Повасарис. Черные лисы (СИ) - Гладышева Кристина - Страница 81

Со дня моего возвращения в Анозию минуло уже две недели. На занятиях я не появлялась, помогая разбирать завалы дворца. Ну, это по общедоступной информации. На деле же, моя миссия была куда сложнее. Морально.

Большую часть времени я проводила в тюремных камерах под дворцом. Туда был доставлен мой отец.

Когда до меня дошло известие о том, что ногицунэ повержен, сердце на пару мгновений забыло, как биться, судорожно сжимаясь, так, что дышать было больно. Кем бы он ни был, все же это мой отец. Единственный кровный родственник, который у меня есть.

Познакомившись с ним поближе, поняла, что он хороший человек. И нет, это не самообман глупой девочки. Все действительно было так.

Он рассказывал мне о своей семье. Моих погибших родных. На момент тех событий моему отцу еще даже не стукнуло двадцати пяти лет.

В тот ужасный день он возвращался со службы. Вообще, он артефактор, и мастера от нее освобождались, но он все равно решил служить.

День был солнечным, настроение молодого ногицунэ таким же. Но… как только он ступил из портала, ведущего в долину, понял, – что-то произошло. До поместья еще было около километра пешком и ему пришлось изрядно постараться успеть вовремя.

А там… первый этаж родового гнезда был залит кровью. Ногицунэ всегда селились большой семьей, предпочитая уединение. В поместье Хедорнил проживало более двадцати лисов. Из них восемь женщин и четверо маленьких детей. Ребятишек спасти не удалось, они погибли сразу. А вот остальные в последние минуты своей жизни добровольно передали дрожащему толи от ненависти к убийцам, толи от безысходности, лису. Половина его семьи умерла фактически у него на руках. А Малик поклялся, что отомстит королевской семье за то зло, что она причинила.

Слушая отца, я с огромным усилием сдерживала всхлип. А когда придвинулась к черному лису и прижала на свой страх и риск его голову к своему плечу и погладила, поняла, что мужчина «позорные» слезы не сдержал. А следом за ним и я.

Папу не собирались приговаривать к казни. Но за жестокое убийство Сали он должен был провести семьдесят лет в заключении. По истечению которых перед ним вырисовывалась обязанность - продолжить род. Да-да. Вы не ослышались. Таковым было желание и приказ короля. Он прилюдно очистил имя Вир Санов, рассказав подданным истинную историю, от которой все пришли в ужас. А так как на плечах королевской семьи лежала обязанность возродить давно погибший род, то он заключил сделку с моим отцом.

На суде было доказано, что ногицунэ лишил жизни лишь одного человека, что серьезно облегчило не только его совесть, но и приговор. Посла гриансткого казнили в тот же день, как прошел штурм дворца, принцесса была освобождена. Но возвращаться в Гриансту она не пожелала.

Зивали женился. У всех нас был шок. А когда мы узнали, что его невестой стала принцесса, вообще потеряли дар речи. Эти двое так привязались друг к другу за время плена, что решили незамедлительно жениться. Но осуждать их никто не спешил, а правитель соседнего государства вообще был рад до безумия. Такого зятя себе урвал.

А еще папа рассказал мне о маме... Он очень любил ее, даже от мести хотел отказаться. Они были счастливы неведением, вернее, она. Отец скрывал свою принадлежность к ногицунэ все десять лет отношений. Она же в свою очередь не открывала имя рода.

И вот, в их жизни случилось маленькое чудо: мама забеременела. Тогда-то отец и раскрыл свою расу, полагая, что она примет его таким, какой он есть. Но он ошибся. Родительница пришла в ужас и той же ночью бежала из поместья. Он не знал ни имени рода, ни откуда она. Единственное, что было ему известно - имя. Каролина - так зовут мою мать. Но, увы, этой информации было крайне мало. К тому же, мама отличный маг, так что, запутала следы она безупречно, ни разу не оплошав.

Отец пришел в бешенство от предательства любимой женщины. Он долгие годы искал ее везде, на свой страх и риск появляясь даже в Анозии. Тщетно. Она как будто в воду канула.

Надежда появилась откуда и не ждали. Пятнадцать лет назад, в тот день, когда на границе Морийской империи и Анозии открылся межмирной портал, произошло колоссальное колебание магического фона, и защита мамы дала сбой. Он смог обнаружить нить, ведущую ко мне. Но и тут у него возникли проблемы.

Сначала он не мог понять, отчего ему не удается уловить мое точное местоположение. Потом-то стало ясно, что из-за моей связи с Эстелой, которая все время пребывала в разъездах, у него и не получалось сосредоточиться. И ритуал призыва сбоил. А когда мама отправилась с миссией в Сайден и надолго там осела, ему удалось найти такую желанную точку на карте.

Когда я задала отцу вопрос, который мучил меня все это время, он ответил:

- Я не мог найти артефакт во дворце, ни с помощью короля, ни самостоятельно, - тихо отозвался черный лис, виновата глядя в мою сторону своими черными, но абсолютно не пугающими глазами. - Да и, если честно, не искал. Когда ты пребывала в нашем родовом поместье, я понял, что как бы сильно не желал мести, но не могу... Просто не могу принести в жертву собственную дочь, отдав ее тело другому, пусть и родному человеку. На меня снизошло осознание того, что я превращаюсь как раз таки в того подонка, коим меня и мой народ выставляли все это время.

- Позже, уже во дворце, пытался придумать другой план мести. Не используя воскрешения родственников. Тогда-то, Валдис и предложил мне взаимовыгодную сделку. Честно, я был в шоке. Мне - лису, который устроил такие проблемы для короля, предложили сделку!

- С послом грианстким судьба свела меня около шести лет назад. Все это время я скрывался именно в Гриансте. Этот гнилой человечишка с диким удовольствием исполнял все, что я ему говорил. Но в одночасье он переступил грань: нападение на центры - его рук дела, вернее, его воинов. За ним не пошел ни один маг, только обычные люди. Когда я выставил ему претензию по этому поводу, он лишь пожал плечами.

Я слушала отца, не перебивая. Ему было необходимо выговориться, мне его услышать.

- Моим планом было истребление всех членов королевского рода, но никак не обычных жителей. Кто я такой, чтобы вершить судьбы неповинного люда? Разве не стал бы я тем, кем меня пытались выставить? Но судьба распорядилась иначе. И я очень рад, что не потерял себя и приобрел дочь...

Эпилог.

Перемены — это неизменность в

меняющихся обстоятельствах.

Семюэл Батлер.

Пять лет спустя.

Когда все дела во дворце и лекарских центрах были закончены, наступила верия. На улице пахло свежестью, а аромат распускающихся цветов и свежих листьев дурманил голову. Тогда-то я и встретилась, наконец-то, со всеми своими родными. Уже, будучи в родовом поместье, Талин и Чейз рассказали мне о разговоре с Томасом Зивали.

Придворный маг поведал им о сыскном бюро. Кажется, так это называлось. И друзья-лисы загорелись идеей создать свой сыск.

Что же, они добились своего и сегодня, спустя пять лет, мы вместе открываем наше бюро. Первое и единственное во всем государстве.

Я уже давно отучилась и все-таки исполнила свою мечту, – стала артефактором и штатным зельеваром нашей частной конторы.

Над названием бюро мы долго ломали голову, но потом, плюнув, решили не заморачиваться и назвали его просто: «У Слинстоунов и Доран». И мы не мучились, и народу все сразу понятно.

К слову, с Чейзом мы прошли обряд бракосочетания на следующий день после моего двадцать первого дня рождения. И как я не упиралась, что хочу сначала окончить ИСМ, муж ни в какую не соглашался. На том и порешили.

Талин тоже долго не ходил вокруг да около. И через два года, после нашей свадьбы женился на Зилине. Они уже даже успели обзавестись славным малым. Ох уж племянничек попил мне крови своим неугомонным нравом. Второй отец.