Осколки Солнца (СИ) - Сотер Таис - Страница 64

— Тебе повезло, что он решил оставить тебя в живых. Его просили позаботиться, чтобы от тебя не было проблем. Видимо, пожалел, или подумал, что ещё пригодишься. А может, просто не хотел делать Ракоци своим кровным врагом.

И вправду. Зачем меня убивать, если само время позаботиться об этом?

— Я знаю, как бывает, когда остаешься в безвестности. Что бы вас ни связывало с Михаилом — любовь или вражда, оно продолжало удерживать тебя в прошлом, — тихо казала вампирша. — Но теперь тебе нужно двигаться дальше. Выйди замуж, роди детишек. Проведи счастливую человеческую жизнь. И никогда и никому больше не задавай вопросы о Михаиле Ракоци. Не привлекай внимание высших. Метка со временем сотрется, последствия неоконченного ритуала сойдут на нет, так что никто не будет обращать на тебя внимание. Мой сын и я тоже будем молчать о том, что ты здесь.

— Почему вы помогаете мне?

— Может, потому что я сочувствую Михаилу, и не хочу, чтобы проснувшись, он узнал, что ты умерла от рук его сородичей или была несчастна всю свою жизнь. Или потому, что помню, каково это — быть человеком, столкнувшимся с пугающим миром высших.

Глава 34. Рыжий. Честный. Влюбленный

Патрик, заметив мою бледность и рассеянность, снова предложил мне уйти. В этот раз причины отказывать не было. Стараясь даже не смотреть в сторону вампиров, я прошла мимо них, продолжая держаться за руку О`Ши как за спасательный круг.

Правду говорят — многие знания — многие печали. Потому что теперь я не могла не думать о судьбе Михаила, и злиться на него за неосторожность. И какой же змеёй оказался Луи! Наверное, мне никогда не понять, что им руководствовалось — использовал ли он своего друга ради своих целей, или считал, что таким своеобразным образом помогает ему.

Дорогу до дома я практически не запомнила. И лишь спустя какое-то время заметила, что мы стоим у меня под дверью, и Патрик спрашивает, есть ли у меня ключи.

— Да-да, сейчас найду.

Я начала рыться в сумке, то те, как назло, завалились куда-то за подкладку. Перерыв всё, я в сердцах бросила сумку на лестницу, и уселась, сгорбившись и закрыв лицо руками. Патрик промолчал. Я слышала его шаги, позвякивания и шорохи. Собрав все выпавшие вещи, он поставил сумку рядом со мной, и уселся плечом к плечу.

— Ключи твои отыскал. Ты из-за той крали расстроилась? Этот Бобби что, тебе нравился?

— С ума сошёл? — глухо сказала я. — Мы едва с ним знакомы.

— А что я должен был подумать, когда ты вернулась никакая? Что ты увидела туалетного монстра?

Я даже не улыбнулась глупой шутке.

— Или, может, ты расстроилась из-за моего предложения? Клэр, не пугай меня так. Давай поговорим.

«Несколько лет назад меня похитил вампир, удерживал у себя, спас от бывшего жениха, оказавшегося садистом, сделал своей женой, а затем влюбленный в него трансвестит подставил его и практически убил. А уехала я из Парижа потому, что привлекла внимание тайного общества масонов».

Отлично звучит, как по мне. Захочу, чтобы сочли сумасшедшей, это и расскажу.

— Не о чем разговаривать. Всё в порядке.

— Ну-ну. Хочешь, поделюсь своим секретом?

— Нет.

— А я поделюсь. Дело в том, что я могу влиять на других людей благотворно. Рядом со мной даже головная боль проходит. И всё почему? Потому что я немного чародей.

В этот раз он смог привлечь моё внимание. Я подняла голову, оглядела Патрика, и на всякий случай потыкала в него пальцем.

— А кажешься нормальным. И что умеешь делать?

— Да ничего особенного, — смутился Патрик.

— То есть ты фокусник?

— Нет, — раздосадовано сказал ирландец. — Но мне почти всегда везет — даже в мелочах, я понимаю, когда мне врут, обладаю отменной интуицией, а еще… Только не смейся! Я вижу странные вещи. Замечаю всякую чертовщину.

— Например?

— Твой заказчик. Он мне сразу не понравился. Исходит от него что-то такое… чуждое. Как и от женщины, что сегодня была с ним. От таких людей стоит держаться подальше. И при нашей первой встрече мне показалось, что я увидел какое-то свечение вокруг тебя. Я решил, что это знак. Что ты станешь особенной для меня. И не ошибся.

Свечение… Метка? Вот это было удивительно. Если Патрик мог почувствовать вампиров, видел мою метку, то значит, у него в самом деле был какой-то дар.

— И откуда ты такой волшебный, Патрик О`Ши? — настороженно спросила.

— В нашей семье есть легенда. Однажды моя пра-прабабушка ушла гулять на холмы, и заблудилась. А вернулась через двенадцать лет, ни капли не изменившись, зато с ребенком на руках. Понятное дело, что относились к ней плохо, а ребенка считали нагулянным, только вот рос её сын весьма необычным — красивым таким, что глаз не отвести, с серебряным голосом и умением разговаривать с дикими животными. Вот прадед-то и стал первым О`Ши — то есть принадлежавшим Дини Ши — волшебному народу из-под холмов.

— То есть твой пра-прадед был эльфом? Маленьким таким, с крылышками?

Мне легче было поверить в существование оборотней, чем эльфов, но Патрик выглядел абсолютно серьезным. Да я и впрямь замечала, что ему порой бессовестно везет — так, как простому человеку не может.

— Ши — не эльфы, — строго сказал Патрик. — Но суть ты уловила. Правда, у меня этого волшебства в крови совсем чутка. А вот у моей двоюродной бабки — сестре деда, вот у неё истинный дар. Она и гадать умеет, и вещие сны видит, и я более чем уверен, что однажды видел её болтающей с лепреконом. Когда-нибудь я вас познакомлю. Ты ей понравишься.

Я продолжала изумленно таращиться на ирландца, а затем расхохоталась. Вот уж чего мне в жизни не хватало — так это дальнего потомка эльфов с волшебной родней! Наверное, это была истерика. Потому что остановиться никак не получалось. До тех пор пока Патрик не зажал мне рот ладонью. Я собиралась было возмутиться, как на первом этаже открылось окно, и раздался скрипучий голос соседки:

— Это кто там? Мисс Легран, это вы?! Предупреждаю, если мне будут мешать спать, я позову полицию!

Не дождавшись ответа, она закрыла ставни, и Патрик тут же убрал свою руку.

— Прости, — прошептала я. — Не хотела тебя обидеть. Я тебе верю.

— Я ведь и хотел тебя немного отвлечь. Получилось ведь?

Я благодарно улыбнулась.

— Ты самый настоящий волшебник. Патрик, если…

Договорить не успела. Ирландец склонился и завладел моими губами. Поцелуй с привкусом вина застал меня врасплох, но прервать его не хотелось. Губы у него были теплыми и немного шершавыми, а движения осторожными, будто он боялся испугать меня. Но я поддалась вперед, давая разрешение, и натиск стал сильнее. Между приоткрытых губ скользнул чужой язык, изучая мой рот, и во мне начало зарождаться желание. Я с трудом прервала поцелуй, восстанавливая дыхание.

— Патрик. Может, поднимешься ко мне? — голосмой был хриплым и низким.

— Ты уверена?

— Нет. Но я не хочу, чтобы ты уходил.

— Хорошо. Я зайду, минут на пять. Убедиться, что ты в порядке.

Мы оба знали, чем всё закончится. Стоило нам подняться на второй этаж, стараясь не скрипеть половицами, как мы снова тут же приникли друг к другу. Теперь я и не возражала против нетерпеливых рук, исследующих моё тело, раздевающих, гладящих. Мы упали на старый диван, заменяющий мне кровать, и Патрик приподнялся надо мной. Глаза его блестели, а с лица не сходил какой-то удивленно-детский восторг.

— У тебя последний шанс, — предупредил он.

— К черту всё, — сказала я, притягивая ирландца к себе.

Думать о последствиях не хотелось, как и о причинах. В конце концов — я слишком долго была правильной и послушной. И заслужила немного человеческого тепла. Мужчины, который бы меня любил. И был бы рядом. Всё было не так, как когда-то у меня с Михаилом. Тело Патрика было горячим, его кожа — солёной от пота, моего и его. В его прикосновениях чувствовался недостаток опыта — где-то он был слишком осторожен, а где-то напротив, груб. Впрочем, всё это с лихвой окупал энтузиазм ирландца и желание доставить удовольствие не только себе, но и мне. И хоть первый наш раз получился немного неловким, после, уже лежа на смятых простынях, я чувствовала необычное умиротворение. Положив голову на грудь, я слушала успокаивающееся биение его сердца, и наслаждалась приятной слабостью в теле. Напряжение ушло, а в голове наконец перестали тесниться пугающие меня мысли и образы.