Падшие герои (СИ) - Макаронов Александр - Страница 17

- Добрый вечер,- вежливо сказал  герольд, подходя к ним вплотную.- Меня зовут Генрих, а это леди Эллейн. Не возражаете, если мы присоединимся к вам?

- Разумеется,- ответил черноволосый.- Меня зовут Грон, это Марл, а девушку у нас зовут Мелисса.

- Приятно познакомится с вами,- сказал Генрих, садясь за стол.

Помедлив секунду, Эллейн присела рядом с ним. Вначале разговор шёл сдержанно, но  затем, когда принесли еду и вино, Генриху удалось разговорить Грона. Грон рассказывал ему сплетни и небылицы, а герольд смешные случаи из своей жизни.

Грон ехал в столицу королевств Хорос, стремясь поступить на службу к королю, а его спутники хотели навестить своих родственников в столице.

- Откуда вы едете, Генрих?- с интересом спросил Марл.

- Возвращаюсь из Таинственного Леса,- честно ответил Генрих.- Должен признать, что эльфы оказались неплохими воинами.

- Чёртовы остроухие,- процедил Грон.- И почему бы им просто было не принять все наши требования? Столько смертей удалось бы избежать...Но нет! Им надо было гордо отвергнуть все наши предложения!

- Я вполне понимаю их,- ответил Генрих, чем обескуражил Грона и Эллейн.- У эльфов своё виденье мира, и с их точки зрения наши предложения были оскорбительны, с другой стороны, они не одни в мире и должны уметь взаимодействовать со своими соседями. Жаль, что всё так случилось, но раз уж война началась- долг обеих сторон должен быть выполнен.

- Генрих, вы сражались с ними? Если да, разве вы не чувствуете ненависти к ним, ведь из-за них многие погибли?- неожиданно вмешалась в разговор Мелисса.

- Я с ними сражался, но я не злюсь на них. Да, многие из моих друзей пали от их стрел, клинков и магии. Я и сам едва не погиб в их лесу. Тем не менее, это не повод ненавидеть эльфов. Отдельных личностей - быть может. Народ в целом - нет.

- Весьма глубокая мысль,- признала Эллейн, теперь несколько иначе смотря на Генриха.

- Я обдумаю ваши слова,- уважительно сказал Грон, делая ещё глоток вина.- Быть может вы и правы.

Пожав плечами, Генрих отодвинул тарелку и сказал, вставая из-за стола:

- Благодарю вас за компанию, но нам с леди Эллейн пора. Удачи вам в вашем путешествии.

Попрощавшись с новыми знакомыми, Генрих и Эллейн направились на второй этаж, где находилась снятая ими комната.

- Эти люди что-то не договаривают,- задумчиво сказала девушка.

- О, ты заметила. Неплохо,- ответил герольд, пропуская Эллейн на лестницу.- Да. Они чего-то боятся. И стараются, чтобы это не было так заметно. Скорее всего, Марл и Мелиса просто бежали из дома. Это наиболее вероятный вариант, почему они здесь и без достойного сопровождения. А Грон видимо друг одного из них и согласился помочь бежать.

- И зачем же им бежать?

- Возможно, они были не согласны со своими родителями, которые были против их отношений,- пожал плечами Генрих.- Или они просто решили сбежать от опостылевшей им жизни в замке. Эти двое молоды и влюблены. А значит глупы. Правду мы узнаем, только если спросим их об этом, а они соизволят ответить.

- Ты говоришь довольно уверенно, у вас такое часто бывает,- констатировала Эллейн, осматриваясь в поисках комнаты.

- Не особо, но прецеденты были. В любом случае, проблемы этой компании не имеют к нам никакого отношения,- произнёс герольд, и, увидев нужную дверь, пошёл к ней.- Нам туда.

Зайдя за Генрихом в комнату, девушка брезгливо поморщилась. По сравнению с её покоями в лесу это помещение было отвратительным. Один древний стол, шкаф, две старые кровати  и два такого же вида стула, вот и всё, что было в ней. Узкое окно было закрыто старой, подъеденной молью, занавеской.

- Конечно, не идеал, но это лучше чем ночевать в чистом поле,- философски сказал герольд, садясь на стул и снимая сапоги.

- Я бы предпочла лес,- презрительно сказала Эллейн, подходя к одной из кроватей и дотрагиваясь до одеяла.- Секунду...Почему тут вши?

- Не обращай на них внимания. Вши обычное явление в таких местах,- рассеяно ответил Генрих, разбирая свои вещи.- От этих насекомых трудно избавиться.

- Забавно, вы создали мощную армию, осваиваете новые способы убивать, а вывести вшей не можете. В Лесу такого не было...

- Ну, что я могу сказать? Полагаю, лучше терпеть вшей, чем быть завоёванным и погибнуть.

- И всё сводится к войнам,- вздохнула Эллейн, садясь на кровать.- Вы, люди, любите воевать.

Девушка рассудила, что её новой коже, способной выдержать холод ледяного демона, не страшны мерзкие насекомые. Хоть Эллейн и была принцессой, но она ещё и принадлежала к расе эльфов, и не было в природе ничего, что могло бы вызвать её отвращения. Даже паршивая человеческая кровать и мерзкие насекомые

- Наверно,- согласился Генрих, заканчивая разбирать вещи.- Впрочем остальные расы тоже часто сражается. Ты просто не видела. К слову о войне. Знаешь, то, что ты пережила бой с Зентребом, не даёт гарантии, что в следующий раз тебе так повезёт.

- На что ты намекаешь?

- Мне нужно знать твою тактику в бою с Зентребом. Тогда у меня будет больше шансов помочь тебе.

- Да что ты можешь?- удивилась Эллейн.- Если ты будешь сражаться бок о бок со мной, то мне придётся прикрывать тебя от атак Зентреба, и тогда он точно победит. Я могу быть быстрее, чем он, но какой толк в скорости, если мне придётся принимать на себя удары, адресованные тебе?

- Зентреб не подумает, что тебе есть дело до моей жизни,- заметил Генрих.- Я участвовал во многих сражениях и знаю, что любая мелочь может изменить ход сражения, один верный удар может принести победу, но чтобы нанести его я должен знать всё о способностях Зентреба... И твоих силах. Я понимаю, тебе не просто мне довериться, но ты должна. В одиночку нельзя сражаться с таким противником.

Целую минуту Эллейн молчала, а затем медленно склонила голову в знак согласия.

- Хорошо, Генрих. Завтра я расскажу тебе всё. Или, точнее, покажу. А пока... Ты сказал, что те двое влюблены и назвал это глупостью. Думаешь, любовь это глупость?

- Любовь это прекрасное чувство,- сказал Генрих, ложась на кровать и блаженно закрывая глаза.- И, не смотря на это, оно вынуждает людей делать глупости. Которые затем преследуют нас всю жизнь.

- Так ты думаешь, любовь это слабость?- с любопытством спросила проклятая принцесса.

- Я думаю, что любовь - штука неоднозначная. Это обоюдоострый меч, который может ранить обоих. Это яд, который может убить, и лекарство, способное исцелить. Она может спасти, придать нам сил или погубить. Это как тёплый ласковый огонь, который горит в тебе, когда ты видишь ту, кого любишь. И всё, что ты хочешь, чтобы она была счастлива. Вот моё понимание любви.

- Весьма необычное мнение,- признала девушка.- Похоже, ты уже испытал это чувство.

- Да,- помолчав немного, ответил Генрих,- Всё закончилось не очень хорошо.

- У неё был кто-то ещё?

- У неё были способности к магии, и её собирались отправить в башню магов,- мрачно ответил герольд, не открывая глаз.- А я пошёл в оруженосцы к Бульёнскому. Больше мы не виделись. А как ты понимаешь любовь?

- Не знаю, - задумчиво ответила Эллейн.- Сейчас я чувствую лишь ненависть.

- Какая она? - заинтересовался Генрих.- Что ты чувствуешь?

- Это что-то вроде горячего огня, жгущего тебя изнутри. Оно медленно разъедает нутро, и, в тоже время, даёт тебе сил идти вперёд. Немного похоже на твоё понимание любви.

- Ненависть сильное чувство, но злое, оставляющее шрамы внутри,- сказал Генрих.- Оно антипод любви, на мой взгляд. И заставляет нас творить ужасные вещи. Я слышал, что когда избавишься от неё, почувствуешь лишь пустоту. А пустота ещё хуже ненависти. Потому, что ты не чувствуешь ничего.

- Нет,- покачала головой Эллейн.- Ненависть хуже, пустота принесла бы мне покой. Надеюсь, так и будет, когда я убью Зентреба.

После недолгого молчания, Генрих сказал.

-  Давай спать, утро вечера мудрее.

- Хорошо, - грустно улыбнулась Эллейн в темноте.