Реалии чужого мира (СИ) - Качесова Екатерина Сергеевна "keitlin" - Страница 27

Выйдя из ванны, я застала брата крепко спящим. Колр хмурился во сне, недовольно сжав губы. Я подошла, аккуратно натянула на него одеяло, подоткнув со всех сторон. Отворачиваясь, краем глаза заметила непонятный отблеск. Резко повернулась обратно, но все было нормально. Постояв, решила перевести зрение и ахнула. Брат сегодня выкачал почти весь резерв, что не добавляло сил, да еще вокруг головы аура мерцала серо-фиолетовыми всполохами, сигнализируя о головной боли. Вот редиска! И молчал же, ни слова не сказал. Мужчины они везде мужчины, молчат до последнего. Не глядя, подтащила к себе стул, села и принялась за работу. Кисть, как родная и неотъемлемая часть меня, скользнула в руку. Сейчас, приноровившись, я чувствовала потоки нейтральной энергии, окутывающей меня, скользящей сквозь предметы, пронизывая их невидимыми нитями. Легкой недрогнувшей рукой, я окунула кисть в это море и потянула тонкий ручеек, тонким канальцем соединяя с аурой брата. Убрав кисть, я несколько мгновений наблюдала за энергией, устремляющейся к брату, и удовлетворенно кивнула. К утру резерв восстановится, и головная боль пройдет, уже проходит, вытесняемая не нейтральной энергией.

Вернув привычное зрение, направилась к себе и уставшая, но довольная улеглась спать. Брат так и не проснулся.

Утро меня встретило солнечно, приветливый лучик проскользнул в комнату и замер на лице, уговаривая проснуться. Я неохотно разлепила веки, брат еще спал, раскинув руки. Хорошенько зевнув, села, пригладив всклокоченную шевелюру. Проказливо улыбнулась и бросила на живот брата свою подушку. Колр вскочил мгновенно, откинув подушку одной рукой и озираясь по сторонам, держа в правой руке сырую магию. Упс….

— Колр. — Позвала его. Но он сам уже проснулся и убрал магию. Я виновато улыбнулась. — Прости, не подумала, что ты так вскочишь.

— Ничего. — Он потер лицо. — Сам виноват, снился поход, где на нас напала нежить, вот и среагировал на резкое движение. — Он оглянулся, ища причину побудки. На полу сиротливо лежала моя подушка. — Дара? — Посмотрел он на меня.

— Да? — Я улыбнулась. — Это я кинула тебе на живот подушку, в надежде, что ты проснешься. И вот еще что. — Я грозно нахмурилась, а брат приподнял бровь, плюхнувшись обратно на кровать. — Ты почему не сказал мне вчера, что резерв почти пуст и голова болит, а?

— А ты откуда знаешь? Да и прошло уже все.

— Потому что я лечила, вот и прошло. — Мне достался удивленный взгляд. — Правда лечила. И вообще, я тебе сестра, так что ты можешь смело обращаться ко мне, если что-то будет болеть или резерв будет пуст. — Колр прикрыл глаза и всматривался в свою ауру. — А куда ты дел половину резерва?

— Нашел. — Он ткнул перед собой пальцем. — Вот здесь я вижу небольшой канальчик, по которому проникает энергия. — Спасибо, Дар. — Поблагодарил. — Можешь убрать, резерв под завязку, голова не болит. — Мой вопрос он оставил без ответа, а я настаивать не стала, захочет, сам расскажет.

Перешла на другое зрение и быстро подчистила следы, так сказать. За полчаса собравшись, мы отправились вниз, насыщаться. Позавтракав и отблагодарив за приют, мы отправились за покупками, оставив записку и пару монет носильщику, чтобы доставили вещи в наш дом.

Я с уверенностью шла в новый день, зная, что не одинока в этом мире, что началась светлая полоса в жизни, даря покой. А все остальное придет само.

Глава 15

Закупив все необходимое, мы отправились обживать дом. В руки брата спланировал бумажный голубь. Колр тут же развернул голубя, являя исписанный лист бумаги. Уважаемый Аларик пожелал встретиться на нашей территории, сетуя, что ближайшие дни он очень занят, но третьего дня, клятвенно заверив, обещал заглянуть, посмотреть на будущую ученицу. То, что я буду его ученицей, он не сомневался, беспрекословно веря словам Колра о том, что я являюсь носителем редкого дара.

Нам ничего не оставалось делать, как согласиться. В заботах и обустройстве дома пролетели дни. Это время мы обустраивали дом, расставляя мебель, избавляясь от пыли, делая мелкий ремонт. Каждый вечер Колр опутывал защитными заклинаниями дом и прилежащие территории, выкладываясь полностью. Я лечила его, наполняя энергией, готовила любимые блюда, с легкостью находя замену отсутствующим ингредиентам. Брат хвалил и просил добавки.

Третьего дня, как обещал, в полдень к нам постучался в ворота уважаемый Аларик. Колр отправился встречать. Я, пригладив волосы и расправив складки на сарафане, отправилась встречать гостя на пороге. Колр впустив на территорию гостя, поздоровался, пожав руку. Аларик был пожилым мужчиной, носящим длинную бороду, какую носили волшебники в фильмах, только его борода была заплетена в косу, на пример гномов, в которой были вплетены тесемки нескольких видов, похожих на амулеты.

Он с интересом осматривался, сохраняя молчание. Поднялся на крыльцо и вперил в меня внимательный взгляд карих глаз.

— Аларик, познакомьтесь, моя сестра Дара. Дара, это Аларик, уважаемый лекарь.

— Добро пожаловать. — Я улыбнулась приветливо. — Рада знакомству.

— Какая вежливая молодая леди. — Улыбнулся мне мужчина. — И я рад знакомству.

— Тогда прошу вас, проходите, отобедайте с нами. — Пригласил брат, пропуская нас вперед.

— С удовольствием отобедаю, я только приехал, и горячему обеду буду несказанно рад.

Мы отобедали в приятной компании. Аларик был бодрым старичком с неуемным любопытством и жаждой жизни. Но за всем этим любопытством проглядывали годы опыта. Отобедав, Аларик предложил показать на что я способна.

— Дара, давай-ка проверим тебя. — Тоном не терпящим возражения, заявил он. — Мне очень любопытно. Пациентом побудет твой брат, с его разрешения, конечно.

— Я не возражаю. — Колр хмыкнул и встал передо мной, сидящей на диване. Аларик присоединился ко мне.

— Скажите, голубушка, что вы видите в ауре брата?

Я послушно перевела зрение и стала всматриваться. За это время энергия, которую я влила в брата, усвоилась, если можно так сказать.

— Аура чистая. — Начала я. — Без разрывов, абсолютно здоровая, как и сам Колр. Цвет здоровый, розоватый, с проблесками нежно-фиолетового и оранжевого, что говорит о его любопытстве и радости. Вроде все. — Отчиталась я, продолжая разглядывать. — Хотя нет. Если я правильно понимаю. — Я чуть помолчала, обдумывая. — Вот здесь, вокруг головы, аура чуть хаотична и еле заметны сероватые линии. Голова начинает болеть? — Я вернула зрение и посмотрела на брата. Он кивнул головой.

— Есть немного, я бы сказал, что голову немного сжимает периодически и отпускает. так всегда, когда начинает голова болеть.

— Это восхитительно! — Воскликнул молчавший до этого Аларик. — У вас несомненный талант! Единственное, что я могу добавить это то, что Колру недавно оказывали лекарскую помощь, влив в него энергию. Вы, Дара, тоже научитесь это видеть со временем. — Мужчина был удивлен и восхищен тем, что я умею. Я старалась не загордиться собой, но черт! Приятно слышать комплименты и восхищения. Я сидела и улыбалась, не возражая и не противясь желанию Аларика потрясти мою ладонь. — Девочка, я буду безмерно горд, что вы обратились ко мне и станете моей ученицей. Нас с вами, лекарей душ, так мало, что иметь такую сильную ученицу для меня большое счастье.

— И я рада, что вам подхожу. — Я была польщена и не собиралась скрывать этого. — Прошу вас взять меня в ученицы и научить всему, что вы умеете.

— Обязательно! — Радостно ответил он, улыбаясь широкой улыбкой. — Ближайший год мы с вами будем видеться часто, желательно каждый день. Я научу вас всему, что знаю сам!

Колр присел в кресло и с легкой улыбкой смотрел на наши расшаркивания с будущим учителем. С полуприкрытыми глазами и вытянутыми ногами, он создавал уютную атмосферу. Рядом с ним я не боялась никого и ничего. Я благодарно ему улыбнулась и вернулась в разговор.

— А мы с вами будем заключать клятву ученицы и Наставника? — Спросила я.

— Можно прямо сейчас и заключим. — Аларик по-отечески погладил меня по руке. — Я первый буду. — Он стал серьезным и собранным. — Я, Аларик Ранс, лекарь аур, беру в ученицы Дару Ротмар и обязуюсь научить ее всему, что знаю сам, в течение трех лет. На время обучения беру ответственность за ученицу. Клянусь! — Он замолчал и посмотрел на меня, ожидая моей клятвы.