Лед как пламя - Рааш Сара - Страница 56

Развернувшись на каблуках, он идет в тронный зал. Мы следуем за ним медленно текущей рекой почетных гостей, цепляясь за неуютное молчание, словно только оно способно удержать нас на плаву.

Тронувшись было вместе со всеми, я вдруг замечаю, что Кэридвен медлит, уставившись в зал и учащенно дыша. Я останавливаюсь рядом с ней. Все проходят мимо, и даже Дендера дает нам возможность поговорить. Только Коналл с Гарриганом ждут меня у стены, и один человек отделяется от саммерианской группы, чтобы встать позади Кэридвен. Лекан.

Он встречается со мной взглядом, но его глаза прикрыты красной шелковой маской, и я не могу прочитать их выражение.

— Ты чуть ли не каждый день бросаешь вызов собственному брату, но боишься Вентралли? — спрашиваю я Кэридвен.

Будто очнувшись, она качает головой и переводит взгляд на меня. Так смотрел Генерал, отказываясь принимать мою помощь. Грудь обжигает знакомое чувство.

— Что с тобой? — спрашиваю я.

Кэридвен облизывает губы и заламывает руки.

— Это платье преподнес мне король Вентралли, — говорит она, словно не осознавая, что произносит эти слова вслух.

— Оно прекрасно.

— Я не должна была его надевать.

Кэридвен приподнимает юбку, зажав ткань в кулаке, и делает несколько быстрых шагов по коридору, но останавливается, когда мы с Леканом следуем за ней. Так мы и стоим: я — с вытянутой рукой, она — прижав ко лбу ладонь, Лекан — готовый бежать за ней.

— Кэридвен, скажи мне, что происходит, — снова обращаюсь я к ней.

Она оглядывается, обводит меня воспаленными глазами, фыркает и выпрямляет спину.

— Ничего, — резко отвечает она. — После окончания официальной церемонии следуй за мной. Я отведу тебя к тому, кто сможет помочь тебе с… — Она прикладывает ладонь к лифу платья. Видимо, там спрятан гобелен.

Я ошарашенно киваю.

— Хорошо, но…

Не дослушав меня, Кэридвен проходит мимо и ступает в тронный зал. Лекан спешит за ней, склонив передо мной голову и, кажется, пробормотав извинения.

Я удивленно приподнимаю брови. Коналл с Гарриганом тоже кажутся озадаченными. Гарриган, пожав плечами, одаряет меня обнадеживающей улыбкой. Улыбнувшись ему в ответ, я захожу в зал.

Стискивая пальцами ткань юбки, я настороженно ожидаю того, чего так боится Кэридвен. Два ряда колонн цвета терракоты стоят на зелено-белом кружеве мраморного пола. Небесно-голубые панели застилают потолок с золотым куполом по центру, который сияет, словно солнце. На стенах зелено-коричневой мозаикой выложены трава, кустарники и деревья.

Мы будто очутились в настоящем лесу. Я останавливаюсь рядом с Дендерой, стараясь сильно не глазеть на окружающее нас чудо.

Чем дольше я в него всматриваюсь, тем больше деталей подмечаю: лань за мозаичным деревом, вырезанные на куполе солнечные полусферы, короля и королеву Вентралли, сидящих на троне, сделанном из… зеркал?

Восьмиугольные зеркала размером с ладонь, соединяясь друг с другом, образуют престол, блестящий, словно бриллиант. Возле него собрались придворные — мужчины и женщины. Одна из дам стоит ближе к трону короля, чем остальные. Ярко-желтая маска не скрывает отражающегося на ее лице презрения. Поджав сморщенные губы, женщина наклоняется и шепчет что-то на ухо королю.

Мой восторг улетучивается, и кольнувшее беспокойство заставляет двинуться вперед. Тело гудит, как натянутая тетива, от желания побеседовать с Джессе и Раэлин, пока кому-нибудь не вздумалось выступить за благо Винтера.

Дендера хватает меня за руку: она решила сопровождать меня только ради того, чтобы помочь мне сохранить спокойствие. Судя по ее взгляду, она хочет, чтобы король и королева Вентралли заговорили первыми. Словно почувствовав это, королева поднимается. Пожилая придворная дама отстраняется от короля и выразительно смотрит на королеву, подавая ей непонятный мне сигнал.

Юбка Раэлин Донати, колыхнувшись, замирает. Черный корсет поддерживает сзади у пояса каскад черного шелка, разливающийся блестящей тьмой. Передняя часть юбки поражает буйством красок: множество слоев прозрачной ткани ярко-желтых и багряных оттенков. Маска сочетает в себе те же цвета, что и платье, и незаметно крепится к густым темным локонам. Орехового цвета глаза придирчиво останавливаются на каждом из нас. Такое ощущение, будто королева перебирает разную ткань, чтобы выбрать ту, что вызывает меньшую неприязнь.

Взгляд Раэлин замирает на Кэридвен. Маска не скрывает того, как легкая скука на ее лице сменяется раздражением. Губы королевы недовольно кривятся. Я осмеливаюсь посмотреть на принцессу. Она стоит, устремив взгляд в мраморный пол. Напряженная и окаменевшая, подобно одной из колонн. Раэлин делает шаг вперед и, оказавшись у края небольшого помоста, поворачивается ко мне.

— Королева Мира, — произносит она, сцепляя руки за спиной.

Боюсь, что королевская чета Вентралли тоже будет недовольна моим союзом с Корделлом. Жизель отказала мне в помощи… Как поступят вентраллианцы? Всей мощью встанут на защиту Корделла?

К моему удивлению Раэлин вдруг вздыхает.

— Я сожалею, что на долю вашего королевства выпали страдания, но рада слышать, что вы достигли мира.

Ее слова любезны, но сказаны тоном, каким, наверное, выносят смертный приговор.

Дендера тихонько пихает меня локтем.

— Эм, спасибо. — Я прочищаю горло. — Спасибо, королева Раэлин. Винтер признателен вам за… — Поддержку? Нет. Сочувствие? — Вашу доброжелательность.

Королева кивает, принимая мой ответ, и поворачивается к мужу.

— Милорд, наши гости проделали долгий путь, а мы не оказали им достойного приема. — Она кладет ладонь на руку Джессе. — Мы ведь сегодня устроим празднование в честь гостей?

Все взгляды устремляются на короля, взгляд которого обращен к Кэридвен. Его глаза широко раскрыты, шея напряжена, челюсти сжаты. У меня возникает ощущение, что мы подглядываем за двумя влюбленными и что нам следовало бы удалиться, оставив их наедине.

Подавившись застрявшим в горле воздухом, я изо всех сил стараюсь не закашляться в наступившей тишине. А ведь так и есть! На это намекал Симон, и это прекрасно известно Раэлин, собственнически касающейся руки Джессе и усмехающейся Кэридвен. Король Вентралли любит Кэридвен. И, судя по тому, как она смотрит на него… Кэридвен тоже любит его.

Это и есть ее секрет. Потому ей были так неприятны мои отношения с Тероном. Мы с ней в одинаковом положении. И ее отношения с Джессе так же запутаны, как и мои с Тероном.

Пожилая дама, наклонившись вперед, опускает ладонь на другую руку короля, будто помогая Раэлин удержать его на троне. Ее прикосновение приводит Джессе в чувство. Он вскакивает на ноги, сбросив руки двух женщин так грубо, что потрясение на их лицах не скрыть никакими масками.

Джессе обводит всех нас взглядом, словно только что увидел. Словно яркая, как пламя, принцесса Саммера затмила для него всех и вся.

— Конечно, миледи.

Его распущенные темные волосы и простая красная маска на пол-лица оттеняют наряд жены, но взгляд продолжает возвращаться к Кэридвен. Похоже, он даже не осознает, что Раэлин снова взяла его за руку, цепко обхватив изящными пальчиками.

Взгляд его светло-карих глаз вновь проходится по нам и останавливается на Тероне.

— Принц Терон, — произносит Джессе. — Разумеется. Мы… мы ждали вас. Да. Сегодня будет празднование. — Он поворачивается к жене и склоняет голову. — Да. Празднование, — повторяет он, разворачивается и ныряет в проход между двумя зеркальными тронами.

Пожилая дама, последовав за ним, что-то шепчет ему на ухо, и до меня доносится его резкий ответ:

— Не сейчас, мама.

Мама?

Я улавливаю отблеск серебра. Вентраллианская корона висит у бедра короля, подобно кинжалу. Тонкие серебряные зубцы украшает россыпь драгоценных камней: рубины, изумруды, бриллианты. От короны исходит слабое серебристое свечение — та же аура магии, что источают все предметы-накопители. Почему я не заметила ее раньше? И почему она прикреплена к поясу короля, а не венчает его голову?