Дружина сестрицы Алёнушки (СИ) - Кузьмина Ольга Владимировна - Страница 54

«Это же надо, как серьезно он следит, чтобы ни один камень не упал в воду! - удивилась про себя Алена. - Я бы на месте Кощея захватила замок с суши, а потом просто аккуратно, по камушку, разобрала его... Зачем он атакует с моря?»

Тем временем из тучи нетопырей вылетел вперед и завис перед стенами замка сам Кощей. Перезарядив машины, доблестные защитники выстрелили по нему. Но Кощей закрутился бешеным вихрем, и все снаряды полетели обратно, а вихрь стал набирать силу. Вот он коснулся белых крепостных стен. Несколько ворон, зацепленных его холодными струями, испуганно забив крыльями, канули в ледяном круговороте. Остальные прянули в стороны - прочь от обреченного замка. Вихрь становился все больше и больше. Вот он уже накрыл стены. Крепчая постепенно, поволок к себе людей, оружие, те метательные машины, что полегче.

Замок охватила паника. Черноморовы воины в ужасе побежали. Через пять минут штормового неистовства покрывшиеся инеем и сосульками зубчатые стены окончательно опустели. Никто не показывался даже в башенных бойницах. Кощей, взмыв черным крылатым ящером над обледеневшими стенами, некоторое время с удовольствием наблюдал вереницу черноморовых слуг, в ужасе бегущих по узкой тропинке в Неаполь. Потом он отлетел от замка и закружил над морем. Страшный клекот ящера разнесся над серыми бурунами бьющихся о берег волн. Ветер, и так по штормовому крепкий, еще сильнее завыл в зубцах замка.

Кощей, шесть огромных кожистокрылых нетопырей и полсотни других, помельче, снизились, и зависли над самой водой. А ледяной шквал, напирающий на замок, все усиливался. Еще раз оглядев округу, Кощей-ящер издал резкий вопль, и сотни мелких летучих мышей потащили на замок нагруженную тысячами свертков сетку. Когда сетка коснулась стены у самого основания, Кощей вновь принял форму ледяного смерча. Молния ударила по сложенным штабелями сверткам, по нетопырям, замку... И берег содрогнулся от оглушительного взрыва. Каменные зубцы и башни, крыши и галереи с грохотом взлетели на воздух. А холодный смерч, налетевший на них со стороны моря, подхватил и бросил разлетающиеся во все стороны каменные глыбы, относя их на берег. Несколько некрупных камушков, выпавших из поля зрения Кощея, подхватили над самой водой его слуги - нетопыри.

«Вот это ловко! - Алена поймала себя на желании зааплодировать Кощею. - Направленный взрыв, да еще и смерч, относящий осколки в сторону... Неужели у него действительно получилось не уронить на владения Морского ни одного камня?»

Лебедь от восторга захлопала в ладоши. А потом взмахнула рукой.

- Полагаю, тут смотреть больше не на что. А мне бы хотелось теперь увидеть лицо Черномора. Интересно, что он чувствует в этот знаменательный час?

Черномор, наблюдающий в медном подносе как превращается в груду щебня его белый замок, чувствовал себя отвратительно. Последняя надежда покинула его, когда карлик увидел, как нетопыри умело подхватили те несколько камешков, что все-таки падали в море. Глубоко вздохнув, он сел на уходящие в воду каменные ступени. Откуда-то сверху слышались гулкие удары и скрежет. Падали наземь обломки башен и стен, поднятые взрывом в воздух. Недобро заскрипело за спиной. Черномор оглянулся: своды ведущего наверх коридора рассекла широкая трещина. Потом еще одна. На мраморные ступени посыпались с потолка крупные каменные обломки, моментально завалившие дорогу наверх. Черномор закашлялся и щелкнул пальцами.

- Ах ты, пропасть, не получается! - и он неуклюже замахал руками, разгоняя известковую пыль.

Один из камней, отколовшихся от обрушенного свода, покатился по ступенькам вниз, к самой воде. Во взгляде карлика появилась надежда. Но камень остановился на последней, не залитой водой ступеньке, точнее, был подхвачен чем-то зеленым и по-змеиному гибким. Черномор возмущенно вгляделся в мутную воду у себя под ногами, и увидел неторопливо поднимающуюся над ее поверхностью голову Горыныча. Змей аккуратно положил пойманный кончиком хвоста камешек обратно на ступеньку.

- Отдай мне меч, Черномор, - елейным голосом произнес дракон. - Зачем он тебе теперь?

- Поди прочь, слизняк! - взвизгнул карлик.

Он одним махом выпрыгнул из воды на четыре ступени вверх. Взмахнул мечом-кладенцом, пресекая попытку Змея схватить его за ногу.

- Убирайся! А не то изрублю!!!

С вазой эпохи Мин в обнимку и с мечом-кладенцом в правой руке, карлик выглядел довольно комично. Но покрытый ржавчиной, обломанный на кончике клинок в его руке сверкал, наполненный магической силой. Ярким золотом блестела на рукояти, у самого перекрестья половинка Кольца Сил, и по лезвию то и дело прокатывались серебристые волны разрушительной энергии.

- Деваться тебе, милый, все равно некуда, - Змей издевательски улыбнулся, но хвост свой, на всякий случай, убрал подальше от нервно дергающего мечом Черномора. - Не отдашь по-хорошему, так я дыхну на тебя, ты тут и сваришься.

- Зарублю гада! - отчаянно завизжал Черномор и бросился, подняв меч, на Горыныча.

Тот, опешив от такой наглости, еле успел убрать голову под воду, подальше от занесенного меча, и оттуда, из-под воды, дыхнул на Черномора всей мощью своего колдовского огня. Узкое пространство между водой и завалом моментально заполнилось горячим паром, языками пламени, грохотом падающих камней и истошным визгом ошпаренного Черномора. Потом визг затих.

Зрители, застывшие в напряженных позах над озером, нервно сглотнули.

Пар стал рассеиваться, и из воды вновь появилась голова Горыныча.

- Неужели сварился? - спросил Змей сам себя.

Он внимательно осмотрел ступени, стены. Не нашел там тела карлика, зато обнаружил неширокий тоннель, прорубленный Черномором, видимо, в ошпаренном исступлении - ведь меч-кладенец рассекал абсолютно все, даже камень. Туннель уходил в скалу под углом, где-то вдалеке заканчиваясь хлюпающей, словно в колодце, водой.

- Утек в подводное царство, собака... Теперь ищи его, - констатировал Змей с досадой. Затем, еще раз осмотрев мокрые от осевшего пара ступени, радостно улыбнулся. - О! А вот и обломки драгоценной фарфоровой вазы эпохи Мин... Эх! Отчаянный парень этот Черномор. Все, что у него было, одним махом променял на меч-кладенец!

Лебедь, заметив, каким взглядом смотрит на Змея Алена, поспешила сменить изображение. Теперь в озере вновь отражался замок Черномора, точнее его руины. Ни Кощея, ни его слуг над замком видно не было. Гроза утихла, и где-то у горизонта сквозь тучи уже проглядывало синее небо.

- Вот и все. Война закончилась, - облегченно вздохнула Лебедь. - Теперь можно отдохнуть, отоспаться, - оглянувшись за спину Алены, Лебедь улыбнулась, радостно взмахнула руками. - Экая ты незаметная, Бабушка!

- А я давно здесь стою. На представлению эту любуюсь... И верно, братцев моих так легко не возьмешь. Один на выдумку хитер, а другой, хошь дурак, да не совсем. Не сплоховал, не сварился. А то пришлось бы мне, старой, бегать, выручать, искать живой воды, мертвой... Ну да ладно. Потешились деточки и будет. У нас, может, и поважней дела есть. Пойдем-ка со мною, Аленушка. Чую, давно на разговор твое сердце просится.

Баба Яга взяла Алену за руку, и повела по знакомой лесной тропинке. Лебедь и богатыри молча смотрели им вслед, кто сочувственно, кто с надеждой. Не прошло и минуты, как перед Аленой раскинулась покрытая цветами поляна, а на ней избушка на курьих ножках. Такая же, как и прежде, только с подновленной крышей и слегка обугленным правым боком. Заведя Алену в избу, Бабушка тут же усадила ее за стол. Невидимые слуги стали торопливо выставлять блюда с пряниками, пирожками, блинами.

- Ну вот, - довольно сложила руки Яга, когда стол был окончательно сервирован. - Что же ты, Аленушка, не кушаешь?

- Да не хочу я, спасибо, - Алена безрадостно улыбнулась.

- Тогда расскажи, о чем душенька томится. Я хоть и волшебница, ан порой чужую душу постичь посложней волшебства. Верно говорят люди - чужая душа потемки... Да только чую, любовь тебя присушила.

Алена, мечтательно вздохнув, посмотрела в пространство.