Дорога в дюны (СИ) - Спэн Алекс - Страница 82

  На данный момент самым моим большим прогрессом в этом направлении является неутешительный вывод: неживые преобразователи эфира - это полная утопия. Ни один неодушевленный предмет никогда не сможет выступать в роли преобразователя! Точка. Так что, если я хочу подобным образом обезопасить Миранду, то ей придется иметь при себе какую-нибудь: собаку, кошку, мышку, птичку... Значит придется просить ребятню наловить мне крыс для опытов. Нет, я еще не сошел с ума, чтобы подряжать на это местных: бывший торговец Ход интересуется крысами Холма! - какова реклама? Я планирую провернуть это в Саниме: в нижнем городе, где этого добра - завались.

  Кстати, о Саниме. Сейчас туда направляется Керн. Там он снимет какой-нибудь не сильно примечательный домик в среднем городе, обеспечив мне безопасное место для телепортации.

  В общем, придется заняться банальным нагибаторством главы Тайной стражи. Строго говоря, этот шаг был предусмотрен в моей долгосрочной стратегии, правда, произойти это должно было через цикла два-три. И что самое печальное, заниматься мне этим придется без Силка и Старого. Старый сейчас направляется с караваном в Картис, а Силк везет Алисию к родителям в Рурк: по понятным причинам держать девушку в подвешенном состоянии мы не можем - именно в доме своих родителей она и должна будет принять окончательное решение.

  Оторвавшись от работы и своих дум, я понял, что в рабочем кабинете стало гораздо темнее. Вечереет. Значит, пора мне собираться к соседу, чтобы рассмотреть поближе господина Вильфора. В сказки Здравара о "негласном распоряжении сверху" выборочно пощупать некоторых граждан я не верю. Просто толстяк намекнул мне, что шепнет пару слов главе городской стражи и у меня начнутся неприятности. Самый важный момент в этой угрозе заключается в том, что обещанного еще не произошло и в данный момент я с формальной точки зрения, не имею ничего против Вильфора - он не причинил мне никакого беспокойства ни словом, ни делом. То есть если я его сейчас уберу с доски, то на меня никто не подумает. А вот если я грохну Лукима, то ко мне уже могут появиться вопросы. Конечно, если сосед очень сильно напряжет мозги, то может связать меня и смерть своего покровителя, но для этого ему придется допустить, что горожанин со средним достатком не имеющий никаких серьезных связей в Холме (а на этот счет, я уверен, Луким меня пробил по полной до того как начать подкатывать со своими предложениями) смог организовать убийство главы городской стражи. Я бы сам в такое не поверил.

  Накинув некое подобие куртки местного пошива, я вышел из кабинета. Миранда ждала меня у выхода.

  - Ты уверен? - обеспокоено спросила меня жена. Ее зеленые глаза были тревожны, печальны и чуть холодны. Господи, как же я ее люблю, даже когда она тревожится и нервничает как сейчас. Родной мой человечек. Я не выдержал и стал покрывать поцелуями ее веснушчатое лицо.

  - Ну, все - отстранилась она, понимая, что если меня не остановить, то все кончится развратом прямо здесь, в коридоре.

  - Все будет хорошо - тихо произнес я, глядя прямо ей в глаза и, погладив ее предплечье, направился к выходу.

  Луким собственноручно отворил мне дверь в свой особняк. Довольная улыбка толстяка при виде моей одинокой фигуры сразу померкла. Глаза сузились, превратившись в две грязно-серых льдинки:

  - Где жена? - бросил он мне в приказном тоне.

  - Ей стало плохо - не давая соседу вставить и слова, я приподнял руки в примирительном жесте - Ей действительно плохо, Луким. В следующий раз она обязательно придет.

  - Тогда зачем мне пускать тебя сейчас?

  Я тяжело вздохнул:

  - Похоже, я оттягивал неизбежное, и скоро мне действительно могут понадобиться деньги. Она сделает все как ты захочешь, не раз и не два, но прежде мы должны договориться обо всем.

  На пару мгновений повисло молчание: Здравар обдумывал мои слова.

  - Хм, а у тебя есть хватка и ты не дурак - чуть оттаял сосед - Заходи.

  Пожилой слуга, дежуривший в прихожей забрал у меня верхнюю одежду и я, ведомый хозяином, проследовал на второй этаж по широкой, чуть скругленной лестнице, украшенной бордовой дорожкой с мягким ворсом, глушившим наши шаги.

  Практически весь второй этаж занимала громадная зала. Ее стены были украшены огромными гобеленами на которых были изображены обнаженные мужчины и женщины в пикантных позах, а на полу лежал ковер ярко-рыжих оттенков, пушистый и мягкий как перина. В трех углах комнаты навытяжку стояли слуги: двое мужчин и одна женщина, а в центре комнаты были расставлены несколько диванчиков и одно кресло. На первом диване сидел незнакомый мне молодой человек двадцати с лишним лет, на его коленях вальяжно расположилась хозяйка дома: пухловатая, ширококостная дама бальзаковского возраста, одна грудь хозяйки бесстыдно вывалилась из под платья, но она и не думала ее прятать обратно. На втором расположился пожилой, худосочный мужчина с аристократическими чертами лица. Одет богато, с иголочки, но не вызывающе - мужчина явно не понаслышке знает, что такое стиль. Скорее всего - это один из деловых партнеров Лукима. Рядом с ним, на этом же диване, оболкотившись на спинку полулежала девица с кудрявыми черными волосами и острым носиком. Ее сиреневое платье задралось практически до верхней части бедер, создавая иллюзию незнакомой этому миру мини-юбки. Ноги у девушки были длинные и стройные: икроножная мышца имела высокую посадку, прекрасно вписываясь в общую картину, наравне с идеальными по толщине бедрами и скругленными коленками. Да, у этого мужчины определенно есть вкус, и вряд-ли он хоть в чем-то уступает моему пониманию прекрасного.

  На третьем диване в гордом одиночестве сидел коротко стриженый мужчина с волевым подбородком и буравил меня своим холодным взглядом. Этот взгляд мне был знаком: я его уже чувствовал на себе в замке ДеВитаров. Так на других смотрят люди, располагающие большими ресурсами и реальной силой. И не важно чиновник это высокого ранга, силовик с широким кругом полномочий или богатый купец - все они видят в простых смертных лишь инструмент или помеху, от которой они могут избавиться щелчком пальцев. И надо сказать в большинстве случаев - это вполне оправданное реалиями ощущение превосходства.

  - Господа и дамы - это мой добрый сосед Ход. В прежнем, несомненно, успешный торговец раз до сих пор умудряется жить на нашей улице абсолютно ничего не делая - вставил шпильку Луким, чуть усмехнувшись - Прошу любить и жаловать.

  - Госпожа Здравар - чуть поклонился я хозяйке - Господин Вильфор - легкий кивок в сторону силовика. Потом я обратил свой взор на элегантного мужчину.

  Видя мои затруднения, Луким вновь взял слово:

  - Двое господ и прекрасная дама, которых вы пока не знаете, останутся для вас инкогнито, Ход. Вам лишь достаточно знать, что они мои друзья. Присаживайтесь - тут он указал мне на четвертый пустующий диван, а сам уселся в кресло.

  Когда все расселись, слуга которого я видел внизу, принес поднос с бокалами, наполненными вином бледно-розового оттенка. Выждав необходимую паузу для дегустации напитка, хозяин дома вновь взял слово.

  - Позвольте, я введу в курс дела господина Хода. Мы с моими друзьями изыскали возможность пробить в Холм прямой канал поставок сине-зеленых водорослей с окраины континента. Само название вам мало, что скажет, вы ведь были торговцем средней руки... - тут Луким выдержал паузу.