдохни, согрейся, поешь... Ты же сегодня ничего не ела! Успокоишься, и подумаем... Хватит! Ты же видишь, что это не работает...

Вика нехотя послушалась. Но, зайдя в избушку, тут же принялась рыться на полках, сплошь заставленных учебниками Эдда.

Одну за другой она быстро пролистывала книги, бурча под нос:

- Не то... Снова не то... - и раскладывала их стопками на столе.

- Может, скажешь, что ищем? - поинтересовался Вадик.

- Помнишь альбом с репродукциями в книжном магазине аэропорта?

- Ну?

- Там говорилось о том, что все картины демонстрируют рекурсию... Я хочу побольше узнать об этом! О рекурсии... Вот ты знаешь что-нибудь об объекте или процессе внутри самого этого объекта или процесса?

- Тут много что на ум приходит, - откликнулся Ракул. - Например, наши матрёшки... Или вот ещё, старая дурацкая песенка - чем не рекурсия? - и он пропел-продекламировал:

- У попа была собака,

Он её любил,

Она съела кусок мяса,

Он её убил,

В землю закопал,

И надпись написал:

У попа была собака,

Он её любил...

- Кстати... - продолжил Вадим, закончив петь. - У Лема был рассказец про умную и одновременно ленивую машину, которую поставили перед решением сложной задачи. Так эта машина была настолько умна и ленива, что создала такую же машину, наделив её всеми своими свойствами. Вторая машина - также не став заморачиваться над решением задачи - создала для этих целей следующую машину... И так - до бесконечности...

- Нужен повторяющийся ряд! - Вича постучала себя по лбу кулачком. - Зеркала!

Девушка забежала в свою каморку и уставилась на зеркальные двери двустворчатого шифоньера.

- Сейчас, сейчас, - приговорила она, откручивая отвёрткой старые разболтавшиеся петли.

- Ты откуда это умеешь? - удивился Вадик.

- Не забывай, я выросла в деревне с матерью-пьяницей... Я ещё не то умею... Это плохо, конечно, что у меня нет этих так называемых иридических знаний, но зато бытовых навыков - хоть отбавляй.

Запыхавшись и раскрасневшись, девушка вытащила на улицу обе снятые створки. И теперь перед ней стояли два абсолютно одинаковых зеркала, прислонённых к стене избушки.

- Я - молодец! - похвалила она сама себя. - Как считаешь, Вадюха? Я - молодец?

- Да скажи толком, что задумала? - пробурчал обиженным голосом тот.

- В моей задумке главная роль будет отведена тебе, любимый! Хочу извлечь максимальную пользу из твоего «невидимого состояния» в условиях настоящей действительности.

- Поясни! - заинтересовался Вадим.

- Поясняю... Снежок, зависший в воздухе, исчезает не сразу, а минуты через три-четыре... Так?

- Так! - согласился Ракул, пока ещё ничего не понимая.

- Я установлю зеркала в снег друг против друга, но под некоторым углом. Затем встану к ним спиной, а ты должен будешь посмотреть и сказать: отражаюсь я в них или нет... Ты подскажешь мне, куда встать для того, чтобы я и очередной брошенный мною зависший снежок были видны в бесконечном отражении. Учитывая то, что ты неразрывно связан со мной - но при этом не являешься объектом материального мира - тебе придётся быстро побывать в каждом из видимых отражений и посмотреть, в каком из них вокруг снежка появляется отверстие, свечение или «пробоина». Она должна быть серого цвета... Как только увидишь - называй координаты.

- Думаешь, получится?

- А почему бы и нет? Лампель написал, что блокировал выход из одной действительности... А мы... Зайдём из другой! Только и всего...

- Он написал: «... на несколько фракталов вперёд...», - задумчиво произнёс Ракул.

- Вот видишь! Всего лишь на несколько! Не на бесконечное или великое множество фракталов, а на несколько... Понимаешь? Думаю, это будет не слишком «глубоко» в «зазеркалье»... Начинай присматриваться с четвёртого.

- Почему именно с четвёртого? Потому что «Бог троицу любит»?

- Почти...

- Если всё так символично, тогда это будет шестое отражение. Ну... Типа шестёрка - число Тёмных сил.

- Тогда уж - шестьсот шестьдесят шесть... Но я уверена, что столько не потребуется. Он же писал о нескольких! Давай уже пробовать!

Вича вкопала в сугробы зеркала, и они выбрали самое удачное место для неё самой, приготовившись к эксперименту.

Как только Вича запустила снежок и подняла руку - Вадим тут же «встал» между зеркалами и шагнул в коридор отражений...

Такую боль ему никогда не приходилось испытывать! Такое жуткое ощущение жара, будто с заснеженной поляны он шагнул в костёр. Ракул, не испытывающий никаких физических чувств уже долгое время, закричал от неожиданности и - не в силах выдержать таких мучений - «вывалился» наружу.

- Вика... - позвал он тихим голосом. - Прости, я не смог.

Огорчённая Темнова опустила руку.

- Там - пламя! Алое адское пламя! Я чуть не сгорел!

- А сейчас? Сейчас ты что испытываешь?

- Ничего! Всё нормально!

- Вадик, любимый, ты можешь сгореть только в нашем Мире... - пылко заговорила девушка. - Потерпи, потерпи, родной! Я поняла, тебе нельзя задерживаться в первом отражении. Если оно красное - это огонь, гнев, агрессия... Смотри, по логике вещей за ним будет розовый, сиреневый, фиолетовый, синий... Но чётких границ нет - ты будешь продвигаться по оттенкам... От красного к синему... А их - очень много! Главное, не стой на месте. Продвигайся как можно быстрее.

- Я готов! - решительно произнёс Вадик. - Что бы ни случилось - больше «не выпаду». Обещаю! Поехали, на счёт три кидай снежок!

Всё повторилось. Только теперь Ракул избежал прежней ошибки и, превозмогая обжигающую боль, ринулся вперёд. Он «проскакивал» фракталы один за другим, не отрывая глаз от спины Вики, которую видел перед собой через красное марево. Миновав оттенки красного излучения, он почувствовал приятное тепло. Только снежок уменьшался прямо на глазах... Когда силуэт Вики покрыла сиреневая пелена - «снежный шар» сделался величиной с пятирублёвую монету.

Вадик был в отчаянии. Снежок таял...

Вадик мысленно прибавил скорости, в страхе посмотрел на цель и... «Выдохнул» с облегчением - в воздухе появилось долгожданное пятно.

- Сто тридцать три, сто тридцать три, сто тридцать три... - выкрикнул Ракул и кубарем покатился вниз...

Они летели, переворачиваясь через голову, то сталкиваясь, то «разлетаясь» в разные стороны, словно биллиардные шары от резкого удара кия. Скользкая, идеально ровная поверхность склона казалась бесконечной и не давала возможности остановиться.

- Вика! - попытался позвать Вадик. - Вика!

- Молчи! - простонала девушка...

* * *

Они пришли в себя почти одновременно. Первое, чему обрадовался Ракул, было лицо улыбающейся Вики.

- Ты снова в теле... - поздравила его Темнова.