Воин пепла (СИ) - Рауд Алекс - Страница 6

Ее лицо исказилось: ноздри раздулись, томный рот перекосился кривой линией. На сей раз Эль понадобилось намного больше времени, чтобы прийти в себя. Ее ярость была неподдельной.

Такие знакомые чувства…

Тайен позволил искре соскользнуть в ладонь и сжал ее, погасив частичку магического пламени.

– Извини, что пришлось прибегнуть к таким мерам.

– Настоящий кавалер, – ровным голосом сказал Карас.

Маг уничтожающе глянул на него.

– Забудем об этом, – сухо произнесла Эль. – Ты имел право знать, откуда я взяла сведения о цели Кейро. К сожалению, мне больше ничего не известно, и то пришлось выбивать из брата силой. После того как он сбежал, я пыталась следить за ними, но потеряла след. Уроки, как прятаться в тенях, в юности давались моему брату легче, чем другим ученикам.

– Зато Кейро искусством маскировки владеет отнюдь не великолепно. Она слишком яркая, а ее характер слишком необузданный, чтобы… – заметив, как собеседница сразу напряглась, Тайен не закончил фразу. Общение и так проходило с шероховатостями. – В общем, я пришел в эш-Шардам по ее стопам. Она где-то рядом. Если мы хотим ее опередить, лучше захватить реликвию как можно скорее.

– Согласна. Замок находится в оазисе аль-Нуили, это в нескольких днях пути отсюда. Вы сможете выйти завтра?

Тайен задумался. Они приехали в город всего несколько дней назад, рассчитывали обосноваться здесь надолго, и у них было запасов, чтобы путешествовать по пустынным землям. Местным жителям они такими не казались, но после буйных садов и обширных виноградников Вессалии маг не понимал, как можно называть южные просторы с желтоватой почвой и редкими кривенькими деревьями иначе, чем пустыней. Запасов придется брать с собой много, и не только еду, но и воду. Вдобавок лавки эш-Шардама закрывались после заката, а за ставнями элирия обухом топора падала тяжелая и внезапная южная ночь.

И еще деньги. Их вечно не хватало.

– Послезавтра.

– Выходите из Калганских ворот. Я вас нагоню. А теперь мне пора прощаться. В эш-Шардаме женщинам дозволено многое, но ходить по темным улицам опасно для любого жителя.

Какая женщина может обойтись без лукавства? Тайен поспорил бы на все свое наследство, которого его лишили, что Эль способна с легкостью расправиться с любым уличным головорезом. Или, по крайней мере, сбежать от него, превратившись в тень. Но и Тайен не был бы собой, если не подыграл.

– Возможно, милой леди нужна защита? – приподнимаясь, спросил он. – Я готов проводить тебя до дома и даже убедиться, что ты в целости и сохранности легла в кровать.

– На нас направлено слишком много глаз, которые считают меня состоятельной вдовой. Возможно, как-нибудь в другой раз я воспользуюсь твоим предложением, но не сегодня.

Вежливо и изящно. Смиряясь, Тайен кивнул. Он все равно не рассчитывал, что она согласится.

– Тогда до встречи послезавтра. И Эль…

– В чем дело? – ассасинка, успевшая встать и шагнуть к выходу, обернулась.

– Оденься в следующий раз, как вчера. Мне так понравилось гораздо больше.

Она улыбнулась.

– Я учту твою просьбу, но ничего не обещаю.

Тайен с удовольствием пронаблюдал за тем, как она уходит. Эль передвигалась плавно, маленькими шажками, но при этом ее подбородок был высоко поднят, а плечи расправлены. Обычная южанка, которая после безвременной смерти мужа наконец смогла вздохнуть спокойно и вспомнить, что такое гордость, хотя и на свой, скромный лад. И не сказать, что эта женщина – ассасинка.

Маг вспомнил о северном мече, который висел вчера у нее на поясе. Обучают ли ассасинов сражаться таким оружием? Вряд ли. Орден создавался для борьбы одних эмиратов с другими. Хотя Вессалия медленно распространяла на юге свое влияние, таинственные убийцы еще ни разу не выступали против нее и, насколько мог судить Тайен, не собирались. Это значило, что изучать приемы чужестранной борьбы им незачем.

Как только Эль спустилась по лестнице, улыбка с губ Тайена стерлась.

– Надо выследить ее, – прошептал Карас. Он тоже неотрывно наблюдал за ассасинкой, пока та не исчезла внизу. – И убить. Где цель, она рассказала. Больше Эль нам не нужна. Я мог бы…

– Нет, – отрезал Тайен.

– Только не говори, что вдруг вспомнил об идеалах. Превратить в пепел родных братьев тебе они не помешали.

– Дело не в идеалах.

– Тогда что? Ты в нее втюхался? Это не та женщина, с которой такие отношения могут привести к чему-то хорошему. Она использует чужое лицо и может напасть из темноты прежде, чем кто-то из нас ее заметит. Она опасна. И мы не можем проверить, говорит ли она правду.

– Отстань, – маг устало отмахнулся. – Ни в кого я не втюхался. После Кейро все женщины – как плесневелая корка рядом с великолепным пирожным. Тебя не было в то время в Вессалии, ты не знаешь, кто она такая и на что способна. Союзник нам не помешает. Особенно женщина, неподвластная ее чарам.

Карас сгорбился, исподлобья оглядывая Тайена. Прядь прямых черных волос блеснула, как воронье крыло.

– Ты делаешь ошибку, адан.

Он поднялся, перепоясал черный кафтан и быстрой тенью направился к выходу. Несколько молоденьких танцовщиц проводили его любопытными взглядами. Наверное, Карас, к которому даже на юге не прилипал загар, привлек их своей бледной восточной красотой, но мужчина девушек проигнорировал – его увлекла идея проследить за Эль. В том, что Карас не успокоится, пока не узнает, куда она ушла, Тайен был уверен точно так же, как в том, что он ее пальцем не тронет.

Настроение все равно испортилось. Маг взял керамическую чашечку, полную остывшего кофе, царапнул ногтем по аляповатому узору и сделал глоток. От горьчайшей жидкости чуть не свело челюсть. Тайен подавил желание выплюнуть эту гадость, но все же проглотил ее, а затем подозвал слугу.

– Еще каф? – услужливо спросил тот. Когда по медной поверхности подноса зазвенели монеты, ребенок с мгновенно возросшей долей почтительности уточнил: – Много каф?

– Комнату, – Тайен ухмыльнулся. – И одну из танцовщиц, вон ту, грудастенькую. На остаток можешь сделать себе «много каф».

Надо же себя порадовать напоследок. Бессмертие бессмертием, а из крепости сектантов живым можно и не вернуться.

Глава 3

Антрацитовое небо расчертила серебряная стрела. Звезда погасла настолько быстро, что подгадывающий ее появление Тайен так и не успел попросить Всесоздателя сделать эту ночь хоть немного теплее.

Упустил случай — жди другой. Маг продолжил лежать и высматривать новую падающую звезду.

Рядом к потрескавшейся от сухости земле прижимались Карас и Эль. Ассасинка сделала их облик расплывчатым и приглушила исходящие от них звуки, поэтому маленький отряд смог подобраться к оазису аль-Нуили почти вплотную. На всякий случай Карас предложил спрятаться за камнями – оттуда удобно было наблюдать за сменой постов, при этом снижалась вероятность, что чужаков обнаружат.

Тайен проводил взглядом еще одну звезду.

Небо на юге было не таким, как в Вессалии. Ближе, живее. Звезды мерцали ярче. Маг все равно его ненавидел. За то, что оно незнакомое, чужое, и за то, что Тайен не мог вернуться домой, туда, где небо привычное и родное. Домой, где его самого и его семью покрыли позором.

А все ядовитая ложь Кейро…

– Холодно, – шепотом пожаловалась Эль. – Тайен, какого Леда твое заклинание утепления так быстро развеялось? Ты обещал, что оно будет действовать несколько часов.

— С его человеческими качествами то же самое, что и с магическими: они далеко не так хороши, как кажется, — поучительно произнес Карас.

— Балованные вы оба, я смотрю. Сейчас перестану тратить силу на таких зазнаек – и лежите, дрожите от холода.

– Просто поправь заклинание, — попросила Эль.

Не приказала, попросила. Тайен, для вида поколебавшись, «смилостивился» и подновил заклинание. Ночи на юге были ледяными в противовес дням, когда солнце палило так люто, что путешественники ощущали себя хорошо прожарившимися барашками на вертеле. Даже Карас, равнодушный к капризам погоды, к закату норовил укутаться в шерстяной плащ, чтобы потом дольше сохранить тепло. Если бы не магия, шедший от камней холод давно проморозил бы их всех до костей. А пока что терпел неудобство только один из отряда.