Заложница мага (СИ) - Елисеева Александра - Страница 10

Из-за сильного ливня, смазывающего лесной пейзаж в зеленовато-коричневое пятно, видимость была практически нулевая. Я чихнула и нахохлилась от холода. Насквозь мокрое платье мало защищало от непогоды.

Князь остановился и поставил меня на землю. Я привалилась спиной к стволу, пытаясь ровно стоять на месте, но боль в ноге не утихала. Отдышавшись, Грасаль обошел меня по кругу, всматриваясь в деревья. Сердце кольнуло неприятное предчувствие. Даже тучи как будто сильнее сгустились на небосклоне, погружая все в полумрак.

— Мы заблудились? — обреченно поинтересовалась я, уже готовая ко всему. Никогда бы не подумала, что двое людей могут заплутать в двух соснах, но факты говорили об обратном.

— Я никогда не забываю дорогу.

— Тогда что мы здесь делаем?

Грасаль нахмурился и промолчал. Что-то в его облике неуловимо поменялось, но я не понимала, что именно. Зачерпнув ком сырой земли, он поднес ее к носу и, как зверь, принюхался. Я покрылась гусиной кожей и обняла себя руками, понимая, что мурашки не имеют никакого отношения к холоду. Я испугалась, сама не ведая чего.

— Князь? — тихо позвала.

Он обернулся, и, не сдержавшись, я закричала. Глаза Грасаля отчетливо светились в полумраке. Темный зрачок вытянулся, рассекая изумрудную радужку тонкой чертой. Щеки впали, делая скулы такими острыми, что кажется — проведешь рукой и обрежешься. Наружу выступили клыки. Я ощутила себя запертой в кошмарном сне, когда отчаянно хочешь, но не можешь проснуться.

— Беги! — прорычал он.

Я попятилась, практически забыв о боли в поврежденной лодыжке. Он повел носом, втягивая воздух. Мне стало страшно от осознания непредсказуемости происходящего. Я не понимала, что случилось и в кого превратился царский советник. «Чудовище…» — пронеслась в голове неосознанная мысль.

— Дамиан? — пискнула я, от испуга замерев на месте, и с трудом разобрала в его рычании, мало походящем на человеческую речь, все то же слово:

— Б-бе-ги!

Он немного присел, явно готовясь сделать прыжок. Я судорожно вдохнула, не способная подобрать слов. В горле пересохло, и я не могла ничего из себя выдавить. Все нутро замерло, дрожа в каком-то первобытном страхе. Глаза Грасаля горели, будто две зажженных спички. Его рассудок помутился, вытеснив расчетливого князя и вселив в душу незнакомое существо.

Сердце билось, готовое выпрыгнуть из груди. Шум дождя слился в какой-то глубинный звук, похожий на утробное рычание, исходящее из земли. В ушах так звенело, словно вокруг меня не переставая били посуду.

— Д-дамиан…

Он все-таки прыгнул. В последний момент я отпрянула и, хромая, рванула в сторону, забыв о жгучей, проникающей до костей боли, но Грасаль легко схватил меня и повалил на землю. Его зубы еще сильнее удлинились, и теперь рот полностью напоминал звериную пасть. Я вжалась в землю и безуспешно попыталась скинуть с себя то, во что превратился князь, но ноша оказалась слишком неподъемной. В своей жизни я едва ли поднимала что-то тяжелее кадки с водой, а советник явно держал себя в форме. Мышцы Грасаля перекатывались под намокшей рубахой, а руки грубо вцепились в меня, не позволяя выскользнуть из крепкой хватки. Дождевые капли с его дикого лица стекали на мое, искаженное ужасом.

В зеленых глазах не виднелось ничего человеческого. В них стояли лишь безумная ярость и агрессия. Злясь на собственное бессилие, я обмякла и с жаром взмолилась, надеясь достучаться до его души:

— Дамиан, взгляни на меня! Это все не ты! Дамиан!..

Князь смотрел будто сквозь мое лицо, выглядя как одержимый. Он явно не осознавал, где он и что с ним происходит. То ли от его рук, то ли от страха меня ощутимо трясло. Я вжалась в землю, уворачиваясь от острых клыков.

Когда я уже потеряла надежду что-либо изменить, поймала его озверевший взгляд и выдохнула:

— Дамиан!

В затуманенных глазах что-то промелькнуло — всего лишь маленький огонек сознания, но хватило и его, чтобы поджечь угли тьмы и вытолкнуть страшную тварь из души. Князь уже осмысленнее уставился на меня, и к нему медленно начал возвращаться прежний облик. Звериные черты исчезли, уступая место привычным и настоящим. Он замотал головой, словно сбрасывая остатки наваждения, цепляющиеся паутиной за мысли.

Я вытерла глаза, мокрые от слез. Дождь закончился, и о нем напоминали лишь последние капли, стекающие с деревьев, и смягчившийся от впитанной влаги олений мох. Сев на землю, я бессильно посмотрела на советника, понимая, что, если безумное состояние к нему снова вернется, больше не смогу сдвинуться с места.

Грасаль прерывисто дышал, шумно выдыхая воздух. На его скулах алели красные пятна, а глаза лихорадочно блестели, как у больного, очнувшегося из забытья.

— С вами… — сердце екнуло, когда князь поднял на меня взгляд. — С вами все в порядке?

— Да, — хрипло произнес он.

— Хорошо.

Грасаль протер лицо и отряхнулся, будто пытаясь взбодриться.

— Больше?..

— Нет.

Князь отвечал хотя и односложно, но явно осознанно. Несмотря на это, я боялась лишний раз шевелиться, чтобы не напоминать о произошедшем. Оглядевшись вокруг, поняла, где мы оказались. На пути виднелась необычная сосна, точно сплетенная из трех стволов-близнецов. До трактира рукой подать!

— Мы не вернемся, — прочистив горло, сказал Грасаль.

— Что? — ошарашенно переспросила я, не веря, что он настроен так решительно.

— Мы не вернемся. Ты различаешь чьи-нибудь мысли?

Задумавшись на мгновение, я помотала головой. Действительно странно — люди должны быть рядом, но никого не слышно — стояла абсолютная тишина…

— Скорее всего, все мертвы.

Я ощутила, как кровь отливает от лица. Заледенев от осознания, что мы едва не погибли, выдавила из себя онемевшими губами:

— Что произошло?

— На нас напали, Айрин. Не обнаружив тебя в трактире, противники поняли, что мы в лесу.

— Он? — тихо спросила я, уже догадываясь, кто за всем стоит. Только одному человеку мое существование достаточно насолило, чтобы пойти на такой шаг. Грасаль кивнул:

— Вероятно. Убрать тебя решили моими руками. В лесу перекрывал дорогу зеркальный экран, который мы не заметили из-за плохой видимости и из-за которого застряли на одном месте, а меня околдовал сильный маг, как только я ощутил неладное.

Я смерила князя недоверчивым взглядом, всем телом чувствуя недосказанность в его словах. Неужели кто-то может найти управу на самого лорда Семи Скал? Мне с трудом верилось, что всего единственное заклинание способно подкосить обычно предусмотрительного советника. Лицо Грасаля ничего не выражало, но кому, как не ему, уметь хорошо врать?

Зубы стучали от переживаний и холода. К счастью, солнце постепенно начало выходить из-за туч, но воздух после дождя нагревался будто бы нехотя. Я вспомнила об экипаже. Теперь уже сомневалась, могло ли повредиться злополучное колесо совершенно случайно.

Дамиан Грасаль осторожно поднялся и оценивающе взглянул на меня.

— Как нога? Нам нужно уходить отсюда как можно скорее.

— Без изменений.

— Едва ли я теперь донесу тебя до лекаря.

Я чуть было не всплеснула руками, пресекая эту возможность на корню. Не горела желанием повторять предыдущий опыт после общения с темной стороной князя. Грасаль приблизился ко мне, заставляя меня напрячь всю силу воли, чтобы не увеличить расстояние между нами и убежать.

Ощутив мое предубеждение, он издал нервный смешок:

— Не кусаюсь.

Я даже не улыбнулась.

— Вы хорошо все помните?

— Нет, урывками… — нахмурился Грасаль. — Но мы целы. Это главное.

Если не вспоминать о людях, отданных на растерзание судьбе как пушечное мясо, то я могла бы согласиться с князем. В отличие от меня он явно привык думать о смерти с холодным сердцем.

Грасаль наклонился и бесцеремонно приподнял подол моего платья, оголяя ноги. Я не сопротивлялась, оставшись без сил. Когда рука князя прикоснулась к щиколотке, невольно зашипела от боли. Его движения стали чуть осторожнее, но я все равно почувствовала напряжение, ставшее комом в горле. Осматривая поврежденную лодыжку, он поделился планами: