Дорога в дюны (СИ) - Спэн Алекс - Страница 66

  - Странный ты - нашел место, где клинья ко мне подбивать.

  - А я никогда не унываю - улыбнувшись, ответил Силк - И на счет выберемся: я серьезно - верь мне.

  Вдруг над поляной разнесся отборный мат. Когда Силк увидел источник нецензурных выражений, ему поплохело: к пленникам медленно двигался Хмарь.

  - Чтобы он не говорил - не смотри ему в глаза - успел он шепнуть Керну.

  Бывший "начальник трактира" выглядел не так плохо, как могло бы быть после потасовки в заведении. Была ли тому причиной хорошая конституция, унаследованная от предков, притворство о серьезности своих ран перед "главнюком" или что-то выпитое у костра - не столь важно, как то, что он хотел отмщения за перенесенное унижение.

  Видя, что Керн с Силком не реагируют на провокации, Хмарь подошел к Буре. История с подначками повторилась с той лишь разницей, что бандит стал детально расписывать, что именно он собирается сделать с близкими наемника.

  В конце концов, видимо у Буры не выдержали нервы, он поднял голову и тихо произнес: "копец тебе, Хмарь - беги пока можешь".

  В этот же миг в голове Силка пронеслась мысль: "ты что творишь, капитан?!!", но слова были сказаны, и судьба вновь стала неумолимо раскручивать свои жернова.

  Хмарь рывком поднял Буру с земли, сам при этом заметно покачнувшись. Потом вытащил нож. Стоявший неподалеку охранник немедленно отреагировал:

  - Хмарь, ты хозяин в трактире, а здесь у нас свои порядки - не забывай!

  - Не плачь - правила я знаю. Я выплачу хозяину полную стоимость этого куска мяса - ради такого дела не пожалею часть своих сбережений.

  Растерявшийся от этой выходки охранник перевел свой взгляд к центру поляны, туда, где находилось его непосредственное начальство. В ответ один из разбойников с широкой окладистой бородой неопределенно пожал плечами и махнул рукой, давая понять: "пусть делает, что хочет - горбатого все равно только могила исправит".

  - Дурак ты, Хмарь, но раз так - дело твое - пришлось отступиться охраннику.

  На Буре затрещала одежда - это Хмарь, не особо церемонясь, стал разрезать одеяние на пленнике: на ногах и туловище наемника появились кровавые полосы, оставленные кончиком ножа. Когда Бура оказался совершенно гол, Хмарь схватил его за волосы и стал демонстративно водить перед пленниками, выкрикивая женщинам поднять глаза и посмотреть на этого красавчика.

  Видимо, позора устроенного Буре, оскорбленному "начальнику трактира" оказалось мало, и тогда он привязал капитана к одной из лошадей, став нарезать круги по самому краю поляны. В конце концов, и это развлечение ему надоело. Он остановил лошадь прямо напротив Силка и Керна, крикнув:

  - Поднимите головы - зрелище того стоит!

  Потом Хмарь дернул веревку с привязанным пленником к себе и со всей силы вонзил шпоры в животное, одновременно потянув вожжи. Лошадь заржала от такого обращения и взбрыкнула. Попавший под удар задних ног обезумевшего от боли животного Бура умер практически мгновенно. Последнее что услышали Силк с Керном - лишь короткий тихий хрип.

  Алисия от увиденного впала в прострацию, Керн дернулся и завыл, лишь Силк сидел тихо и немигая смотрел в глаза торжествующего убийцы несколько секунд, потом сглотнул и спокойно произнес: "теперь тебе бежать бесполезно".

  Вечерело. Сидящего рядом товарища Силк решил не трогать, решив, что Керну именно так, молча, будет проще пережить увиденное. К тому же он откровенно побаивался возможной неадекватной реакции со стороны друга в ответ на слова утешения, которые, в общем-то, сейчас ничего не значили: сорвавшись, Керн может обратить на себя слишком много внимания и повторить судьбу Буры. О своих переживаниях Силк сейчас не думал: они отошли на второй план - теперь главное выжить, дождаться прихода мага.

  - Все будет хорошо, Алисия - чуть наклонившись к скрючившейся девушке, произнес наемник.

  - Почему? - сухими побелевшими губами спросила она - Почему, он это сделал?

  - Потому что мог, потому что хотел ощутить свою власть в полной мере, потому что мразь - много почему - не думай об этом. Думай о том, что мы выберемся.

  - Я в первый раз увидела, как убили человека - медленно проговорила девушка - Это произошло так быстро, так просто...так обыденно. А ты так спокоен, словно это не твой друг лежит там у деревьев.

  - Мой друг уже давно не лежит у тех деревьев. Его уже там нет.

  Через час принесли похлебку, запах шедший от варева больше напоминал помои, чем нормальную пищу. Руки никому не развязывали: пять-шесть глотков непосредственно в рот всем из одной миски - вот и весь завтрак, обед и ужин. "Ничего, как двинемся - кормить будут лучше" - произнес кто-то неунывающий за спиной Силка.

  Стемнело. Бандиты подбросили дров в костер. Сменился охранник. Подошел круглолицый, неспешно обошел пленников по кругу. Потом вдруг резко нагнулся к одной из женщин и запустил руку под одежду, в ложбинку между грудей. "Ну-ка, что ты там прячешь, дорогая" - с этими словами он выудил из под замызганного сарафана небольшой предмет, висевший на шее у пленницы. "Семейный оберег" - пояснила женщина, поняв, что с вещицей теперь все равно придется расстаться. "Пропустили, нехорошо" - пробубнил круглолицый и, вертя в руках реквизированный предмет, направился к краю поляны - в лес, видимо какие-то остатки человечности, у него еще присутствовали: попавших в плен женщин, в отличие от большинства других собратьев по ремеслу, он не считал за скот, на глазах которого можно не стесняясь справить нужду.

  Прошло две минуты, как вдруг, в лесу раздался сдвоенный человеческий вопль. Зашуршали кусты, и на поляну, путаясь в спущенных штанах, вывалился круглолицый.

  - Лесовик (8), лесовик!!! - орал перепуганный бандит.

  Схватившиеся было за оружие бандиты, чуть расслабились, кто-то даже заулыбался.

  - Чего орешь! Штаны подтяни, сказочник! - произнес кто-то с долей иронии.

  Один из разбойников, тот самый, что был с окладистой бородой, видимо не разделял общего пофигистского отношения к происшествию:

  - А ну заткнулись все! Не расслабляемся! А ты - обратился он к круглолицему - Расскажи, что произошло.

  - Ну, значит, пристроился я у куста - все еще стуча зубами от страха, стал рассказывать возмутитель спокойствия - А тут прямо из дерева напротив вылез он.

  - Да кто он!!?? - не выдержав, перебил его главный.

  - Лесовик, как есть лесовик - пугливо озираясь на стену из темного леса, отвечал круглолицый - Один глаз, вращается, второй - смотрит в самую душу. Да как заорет! И облил меня чем-то - тут пострадавший от неожиданной встречи, стал обнюхивать свои трясущиеся руки.

  - Слюна это - внимательно присмотревшись к рукам круглолицего, вынес вердикт главный - Чего пил, скотина, признавайся!

  - Да не пил я, Штемп. Что бы мне в пустоту провалиться - не пил! Это наверно оберег этой паскудницы лесовика притянул - указал круглолицый трясущимся пальцем на пленницу - Да, может это и не оберег вовсе. А ну сознавайся: это твоих рук дело, ведьма?!

  Пока бандиты выясняли, что произошло с местным ревизором, Силк извернулся и, приблизив свое лицо к уху девушки, тихо произнес:

  - Алисия, закрой глаза и чтобы не происходило - не открывай их, пока я не попрошу. Тебе не надо видеть, того, что сейчас начнется. Ничего не бойся и запомни главное - это пришла помощь, нас освободят.

  - О чем шепчетесь, голубки? - с угрозой в голосе спросил стоявший неподалеку охранник.

  Силк благоразумно молчал, но надзиратель все равно получил ответ на свой вопрос - сидевший последние несколько часов истуканом Керн вдруг поднял голову и произнес: