Лед как пламя - Рааш Сара - Страница 35

— Кэридвен? — окликаю ее я.

Она резко отворачивается. Неужели знает этого человека? Или просто расстроилась из-за его смерти? Я снова приглядываюсь к нему и облегченно вздыхаю: это не тот раб, который ей помогал. Но… кто же он тогда?

— Что ж, это происшествие, без всякого сомнения, испортит всеобщее празднество.

Мои плечи напрягаются, и, обернувшись, я вижу Симона. Он стоит у тела мужчины, окруженный десятком придворных. Среди них нет ни одного охранника, и почти все, вцепившись в бокалы с вином, глядят на нас так, будто мы — очередное представление на празднике. Кэридвен шагает к Симону, и я хватаю ее за руку, сама не понимая зачем.

— Ты сделал это… — набрасывается она на брата, но вовремя спохватывается.

Ее взгляд падает на мою руку, и, высвободившись из моей хватки, принцесса поворачивается и идет назад.

— Королева Винтера, — направляется ко мне Симон. — Зачем ты приехала в Саммер, если не желаешь наслаждаться тем, что мы можем предложить? Неужели за этим? — Он переводит взгляд на мертвое тело, и его лицо становится проницательным. Опасным.

Его поведение — сплошное притворство. Может, Симон и пьян, но контролирует он свое королевство не меньше, чем Ноум — свое.

Мне становится тошно. Симон еще припомнит мне то, что я покинула его праздник, еще припомнит Винтеру оскорбление Саммера. И он не забудет, что нашел меня в своем винном погребе рядом с мертвецом.

— Конечно, нет, — выдавливаю я. — Мы спустились сюда, чтобы взглянуть на вашу обширную коллекцию вин.

Терон шевелится рядом со мной. Я только сейчас вспоминаю, что сжимаю в ладони цепочку, на которой висит ключ. Терон опускает взгляд и, увидев его, застывает. Я без слов понимаю, что он в этот миг ощущает, — все чувства написаны у него на лице: глаза широко раскрыты, на губах играет легкая улыбка. Он испытывает радостное удивление. Затем на его лице появляется обиженное выражение: ведь я не взяла его с собой на поиски ключа.

Симон чванливо подходит ко мне.

— Я бы сам с удовольствием показал вам погреб! — Его взгляд на секунду падает на мою руку, хотя он и не понимает, почему Терон таращится на нее с таким видом. — Мы с принцем Тероном вели преинтереснейшую беседу, когда вдруг обратили внимание на то, что ты нас покинула. О чем мы там говорили? Об объединении мира? Весьма амбициозная цель для королевства Сезонов.

Я искоса гляжу на Терона. Я думала, он со своим мирным договором подождет до поездки в саммерианские виноградники. Почему он рассказал о нем Симону сегодня?

Но Терон молчит, не сводя глаз с ключа в моей руке. Я пытаюсь незаметно спрятать ключ в руке. Бесполезно — металлические звенья лишь сильнее впиваются в ладонь.

— Кто-то должен… — Я указываю на труп, не зная, что сказать. Прикрыть его? Забрать и приготовить к погребению или сожжению? Как они тут, в Саммере, поступают с умершими? И будут ли они вообще что-то делать с ним, если это раб? От этих мыслей я чувствую сильное отвращение.

Реакция Симона на мои слова подтверждает самые худшие опасения. Он отмахивается от них, словно покойник — пятно грязи на пыльном полу.

— Так что ты там говорил, принц Терон? Нужно подписать какой-то договор?

Вопрос Симона наконец-то выводит Терона из ступора.

— Мы… — Он откашливается. — Мы поедем с договором в Яким и Вентралли. А потом в Пейзли и Спринг. Я… — Взглянув на труп, Терон поспешно отворачивается. — Я составил договор, изложив в нем все необходимые условия. Поддержка во время междоусобиц, созыв совета при угрозе войны…

Симон аплодисментами обрывает Терона. Он улыбается ослепительной улыбкой, которую мгновенно подхватывают его придворные. Им всем плевать на то, что тут убит человек? Симон поднимает бокал, будто собираясь сказать тост. Его накопитель излучает тусклое красное свечение, и я вспоминаю, что накопитель Ноума светится пурпуром.

Ярость вспыхивает во мне с новой силой. Симон использует свой накопитель, чтобы его придворные чувствовали восторженную радость. Это единственное, что они ощущают, несмотря на то что происходит вокруг.

— Цель и впрямь амбициозна, — посмеивается Симон. — Кто я такой, чтобы отклонять приглашение королевства Гармонии? Ведь оно обещает новые вечеринки. И ты, сестренка, конечно же, захочешь составить нам компанию в этом путешествии, учитывая то, что мы едем в Вентралли?

Меня охватывает паника. Мы не приглашали Симона… Но Терон ничего не говорит. Кэридвен оборачивается и бросает на брата убийственный взгляд. После чего ныряет во тьму винного погреба. Симон ухмыляется, словно именно такой реакции и добивался.

— Прекрасно! — восклицает он, растягивая губы в заговорщической улыбке. — Тебе понравится Яким, королева Мира. В этом королевстве делают самый лучший виски! Ну а пока… у нас и самих вино хлещет рекой!

Симон неспешно возвращается к своей свите и начинает подниматься по лестнице, вероятно, ожидая, что мы с Тероном последуем за ним. Как только саммерианцы покидают погреб, я поворачиваюсь к охранникам Терона — только им я еще могу отдавать хоть какие-то приказания.

— Вы позаботитесь о нем? — тихо спрашиваю я, указывая взглядом на тело.

Они согласно кивают. Им не все равно. Это немного примиряет меня с их королевством. В сравнении с Саммером Корделл я ненавижу чуть меньше. Солдаты посылают кого-то за помощью, а я отвожу Терона подальше от убитого.

— Ты позволишь им поехать с нами? — спрашиваю я так тихо, чтобы меня мог слышать только Терон. — Нам не нужно…

Он хватает меня за руку и поднимает ее выше.

Пальцы Терона крепко сжимают мое запястье. Ключ случайно коснулся моей руки. Как только это происходит, перед глазами вспыхивает видение.

Я снова в темнице. Ангра сидит на корточках перед принцем, комнату заполняют темные тени, источаемые посохом. Терон наклонился вперед и тяжело дышит, хватая ртом воздух. Он моргает, дезориентированный, пока его взгляд не останавливается на Ангре. У меня сжимается сердце, когда я вижу выражение его глаз. Ни страха. Ни твердости духа. Ни злости. Только страшная усталость.

— Он не… спас ее… — задыхаясь, хрипит Терон.

Его шея блестит от пота. Сколько Ангра мучил его?

И чем он его истязал?

Ангра протягивает руку и мгновение медлит, прежде чем коснуться щеки Терона. Отшатнувшись назад, я натыкаюсь плечами на каменную стену. Ангра медлил. Всего какую-то секунду, словно в чем-то сомневается. Ангра никогда ни в чем не сомневался и не осторожничал. НИКОГДА.

— Что происходит? — кричу я, хотя ни Ангра, ни Терон не обращают на меня ни малейшего внимания.

— Он мог ее спасти, — тихо отзывается Ангра. Его голос лишен привычной мне злобы и из-за этого кажется вялым. Точно цветок, обронивший свои лепестки. — Он обладал огромной силой. Он мог отослать ее в родное королевство, мог помочь ей исцелиться. Но он этого не сделал. И в этом мире существует много тех, кто не заслуживает силы. — Ангра наклоняется к Терону. — Но кто заслуживает силы, принц Терон? Кто?

Отступив назад, я поскальзываюсь на пыльном каменном полу погреба, дезориентированная не меньше Терона в моем… видении? Воспоминании? Не знаю. Не хочу знать…

Неправда. Я знаю. Это действительно происходило с ним. Эти видения — воспоминания Терона, подавленные или скрытые магией Ангры.

Получается, в ключе заключена та же магия, что и в барьере. Снег небесный! Терон забрал его. Он забрал ключ, пока я была поглощена видением. Я бросаюсь к нему. Терон рассматривает ключ, вертя его в пальцах и совершенно не замечая ничего вокруг.

Кожа его блестит от пота. В эту секунду он напоминает мне себя из видения: сломленного, напуганного, бессильного. Ну как я могу отобрать у него ключ? К тому же я не рискую прикоснуться к ключу, боясь снова увидеть, как Ангра мучил Терона. Принц не помнит этого. Он пытается оправиться от пережитого. Я вижу, как важен ему этот ключ. Важен настолько, что он вцепился в него и вздохнул так, словно с его плеч свалилась часть непосильного груза.