Повасарис. Черные лисы (СИ) - Гладышева Кристина - Страница 62

- Правильно понимаете, - не менее задумчиво произнес один из масок. Теперь было понятно, что они оба мужчины. А то в этих балахонах не разберешь.

- Выходит, все же – диверсия? – Подхватил мысль я.

- Однозначно, - добавил Аргадэш. – Думаю, нам пора возвращаться, тут и так все ясно. А разбор руин не входит в наши полномочия.

Мы лишь согласно кивнули.

Да, не зря Валдис хочет видеть подле себя только старшего из племянников. Сообразительностью мы сильно уступаем Кайрену. Сам же Валдис наследников не хочет, говорит, что троих детей сестры вполне государству хватит. И его можно было понять. Ведьмаки часто влюбляются лишь раз в жизни. И у него такой «раз» произошел, только вот наша мама взаимностью ему не ответила даже после смерти папы. А у человеческих ведьм и ведьмаков есть странная особенность: если они женятся и рожают детей не от любимых, то и дети дара не получают. Рождаются обычными людьми, без грамма магии. А зачем такие наследники Анозии? Правильно, незачем. Что примечательно: на чистокровных ведьм это не распространяется, хотя, поговаривают, что они тоже зачастую бывают однолюбами.

Вон, в Корадисе – городке, чуть меньше Сайдена, пролегающем севернее второй столицы (так нередко называли сам Сайден) самая крупная Ведическая школа нашего государства и туда с каждым годом поступает все меньше адептов. Что наводит на определенные мысли.

Глава 2.

В мире нет ничего разрушительнее,

невыносимее, как бездействие и ожидание.

Александр Иванович Герцен.

Далия Слинстоун

С начала каникул прошло уже пять дней из положенных десяти, и этот момент меня несказанно радовал. Домочадцы все каникулы вели себя как-то подозрительно. Талин же и вовсе погряз в работе и не навещал меня даже по выходным. Поэтому, приближение учебного семестра было тем лучиком солнца, за который я хваталась из последних сил, дабы не свихнуться.

На восьмой день Адолинда покинула поместье из-за каких-то рабочих моментов и прихватила с собой Цесси и Юлиану, которые давно не были в столице и уже чуть ли не одичали от постоянного нахождения в отдалении от цивилизации.

В доме же кроме меня и помощников остались только матушка и дедушка, который, судя по разговорам, тоже в ближайшие дни планировал покинуть родовое гнездо.

В предпоследний день каникул, когда я, напевая въедливую песенку, кружилась по комнате, собирая в сумку вещи, которые планировала носить в институте, ко мне постучалась горничная.

- Далия, тебя матушка просит подняться к ней в кабинет. - Саяна тянула каждое слово, с какой-то затаенной тревогой. Меня это сразу же насторожило. Обычно веселая и вертлявая горничная и беспокоится?

- Что-то случилось? – Я вмиг стала серьезной, от былого хорошего настроения не осталось и следа.

Природа, как будто почувствовав изменение моего настроя, начала на глазах портиться. Минуту назад светило яркое солнце, а через пару мгновений небо заволокло чернильными тучами, и дождь полил как из ведра. Я непроизвольно поежилась. В комнате, будто резко закончился теплый воздух, сменившись колючим горным ветром.

- Миссис Эстела хотела с тобой поговорить лично, мне запрещено что-либо говорить. Извини. – Голос у Саяны был подавленным, из-за чего я не стала продолжать расспросы, а рванула на третий этаж.

Только остановившись напротив дубовой мощеной двери кабинета бабушки, я немного помялась, но быстро набралась решимости и зашла.

Кабинет встретил меня полумраком и нагретым от жаркого дня воздухом, не колеблясь, я подошла к окну и раскрыла его настежь, впуская свежесть, принесенную кратковременным ливнем. В комнате сразу стало легче дышать.

- Дочь, ты что так долго? – Тон у мамы был слегка нервозный, но причина была не во мне. Она такая вернулась из Сайдена.

- Уже иду, матушка.

Зайдя в смежную кабинету комнату, резко зажмурилась, после чего слегка приоткрыла глаза, давая им привыкнуть к яркому свету магической лампы. Мама всегда предпочитала такое освещение, утверждая, что оно позволяет ей работать дольше. Так как такая яркость отлично подходит для глаз кицунэ. Но либо я не кицунэ, либо мама единственный экземпляр, кому комфортно при таком освещении.

Дав глазам привыкнуть и открыв их полностью, сразу приметила неестественную бледность лица родительницы. Она и так никогда не была смуглолицей, но сейчас цвет ее кожи был особенно нездоровым. Глаза слегка приоткрыты, как будто веки резко потяжелели, а под глазами чернота.

- Тебе нездоровится? – Меня сильно озадачило состояние матушки. Кицунэ редко болеют, но здесь ошибки быть не могло. Хворь налицо.

- Да… видимо, в Сайдене поймала какую-то заразу. Я потому тебя и позвала. Хочу, чтобы ты задержалась в поместье. Ты ведь не откажешь мне в этой маленькой услуге? – Голос у нее был ломанным и слегка хрипел.

- Конечно, как я могу оставить тебя здесь одну в таком виде! Но, нужно связаться с деканом. Предупредить, что задержусь.

- По этому поводу не переживай. Я давно уже оповестила Селли. Он разрешил тебе остаться на три дня.

- Может тебе чего-нибудь принести с кухни? Миссис Анджи делает изумительные лечебные настойки. Ты же знаешь. – Новость о том, что я задержусь в поместье, меня не порадовала. Но иначе никак. Я не оставлю маму одну. Совесть не позволит.

- Нет, милая. Мне пока не настолько плохо. - Мама скривилась, как от зубной боли.

Да, я как-то забыла, что она не переносит горечи трав в настойках. В чай и тот кладет по четыре ложки сахара. Распрощавшись с родительницей и пообещав, что зайду позже, поспешила из кабинета.

На пороги оглянувшись, посмотрела на маму, которая задумчиво, немигающим взглядом смотрела в окно. На ее лбу появились бороздки из морщин. Что же тебя так беспокоит, мама?

На следующий день я проснулась от мощного раската грома. Пробуждение было поистине в армейском стиле: подали сигнал, подскочил с кровати и начал быстро натягивать вещи. Стоп.

Какую бездну я творю? Призвав на ладонь часы, чуть ли не завыла от негодования. Пять часов утра, а сна, после такой побудки ни в одном глазу.

Делать нечего, нужно себя чем-то занять. Все равно ведь не засну.

Подойдя к окну, резким движением задернула шторы. Вот если бы вчера не забыла их зашторить, сейчас возможно спала б ангельским сном. Взяв в руки книгу с незамысловатым названием «Виды ритуалов. Их классификации и назначение», улеглась на кровать, предварительно подложив под голову две подушки, и принялась читать.

Не знаю, чем меня так привлекла данная книга, но заглянув вчера в малую библиотеку и обнаружив ее на столе, не смогла устоять. Хотя, такого предмета в моей программе не будет не в этом году, не в ближайшие три. Нет у меня предрасположенности ни к проклятьям, ни к проведению ритуалов. По крайней мере, так считает Зиор, а я ни его, ни хранителя ИСМ переубеждать не собираюсь.

Не знаю, сколько времени провела за чтением, но резкий стук в окно сразу привлек мое внимание и я, на автомате спрыгнув с нагретого места, пошла к окну.

Там меня ждал вестник с письмом в клюве. Присмотревшись, обнаружила родовой вензель Доранов. А птица на меня так укоризненно глянула, что мне стало стыдно. И правда, она там мокнет, а я стою как истукан.

Открыв окно и впустив вымокшего вестника, протянула руку к стеллажу с книгами. Так, где-то тут у меня была заначка птичьего корма на такой случай.

Завидев сытный завтрак, птица разом меня простила и уже смотрела влюбленными глазами, гляди, так и сердечки пускать начнет.

Накормив страдалицу, высыпав ей чуть больше положенного, жалко мне ее стало, мокла как-никак часа три, я разорвала конверт и принялась читать.

С каждой строчкой мое настроение стремительно набирало обороты и на последней я уже чуть ли не верещала от счастья. Чейз, узнав о самочувствии мамы и о том, что я задержусь в поместье, решил нас навестить. А судя по тексту, он прибудет не с пустыми руками. Заинтриговал.