Помраченный город (СИ) - К Наталья - Страница 61

Поэтому он не стал ничего говорить Кси. И не ошибся: она тут же вцепилась в него, словно от крепости хватки зависела ее жизнь, и прижалась щекой к холодному доспеху. Понемногу всхлипы утихли, а лицо Ксилоты разгладилось.

К тому времени лодка уже уходила под воду. Глядя на догорающие островки пламени, Дармер еще раз подумал об обещании, данном Шеду, и с каждой секундой решимость крепла в его душе.

«Я не обещаю, Шедар», - сказал он про себя.

В этот момент пучина поглотила последние остатки лодки. Погасли последние огоньки. Волны лениво перекатывались по поверхности озера, и ничто уже не говорило, что под ними в глубине нашел последнее пристанище самый храбрый маг, которого встречал в своей жизни Дармер.

«Я клянусь».

Глава 16. Пауза заканчивается

- Хорошие новости! - с этими словами в гостиную одиннадцатой команды ворвался Трим.

В общей комнате находились только Дармер с Кси - Сальвадора и Мартес ушли ужинать. Салли звала их с собой, но у Дармера аппетит отсутствовал напрочь. О Ксилоте и говорить не приходилось: после похорон на нее накатил ступор. Она сидела в кресле, почти не шевелясь и уткнувшись неживым взглядом в стену. Девушка даже не дернулась, когда Трим с грохотом распахнул входную дверь.

Дармер проявил больше интереса.

- Что за новости? - спросил он, про себя думая, что бы это могло быть, и почему Трим так обрадовался. Первой мыслью было, что «друида» сняли с должности руководителя их команды. Тогда его восторг понятен.

- Господин Триостражник вернулся! Живой! - на мгновение Дармер пожалел, что его предположение не сбылось, но эта мысль потонула в потоке гораздо более радостных чувств.

- Арктур? Вернулся? - не веря, переспросил он. В глубине души Дармер уже похоронил учителя, потеряв надежду увидеть его живым. Поэтому новость оказалась не только хорошей, но и свалилась как снег на голову. - Где он?

- В госпитале, - ответил Трим и предложил: - Если хочешь, я проведу тебя к нему.

- Конечно! - с решимостью откликнулся Дармер. Такого душевного подъема у него не было давно. Дармер вскочил с дивана и уже собрался бежать, но тут вдруг вспомнил о позабытой всеми Кси. Она не изменила своего положения и не выказывала никакого интереса к происходящему. Но на всякий случай Дармер спросил у нее: - Ты пойдешь с нами?

Та пару мгновений молчала, а затем коротко ответила, не меняясь в лице:

- Нет. Иди.

Больше Дармера ничто не удерживало, и он понесся по лестнице вниз, перепрыгивая через ступеньки, так быстро, что Трим не поспевал за ним. Из-за недавних трагических событий юноша успел запомнить дорогу к госпиталю, и даже не задумался, когда, оказавшись в подземелье, свернул в один из коридоров, ведущих в четвертую башню. Но у дверей госпиталя ему пришлось сбавить обороты, поскольку одного, без «друида», его не пускали.

Трим подоспел через минуту, запыхавшийся и явно недовольный подопечным, который заставил его побегать. Но он ничего не сказал Дармеру, лишь зыркнул на него, а затем подошел к стоящему у закрытых створок рослому «друиду», который следил, чтобы никто посторонний не проник на их территорию. Трим о чем-то с ним тихо переговорил, после чего «друид» без проблем пропустил их внутрь госпиталя. Должно быть, охранник у входа сказал, в какой палате находится Арктур, потому как Трим, не останавливаясь и не спрашивая ни у кого дорогу, уверенно петлял по запутанному лабиринту коридоров с множеством дверей, все как один освещенные тусклым белым светом. В какой-то момент они свернули в неприметный закуток, и Дармеру показалось, что он узнает железные двери палат в этом коридоре. Когда «друид» остановился у одной из них, Дармер был уже точно уверен, кто находится за этой дверью.

- Так ведь это же..., - начал он, но не успел закончить.

Как и в прошлый раз, створка поддалась с большим трудом. Трим жестом пригласил ученика пройти внутрь. Дармер не ошибся - это и в самом деле оказалась палата Адель. Но с прошлого раза обстановка в ней сильно переменилась.

Девушка больше не лежала, уставившись в потолок, а сидела, облокотившись на подушку, прислоненную к спинке кровати. А рядом на стуле сидел... Арктур. Его вид оставлял желать лучшего. Прежде роскошная мантия сильно обгорела, покрылась копотью и грязью до такой степени, что о ее истинном цвете - бордовом - можно было лишь гадать. Под стать одежде выглядел сам Арктур: руки и лицо покрыты ссадинами и разводами грязи. Время, прошедшее со дня их последней встречи, вряд ли оставило ему о себе хорошие воспоминания. Дармер не припоминал, видел ли он учителя когда-нибудь таким усталым и изнуренным.

Арктур, говоривший что-то Адель, прервался, когда открылась дверь, и повернулся к посетителям. Дармер обратил внимание, что взгляд Адель больше не пустой и безжизненный. Хотя девушка по-прежнему была лишь тенью себя прежней, но в ее глазах появилось осмысленное выражение. Она с большим вниманием слушала, о чем говорил ей Арктур.

- Дармер, - раздался в тишине голос учителя. Арктур встал со стула, подошел и, неожиданно для Дармера, стиснул его в объятиях. - Я очень рад, что ты жив.

- Это я рад, - ответил тот, ощущая неловкость, но не делал попыток вырваться. - Я уже не думал, что увижу вас в живых.

Арктур отпустил его и отошел на шаг назад.

- Мало кто в это верил, даже господин Глава, - грустно улыбнулся учитель. - Он мне все рассказал. Прими мои соболезнования.

Дармеру не требовалось переспрашивать, чтобы понять, о чем речь. Он коротко кивнул, не сочтя нужным что-либо говорить. Напоминание о смерти Шеда отдалось внутри затаенной горечью, но уже не вызывало того надрывного чувства боли, какое преследовало его после смерти родителей. Дармер не мог сказать, с чем это связано: то ли теперь потеря близкого воспринималась легче, чем в первый раз, то ли из-за клятвы, данной другу. Быть может, осознание важности возложенной на него задачи помогало преодолевать боль. Даже в мыслях Дармер не допускал, что не справится, а значит, подведет Шеда.

- Когда мне сказали, что произошло, я подумал, Адель более всех прочих нуждается в моем участии. Я не ошибся? Ты же не сердишься на меня за то, что я не навестил тебя самым первым? - спросил Арктур, внимательно следя за реакцией ученика.

- Разумеется, вы все правильно сделали, - поспешил ответить Дармер, догадываясь, о чем тот думает. - Я в порядке, правда, - прибавил он, поскольку Арктур не отводил его него пристального взгляда. - А что случилось с вами? Где вы были все это время? - переменил он тему разговора.

Лицо Арктура неожиданно разгладилось, и он усмехнулся.

- Интересно, сколько раз мне еще придется пересказывать эту историю? - риторически вопросил он. - Ну, да ладно. Присаживайся, Дармер. Адель ведь, наверняка, тоже интересно послушать. История эта и в самом деле занимательна.

Адель, все это время с отрешенным видом слушавшая разговор учителя и ученика, кивнула и подвинулась, давая Дармеру место сесть, потому как стул в палате был только один. Когда все расселись, Арктур заговорил. Свой рассказ он начал с того места, когда остался с Киарой в подземелье после отступления одиннадцатой команды...

Поначалу все шло более, чем удачно: ограниченное пространство стесняло Торменту в движениях, не оставляя места для маневра, тогда как для самого Арктура такое поле боя было не помехой, а преимуществом. Как и Дармер, он догадался использовать призывы, которые охватывали собой весь тоннель, не давая Киаре возможностей уклоняться. Ему эта тактика удалась куда успешнее - ведь призывы Арктура гораздо мощнее, а значит, Киаре было значительно труднее их отражать. Если бы события и дальше так развивались, Арктур мог и одолеть Киару. Но он не учел одного: битва велась на территории противника. К сожалению, Глава Замка Огня вспомнил об этом слишком поздно.

Киара, похоже, предполагала, что ей, возможно, придется покидать Глабер в спешке, и на этот случай у нее имелся способ быстро уничтожить подземелье, чтобы Варнорт не понял, какого рода эксперименты она проводила. Тоннель оказался заминирован. Выждав момент, когда у нее будет фора в несколько секунд, Киара воспользовалась карманным телепортом. А в следующую секунду на каменных стенах подземелья вспыхнули руны и символы. Арктуру хватило беглого взгляда, чтобы понять: если он сейчас же не покинет подземелье, то умрет.