Дорога в дюны (СИ) - Спэн Алекс - Страница 16

  Откуда мне это известно? Процесс производства этих денежных купюр не держится в секрете по причине того, что физически повторить этот рисунок просто невозможно.

  Допустим "фальшивомонетчик" достанет светочувствительную бумагу, к созданию которой прикладывает руку, как я понимаю, не один маг.

  Дальше ему нужно найти того уникального мага, который проецирует рисунок в кристалл. При том, что тот, кто этим занимается, известен лишь двоим-троим, включая короля. Это может быть кто угодно - даже Архимаг. Допустим, кому-то удалось его вычислить, похитить и заставить воспроизвести рисунок. А дальше? Где взять кристалл абсолютно идентичный тому, что используется в качестве печатного станка? Как вы думаете, существуют хотя бы два обычных камня с абсолютно идентичной структурой?

  В ходу такие купюры только среди "юридических" лиц, то есть объединений людей. Даже самому богатому купцу никто не позволит расплачиваться такой купюрой за что-либо, не говоря уже о том, что список "юрлиц" где их принимают, крайне ограничен и все друг друга знают.

  Поэтому включать эти купюры в денежный оборот можно только формально - фактически их используют лишь избранные в масштабных денежных операциях.

  Когда я вник во все эти детали, то понял, что подделка этих купюр даже для меня с моими уникальными магическими возможностями невозможна, ибо тут непреодолимым препятствием служит сама природа с ее разнообразием всего сущего. А вот вопрос о производстве золотых монет для меня вполне уместен.

  С появлением книги Меннеля я получил возможность практиковаться в сложных преобразованиях(5). И конечным результатом одного из трех примеров трансмутации, описанных великим теоретиком, как раз таки является получение золота.

  Для местных магов трансмутация вещества до золота лишена какой-либо практической целесообразности: выход металла по отношению к затраченному времени будет настолько мал, что архимаги 14-15 уровней заработают это "золото" продавая свои навыки, куда как за меньший промежуток времени. Другое дело - я, со своей чудовищной пропускной способностью. Есть на этом пути правда одна закавыка: золотые монеты имеют определенный рисунок, но его дублирование - для меня с моими магическими возможностями явно преодолимо.

  Ладно, вернемся к делам более приземленным. Мы уже второй день как съехали с тропы. Продвижение наше замедлилось в несколько раз. Порою приходиться объезжать буреломы. Иногда задерживаемся, пока мужчины распиливают стволы упавших лесных гигантов, преграждающих путь телегам. Избегаем низин, так как боимся, что лошади не вытянут потом наверх, да и сами телеги к сильным кренам не приспособлены. Даже если появляется относительно ровный и чистый от препятствий участок, едем все равно медленно: впереди всегда кто-то идет и смотрит, не торчит ли корень дерева слишком сильно, не спряталась ли в траве коварная коряга, ибо поломка колеса будет стоить минимум день задержки, а о поломке оси я даже думать не хочу.

  Как-то утром, когда склизкий холодный туман окутал одно из мест нашей вынужденной ночевки, "кукла" почувствовала присутствие чужаков. Поскольку разглядеть сквозь плотную белесую пелену мы ничего не могли, а двигаться дальше по незнакомой местности в условиях плохой видимости - чистейшее самоубийство, то нам ничего не оставалось, как занять оборонительную позицию.

  Все напряженно ждали нападения, но ничего не происходило. Клубился туман, молчали птицы, лишь лошади нервно всхрапывали. Поскольку мы плотно сгруппировались перед неведомой опасностью, то я ограничился лишь небольшим защитным куполом. Пару раз мне казалось, что в этой звенящей тишине я слышу чьи-то осторожные шаги.

  Так прошел где-то час. "Кукла" практически перестала волноваться, и я решился снять купол. Рядом с местом нашей ночевки росло средних размеров дерево. Его ветви, находящиеся довольно низко от земли, позволяли даже человеку нетренированному забраться наверх, чем я и воспользовался. Уже на высоте четырех метров воздух был кристально прозрачен. Туман лежал плотным покрывалом, скрывая все, что было внизу. Оглядевшись вокруг, я понял, что моя наблюдательная позиция не давала никаких преимуществ: туман клубился не только у места нашей вынужденной ночевки, но и повсюду докуда мог дотянуться мой взгляд. Серая в утреннем сумраке листва не хотела делиться своими тайнами. Пришлось спускаться. Еще через пару часов белая пелена рассеялась.

  Наемники обшарили ближайшие кусты, но не нашли ни одного человеческого следа. Кто именно за нами наблюдал в то утро, так и осталось загадкой. Наиболее вероятное предположение - это были разведчики диких. Значит надо торопиться к возвышенности - только там мы будем в безопасности.

  Еще четыре дня в пути и вот мы у цели. Скалистая стена, испещренная множеством вертикальных щелей, стоит непреодолимым препятствием для любого кто захочет оказаться на верху этой возвышенности. Потоки воздуха, гуляющие у краев этого природного монумента, создают небольшой гул, отчего складывается впечатление, что кто-то вдалеке тихо поет печальную песню на языке, незнакомом человеческому уху.

  Совсем рядом с возвышенностью бежит небольшой ручей с кристально чистой водой, такой холодной, что аж зубы ломит. Это хорошо, что источник воды совсем рядом. Солнышко опять спряталось, от ручья потянуло сыростью и холодом.

  - Не слишком приветливое место - зябко поежился Бура - Но если там обосноваться - кивнул он наверх - То сбежать нашему пленнику точно не судьба. Зато закончить жизнь самоубийством сможет всегда.

  - У тебя, оказывается, есть чувство юмора - это хорошо. Сегодня наверх не полезем, а вот твой позитивный настрой надо использовать. Собирай людей - переквалифицируетесь в плотников.

  После обустройства временного лагеря все оставшееся до ночевки время посвятили созданию этаких неошкуренных деревянных столбов. Стволы небольших деревьев распиливали на части длинной метра два. Внизу с помощью более коротких бревен делали основание, чтобы вертикально установленный столб не падал.

  Бура только косился на меня, но вопросов, как это обычно бывало раньше, не задавал. Видимо начинает потихоньку привыкать к моему стилю руководства: если решу, что подчиненным что-то нужно знать - скажу сам.

  То, что я планировал на завтрашний день, требует предварительных пояснений.

  Итак, в книге Меннеля, добытой мною в Меардаре меня, разумеется, в первую очередь, интересовали преобразования четвертого уровня. Одним из таковых являлось перемещение вещественных объектов в пространстве.

  Для начала процесса телепортации, первым делом нужно было войти в измененное состояние сознания. Казалось бы - ничего нового. Но методика входа в это состояние отличалась от той, что практикуется повсеместно. Обычно, когда маг входит в измененное состояние сознания, он не выпадает из реальности (здесь стоит оговориться, что достигается ясность ума и почти мгновенный вход в это состояние путем длительных тренировок). То есть, допустим, раскручиваю я два меча. На сознательном уровне я не контролирую каждую секунду движение каждого меча в пространстве. Я просто отдаю мысленный приказ - сместить меч туда-то, усилить вращение и т.д. Это конечно примитивнейшее описание, не учитывающее множества нюансов. Но суть в том, что, не отвлекаясь на мечи, я могу контролировать окружающее пространство и своевременно реагировать на изменение обстановки, а непосредственным управлением мечами заняты другие участки моего мозга. Это как если бы основной процессор сбрасывал рутинные операции на свои сопроцессоры.

  Так вот, в данном случае переход в измененное состояние сознания отнимал все "процессорное время". Я вываливался в другую реальность.

  Поначалу для меня здесь не было понятий "ширина", "высота" и "длина". Не было и ориентиров - лишь клубящаяся неосязаемая пустота без цветов, звуков, запахов. Однако, следуя инструкции Меннеля, я начал преобразовывать это пространство под себя. Преобразовывать - это конечно сильно сказано. Пространство, я думаю, каким всегда было, таким и оставалось, а я лишь мысленно, исключительно для собственного восприятия, придавал ему близкие мне очертания.