Запах Вселенной (СИ) - Мраги Лина - Страница 66

Невидимая и неслышимая она прорвалась сквозь ватные облака и зависла над белокаменным городом на высоте птичьего полёта. Длинное, вытянутое голубой лентой озеро с точками и чёрточками лодок и галер, выглядело с высоты как удивлённо приподнятая бровь над причудливым глазом. Сфера немножко покачалась из стороны в сторону, внутренняя искристость чуть усилилась, и медленно спланировала к поверхности.

Какое-то время практически прозрачный объект летал среди домов, проникая в комнаты сквозь открытые окна, зависал над их обитателями, словно подслушивая разговоры ― наблюдал... Невидимый шпион почтил своим вниманием не только улицы, рынки, торговые лавки и таверны, но и сараи, мастерские, кузницы. Ещё он недолго повисел над озером, где небольшая группа чешуйчатых, рептилоидных существ гоняла косяк крупных рыб, а после направился в сторону красивейшего дворца с золочёными остроконечными крышами.

Невидимый гость завис у распахнутых ворот длинной конюшни. Ряды широких стойл не были пусты. Упитанные животные что-то мерно пережёвывали, а некоторые, перевесив головы с пушистыми чёлками вокруг конических рогов, нежно покусывали за бока и шеи занятых едой собратьев. Среди чёрных, рыжих и коричневых окрасов было много статных серых красавцев с заметными пятнами на крупе. Чуть сверкнув, шар подался в сторону хозяйственного крыла.

В огромной кухне вовсю кипела работа. Мужчины и женщины носились между столами: резали, мыли, варили, жарили и вся эта бурная деятельность сопровождалась непринуждёнными разговорами, хохотом и лёгкими шлепками по мягким местам кучке детворы, шныряющей у всех под ногами.

Покинув это кипящее энергией помещение, шар двинулся дальше, в глубину здания. Какое-то время он летал по извилистым коридорам, вместе с входящими и выходящими попадая в комнаты, кабинеты и залы. На закате, когда красно-оранжевые лучи превратили белый дворец в ярко-розовый, а коридоры с колоннами и арочными проходами приобрели пурпурный оттенок, он выскочил наружу и, промчавшись над широкой террасой, через распахнутые створчатые двери влетел в большую уютную комнату.

Сидящая за столом очень красивая белокурая женщина с причудливыми золотыми узорами на щеке и шее, что-то писала. Шар завис под потолком прямо над её головой, а искры внутри него коротко вспыхнули мягким сиреневым светом. Но женщина не смотрела вверх, сосредоточенная на своей работе. Покусывая кончик тонкой палочки, она вздохнула и задумчиво уставилась на заходящие светила, что собирались вскорости утонуть в озере. Лёгкая улыбка играла на её губах, а в сапфировых глазах отражались блики заката.

Из-за полупрозрачной занавеси от пола до потолка в дальнем углу раздалось какое-то похныкивание и женщина порывисто вскочила. До самой темноты шар так и не двинулся с места. Он словно наблюдал, как она возится с ребёнком: переодевает, разговаривает, смеётся, целуя в розовые пяточки. Зеленоглазая малышка радостно улыбалась матери, хватая пухлыми ручонками статную красавицу то за роскошные волосы, то вцепляясь в яркую вышивку длинного, свободного платья.

Когда темнота накрыла город, а женщина уже полулежала на широкой кушетке среди кустистых растений, расставленных в кадках на террасе, и кормила дочь грудью, дверь в покои плавно отворилась и тёмный, гибкий силуэт крупного зверя показался в проёме, а за ним шагнул высокий мужчина. Пока вошедший стягивал сапоги и снимал рубашку, зверь, крадучись, приблизился к женщине и очень аккуратно, плавно, положил лохматую голову с большими круглыми ушами на её бедро. Она улыбнулась и ласково потрепала пышную гриву:

― Нагулялся, мой хороший? Нагулялся, вижу... Ну, отдыхай теперь, отдыхай...

Пока она гладила любимца, мужчина зажёг в комнате несколько настенных светильников и прошлёпал босиком по мраморному полу, нагретому за жаркий день до приятной теплоты. Он наклонился, нежно целуя женщину в основание шеи, светлые волосы, золотую щёку:

― Спит уже... Давай сюда нашу сопящую красотку...

Малышка оторвалась от груди, громко причмокнув, но не проснулась. Мужчина унёс ребёнка за занавеску, несколько раз прикоснулся губами к чистому лобику и уложил в красивую кроватку-качалку. Прицокивая когтями, зверь проследовал за ним и улёгся у изогнутых дугами ножек детского ложа. Мужчина погладил зверя по голове, тихо сказал «охраняй, Бу», и вернулся на террасу.

И как только он прилёг рядом с женщиной, шар отделился от потолка и прошмыгнул туда, где сладким сном спала малышка. Зверь поднял голову и напряжённо уставился в пустоту.

― Здравствуй, дружок, ―сказал внутри волка тихий голос. ―Давно не виделись...

Тот принюхался и еле слышно рыкнул.

― Я тоже рад встрече, ―ответил прозрачный шар и завис над ребёнком. Тонкий, как паутинка, сиреневый лучик вытянулся из сферы и коснулся лба девочки, задержался на несколько секунд, втянулся обратно, а волк снова услышал знакомый голос: ―Идеальна, впрочем, как и старшие... Жаль, что близнецами так вышло, но вероятность была слишком высока...

Шар подлетел к голове зверя, и лучик коснулся мокрого, холодного носа:

― Я знаю, Бумер, ты не понимаешь смысла нашего разговора, но ведь ты всё чувствуешь...

Зверь попытался коснуться сферы, но красный язык лизнул пустоту. Шар вылетел на террасу и завис над обнимающейся парой. Ночь уже вовсю разожгла в небе сверкающие лампочки звёзд и разбросала близкие и далёкие туманности тончайшими цветными платками.

― Устал? ―женщина прильнула к обнажённому торсу мужчины, поглаживая по мускулистой груди и ниже по животу.

― Хорошо, что сам поехал. Помнишь, весной замор скота был? А в той деревне несколько колодцев, давно пересохших. Так местные додумались часть павших коз и коров там схоронить да и забыли потом, а вода вернулась. Почти все источники в округе потравили, столько народу полегло. Благо, набрались смелости сообщить, иначе жертв было бы гораздо больше. Я как понял в чём причина...

― Надеюсь, ты не очень лютовал?!

Мужчина усмехнулся, целуя её в висок:

― Думал, старосту и местных лекарей придушу собственными руками! Вот на днях вернётся Карелл из Гейзы пусть сам с виноватыми разбирается, он любит во всё вникать, а дополнительные проверки по сёлам и хуторам я уже отправил.

Женщина вздохнула:

― Скорей бы все приехали, так пусто...

― Э, нет! Не надейся! Рекс любимых внуков быстро не отпустит, он же так долго этого ждал!

― Как они там?!―она даже всхлипнула.

― Любимая... Ты же знаешь, что всё хорошо. С детьми Макс, он для них всё, как и они для него.

― Скучаю... ―и она спрятала лицо на его груди.

А шар висел над террасой невидимый и неощутимый. Он ещё долго наблюдал и слушал, будто не мог никак оторваться, пока их общение с обсуждения обычных дел и семейных забот плавно не перетекло в другую фазу, подсматривать за которой со стороны не очень-то и прилично. Повисев ещё немного под сладостные стоны и страстный шёпот, он чуть надулся, будто вздохнул, и покинул территорию дворца, зависнув над серединой озера:

«Ты всё делаешь правильно. И ты счастлива. По-настоящему счастлива. Я знаю это, вижу, чувствую... И от этого так странно хорошо... Но ты должна пройти свой путь. Пройти до самого конца. В полной мере познав и жизнь... и смерть... Ощутить их неповторимый вкус... Что для люксара планетарные годы? Так... секунды... Врата Вселенной уже распахнуты... Она ждёт тебя...»

Шар ещё немного покружил над озером и ярким сиреневым лучом взметнулся в небо.