Вигил (СИ) - Кошкина Катерина - Страница 57

Первым тревожным признаком стала легкая грусть от утренней тишины в доме, никто не ворчал и не отговаривал оставить тренировки с Фрамом. Отринуть тоску и печаль, заменив их злостью и усталостью, помогли двухчасовые измывательства легионера, во время которых Марию хорошенько вываляли в пыли и поколотили. Свербящее желание начистить морду учителю никак не проходило и заставляло девушку вставать снова и снова. С удовлетворением она констатировала, что насмешка и ирония в глазах Фрама постепенно сменяются уважением, а уворачиваясь он уже не язвит, а сосредоточенно наблюдает за ней. Значит, наука идет впрок. Второй звоночек прозвенел вечером, когда она машинально окликнула Клавдия и сообщила, что первая пойдет в душ. Сидя в одиночестве на пустой кухне Мария потягивала травяной чай и отгоняла от себя невеселые мысли. Получалось плохо. С каждым глотком становилось все очевиднее, что она скучает по Клавдию. Сильно скучает. Вот ведь гадство! Росций не первый её любовник, с Теганом они были вместе два года и к нему она ничего подобного не испытывала.

Причины лежали на поверхности. Жизнь под одной крышей и долгие часы совместных занятий сделали свое дело. Профессиональные споры, сотни исписанных словами дикарских диалектов страниц, за которыми остались её попытки выговорить сложные звуки и их смех, когда она в очередной раз вместо «вождь» произносила «задница». «У лепаев точно какие-то счеты к своим предводителям, раз слова так похожи!», — сказала она в сердцах и вызвала тогда у Клавдия новый приступ хохота. Отпив глоток она вспомнила как он бережно и тщательно смазывал каждый синяк и кровоподтек на её теле, а несколько раз расщедрился на массаж, закончившийся предсказуемо в постели. Дерьмо! Мария с силой поставила чашку на стол и чуть не расплескала содержимое.

На следующий день в поселение заехали отдохнуть от патрулей две контубернии легионеров. Пересеклась она с ними в таверне, куда забежала пообедать перед проверкой якорей. Чтобы занять освободившееся после отъезда Клавдия время, она делала это ежедневно. Руководство легиона не отличалось разнообразием идей и к ним приезжали практически одни и те же солдаты, которых Мария за год жизни тут запомнила по лицам. Поначалу пришлось объяснять особо ретивым, что она не коллега Эллы, а также не горит желанием завести любовника среди легионеров, патрулирующих границы. С парочкой особо настырных дело дошло и до рукоприкладства, зато теперь они реагировали на неё спокойно и объясняли новичкам, что к этой бешеной эфириа лучше не подходить.

Дольше семи дней Росций задержаться не мог, на этот счет существовали недвусмысленные запреты в эдиктах Jus Aether, касающихся деятельности вигилов. Ненавистный десятый титул, который Марии пришлось учить почти дословно, чтобы профессор Абесиас допустил до финального испытания. К исходу шестого дня она поймала себя на совершенно несвойственном себе волнении. Для полного счастья ей не хватало еще воспылать нежными чувствами к несносному вигилу! Ради избавления от эмоций вытащила похмельного Фрама на тренировку утром седьмого дня. Среди приезжих оказалось несколько его товарищей и они бурно провели ночь с парой бутылок крепкого самогона.

— Квинтиус, ты больная на всю голову! Кто тут кого должен мучать? Я тебя или ты меня?! — сокрушался он привалившись спиной к турнику и потягивая вино.

— Наслаждайся моей местью, — выдавила она, влезая на деревянную горку.

— Что-то ты припозднилась. Пятый месяц уже с тобой вожусь, — вздохнул он и сделал глоток.

— Месть — это блюдо, которое лучше подавать холодным, — изрекла Мария и подошла к турнику сделать первый подход.

— Лихо! — легионер хмыкнул и потом задумчиво посмотрел на подтягивающуюся девушку. — И где ты только берешь все эти присказки?

Она продолжила подтягиваться, посчитав его вопрос риторическим. От спарринга пришлось отказаться по инициативе Фрама, он прямо и нецензурно послал её куда подальше, заявив, что сегодня готов руководить, но не участвовать в истязаниях. Уставшая и вспотевшая Мария вернулась в дом и увидела Клавдия, который только что вышел из душа. Улыбка сама собой выползла на лицо и тут же померкла, когда она столкнулась с холодным взглядом вигила.

— Здравствуй. Ты давно приехал? — выдавила она, поняв, что Росций не торопится здороваться.

— Нет, только что. Снова с Фрамом тренировалась? — он оглядел её мокрую рубаху и пыльные штаны.

— Да.

— Я к префекту, увидимся в таверне, — и Клавдий пошел к себе одеваться.

Слегка удивленная таким странным отношением Мария тщательно смыла с себя последствия тренировки и спустя двадцать минут дисциплинированно стояла около стола, где Росций уже поглощал свой завтрак, а девушку ждала её любимая каша. Отметив, что вигил начал есть не дождавшись её, она не удержалась и начала расспросы, пытаясь выяснить природу плохого настроения мужчины.

— Как съездил? Почему так долго? — первоначально он говорил о четырех днях отлучки.

— Так получилось по не зависящим от меня причинам. Съездил нормально, — сухо ответил он и снова принялся за омлет.

— По тебе не скажешь, что нормально. Что-то произошло у дикарей?

— Нет, я же сказал, все в порядке, — раздраженно ответил он. — Просто устал.

— Хорошо, — она отступила, но планировала продолжить этот разговор.

Однако ни в этот день, ни в следующий у Марии так и не получилось что-либо выяснить. Росций стал её избегать, утром вставал поздно и завтракал, когда она уже уезжала на патрулирование, а после этого отправлялся проверять якоря. Брать с собой девушку отказывался, отговариваясь тем, что ей нужен отдых после тренировок. Понятно, никакого секса у них не было. Он даже не поцеловал её ни разу. Нет, наличие у него любовницы среди дикарок она предполагала и даже понимала вождей, для которых вливание свежей крови в племя было делом необходимым. Не понимала она Клавдия, который по непонятной причине сторонился её и все разговоры сводил к обсуждению посторонних тем. Вот и сейчас они сидели в таверне и молча если каждый свой обед.

— Квинтиус, — это тоже было нововведение, он перестал звать её по имени, — завтра будет ровно год как ты приехала в Колонию. Я уже давно отправил Силию запрос на вручение тебе знака. Он хранится у Авла и с завтрашнего дня ты станешь полноценным вигилом.

— Понятно, — радости от этого известия Мария не ощущала. — Что-то известно о моем назначении?

— Нет. Спроси у Пекориса, — буркнул Росций и сосредоточился на супе в своей тарелке.

Каждый из вигилов после окончания университета был обязан проработать год под присмотром наставника. После этого большинство из них оставались в тех же местах или их устраивала куда-то родня, остальные следовали назначениям от корпуса вигилов. Так будет и в случае с Марией, которая обязана отработать еще четыре года имперского контракта. Если бы не запутанная ситуация с Клавдием, завтрашнее вручение значка стало бы для неё волнительным мероприятием. Каждый знак был именным и его мог носить только тот вигил, которому был вручен. Попробуй кто использовать его незаконно и тут же был бы ошпарен эфиром. Завтра такой же знак появится и у неё, чтобы остаться на всю жизнь.

Префект был практически так же собран и торжественен, как и при награждении её фалерой. На столе у него лежала небольшая деревянная коробочка. Соответствуя моменту Мария надела свою самую чистую рубаху и даже прихватила подаренную Росцием куртку. Сам вигил стоял рядом с непроницаемым лицом.

— Властью, данной мне, — начал Пекорис, — будучи префектом Колонии на Озере, от имени Империи, её народа и Императора, вручаю тебе эфириа Марии Квинтиус знак вигила. Semper vigilo!

С последними словами он закрепил знак у неё на груди, вытащил из кармана браслет и приложил его к серебряному кругу с буквой V в середине. Эфир отозвался колебанием на прикосновение и металл слегка засветился.

— Все, теперь ты по всем правилам вигил! — Авл широко улыбнулся и обнял замешкавшуюся девушку. — Поздравляю!

— Спасибо, — она польщенно улыбнулась.