Дорога в дюны (СИ) - Спэн Алекс - Страница 79

  Тот старик запомнился Фалкону тем, что в отличие от всяких прочих голоступов умудрился забрести в заброшенные руины близ Мертвых Холмов, а это для обычного старика-одувана равносильно самоубийству, совершенному с особым садизмом над собственным телом. Старче меж тем, не только не двинул копыта в этом местечке, но и чувствовал себя превосходно, ничуть не боясь созданий мрака. В общем, вел себя так, словно он был ровней по силе тогда еще совершенно безбашенному Фалкону.

   Проснувшись поутру, маг не обнаружил ни собутыльника, ни бурдюка. Твари, ранее обитавшие здесь, не могли его утащить, потому как Фалкон предыдущие два дня проводил зачистку этого места. Те же из них, кто мог уцелеть, должны были забиться в самые темные щели и не показывать носа от страха.

  Внимательно тогда осмотрев место их совместной попойки, одаренный заметил след удаляющихся босых ног. След тянулся локтей двадцать, а потом резко обрывался, словно дед занес очередную ногу, чтобы ступить вперед и неожиданно растворился в воздухе...

  Воспоминание рассеялось перед глазами: он снова был в реальном мире, в трапезной занюханного постоялого двора, его друг по-прежнему сидел за столом и с интересом наблюдал за ним.

  - Трапеза отменяется. Пойдем отсюда - сказал Кариму маг, направляясь к выходу.

  Друг молча последовал за Фалком.

  Выйдя на улицу, маг направился к ближайшему дереву. Постоял рядом с ним несколько ударов сердца, потом вернулся к ничего не понимающему Кариму.

  - Здесь небезопасно...

  Глава охраны каравана инстинктивно потянулся к оружию на поясе

  - ... эта проблема не по твоей части. Уезжайте прямо сейчас.

  - Фалк, я правильно понял, что тебя что-то напугало? - спросил друг, мысленно удивляясь тому, что этот вопрос вообще прозвучал.

  - И напугало и заинтересовало. Теперь понимаешь насколько это серьезно.

  - Снимаемся! Катите бочки назад! - не стал терять времени Карим.

  - Но мы еще не все заполнили - несмело ответил кто-то из разнорабочих.

  - Ты глухой или тупой! Катите их назад!!! - заорал начбез каравана.

  Пока Карим в спешном порядке готовил обоз к отъезду Фалкон подошел к Эльзе и Кадику:

  - Ну, прощайте, ребята. Возьми вот это - тут маг быстро всучил девушке небольшой мешочек, набитый серебряными и медными монетами - Спрячь и никому не показывай. Даже дяде, пока не удостоверишься, что ему можно верить - жизнь она такая, непредсказуемая. Ваш проезд до Шалета полностью оплачен. Когда приедете, мой друг отведет вас к дяде. Вообще Кариму можно верить, как и мне. Скажите ему имя вашей тетки, и где она живет - на обратном пути он постарается ее проведать. Он и вас на обратном пути проведает, так что, в случае чего, эти деньги вам еще могут пригодится.

  Эльза порывалась что-то сказать, но маг, не давая ей вставит и слова, продолжил:

  - Кадик, кинь мне мою походную сумку. Не знаю, как сложится ваша жизнь, но если что - мой дом в Ничейных баронствах. Там меня каждая собака знает. С собой я вас взять не могу - тут он посмотрел на Эльзу - Не уверен, что сам вернусь живым с этого дела, что уж про вас говорить. Ну, все.

  Заскрипели колеса. Полусонный Хасид удивленно высунулся из своей кибитки. Караван тронулся в путь. Подъехал Карим на своем коне:

  - Может тебе хоть "рабочую" лошадь оставить?

  - Сам раздобуду.

  - Не знаю, что ты там увидел, но надеюсь, мы еще увидимся, старый друг.

  - Я тоже надеюсь пережить этот день, как и все последующие до нашей следующей встречи.

  Карим, несильно ударив коня ногами, присоединился к своему каравану.

  Маг стоял еще минуту, смотря вслед уезжающим телегам, потом развернулся и направился к двери постоялого двора.

  Внутри все было по-прежнему. Как только он снова занял облюбованный ранее столик, на лестнице ведущей наверх показались две девушки. Одна была повыше, с длинными черными волосами, красивым лицом и огромными глазами, вторая имела каштановые волосы, сейчас они были так растрепаны, что скрывали лицо незнакомки. Пока постоялицы спускались вниз по лестнице, та, что была покрупнее, придерживала шатенку.

  Когда они оказались внизу, шатенка вдруг откинула голову назад и, сквозь чуть вьющиеся каштановые волосы, проступило ее продолговатое лицо с бледно-голубыми глазами.

  Ход.

  Поднимаюсь со стула и делаю пару привычных движений корпусом, разминая затекшую спину. Мы с Мирой уже как делиму вернулись к себе домой в Холм. Впрочем, это не мешает мне телепортироваться пару раз за сутки в базовый лагерь.

  Мое рыжее солнышко в данный момент копается в своем небольшом огороде, а Агата гремит поварешками на кухне - готовит обед.

  В базовом лагере сейчас обитают доставшиеся по наследству от Хоша женщины вместе с Ликой. Днем их безопасность обеспечивают Руфим и Рик, а ночью за место сторожевого пса всех охраняет "кукла".

  В противоположность женскому коллективу а-ля "Лалина и дочери" у Тензы и Хлои с моей Мирандой никаких терок не было и, думаю, не будет. Тенза оказалась достаточно мудрой женщиной, что бы не пытаться перехватывать у моей жены инициативу в чем-либо. Даже по хозяйственной части (а уж тут она собаку съела) она перешла к активным действиям, предварительно испросив разрешения у моей благоверной. Об этом дипломатическом шаге я узнал гораздо позднее - уже в Холме, ночью, когда мы вместе с Мирой дурашливо возились на супружеском ложе. "И вообще, она добрая, как мама" - дала тогда исчерпывающую характеристику Тензе моя жена. А я что? Я - доволен. Меня вообще женские склоки вгоняют в ступор: я не знаю, как на них реагировать. Так что мир в женской части нашего маленького коллектива для меня очень важен и ценен.

  Когда я привел в лагерь Хлою, первым к кому она кинулась была, конечно же, Тенза, но в ту памятную встречу после освобождения ни единой слезиночки не вылилось из глаз поседевшей девушки. Потом всю первую делиму она вела себя немного заторможено. Если работала, то медленно и мыслями всегда была где-то далеко. Я было грешным делом подумал, что в кои то веки привел в свой лагерь тихопомешанную, но чуть позже стал свидетелем одной сцены, которая стала переломной в ее дальнейшем поведении: в тот день я вернулся обратно в лагерь раньше чем планировал - был в деревне у Дока, но как выяснилось, днем ранее человек ДеВитаров привез ему обещанные заклинания по обходу щитов противника. Поэтому, заполучив в свои руки вожделенное сокровище, я решил отложить наш очередной разговор с эскулапом и побыстрее вернуться в лагерь.

   Тензы не было в пределах видимости - по словам Рика она ушла собирать травы. Лика паслась неподалеку, ощипывая кусты местной малины, плодоносившей почти круглый год, а поскольку ее ягоды всегда были в состоянии разной степени зрелости, то и обобрать ее всю даже при желании было невозможно, зато можно было лакомиться парой горстей каждый день. Миру я тоже не видел и решил, что она занята своими женскими делами в нашем закутке. Отвлекать жену своими бумажками я не решился и направился на "кухню", которая была хоть как-то отгорожена (надо признать, с личным пространством у нас в лагере вообще дела обстоят не очень). Вот там то я и застал неловкую картину: Хлоя сидела уткнувшись в плечо Миры и тихо вздрагивала, ее седые волосы перемешались с рыжими кудряшками моей жены. Миранда обнимала девушку и видимо тоже плакала вместе с ней. Тихо пятясь, я тогда покинул "кухню".

   После того случая Хлоя стала понемножку приходить в себя. Что ей мешало выплакаться Тензе, которую она знала явно дольше, чем мою жену? - я не знаю. Может дело в разнице в возрасте, а может быть дело в том, что малознакомому человеку иногда открыться проще - в конце-концов я не психолог, чтобы знать ответ на этот вопрос. Так или иначе, отношения между Мирандой и Хлоей стали после этого события крайне близкими.