Далёкие миры. Дилогия (СИ) - Скляренко Алексей - Страница 109

Времени до точки встречи оставалось совсем ничего и на тактическом экране уже чётко наблюдаются три жирные чёрточки идущие навстречу. На этот раз, от недостатка времени, или ещё по какой причине, без детализировки искином.

Но момент открытия ими огня, он отметил запуском таймера обратного отсчёта. Из-за мизерного расстояния и суммарной скорости, в этот раз на короткие двадцать секунд, по прошествии которых защитные поля обоих кораблей начало трясти от попаданий.

Их число и точность объяснялось невозможностью промахнуться в цель идущую практически в лоб. В штурмовиках сидели опытные архи и семь попаданий в защитное поле запомнились тряской крейсера. Защиту они не пробили, но просадили её до минимума, до двадцати процентов.

А вот в рубке на это отреагировали более эмоционально. Падения не пристёгнутых на этот раз не отмечалось, но на пару довольно сильных толчков реакция была сочными матами на обоих языках.

На третьей минуте до точки встречи дождались и реакции Чена, в своей манере боя вырубившего маршевые двигатели. И уши экипажа, за два часа разгона уже привыкшие к их надрывному на перегрузе, но мерному гудению, теперь слышали только визг генераторов накачки и свист маневровых двигателей.

Двадцать секунд прицеливания завершились залпом из всех орудий, почти одновремённым, поначалу из плазменных и спустя пять секунд туннельных. Напряжение в рубках достигло апогея, к счастью ненадолго, знакомая вспышка, спустя десять секунд, попавшей в цель боеголовки, перевела его в бурю восторга.

Что там и сколько штурмовиков уничтожено, уже неважно, как и то, что через сорок секунд они влетают в этот огненный шар. Важно было, что если даже кто и уцелел там, то взрывной волной этот штурмовик откинут в сторону с пути прорыва.

Ошибочность и поспешность такого вывода они ощутили влетев в уже немного рассеявшийся в пространстве огненный эпицентр врыва. Могло бы и повезти на этот раз, и спокойно проскочить это место. Но это сказано не про них.

Страшный удар обрушился на массивную связку из двух кораблей и давшая сбой система жизнеобеспечения позволила инерции приложить Макса многострадальной головой об пульт. От серьёзных травм спас шлём скафандра и как тут не порадоваться соблюдению инструкций: тяжело бывает в первый раз, а потом привыкаешь.

Придя в себя, он первым делом бросил взгляд на экран инженера, где отражается состояние систем корабля и немного успокоился. Пока, до окончательного выяснения, казалось, что не всё так плохо: крейсер не пострадал, обломки до него не дошли и если не считать некоторого навесного оборудования, он цел.

Так было до первых сообщений о неутешительном состоянии рейдера: удар чего-то массивного пришёлся вскользь по его в левому борту, в район лётного палубы и по первым данным уничтожен один из доков где базируются «Рапторы», и что-то неладное с левым маршевым двигателем.

Пять долгих минут длилось выяснение и предварительная инженерная диагностика повреждений и полученный отчёт не порадовал: разгерметизация, повреждение четырёх «Рапторов» и даже двигатель, ничего не значили с человеческими жизнями. Три техника попало под удар и чего-то конкретного о их состоянии пока нет, вся медицинская бригада в этот момент занята только ими.

— Почему не разгоняемся? — вопрос Чену и вслух инженерам вырвался у Макса на автомате. Так же коротко отозвался Фош:

— Диагностика двигателя, ещё пять минут.

Тяжёлое молчание в обоих рубках, и это не считая чувств и нервов остального экипажа, в каютах и остальных помещениях обоих кораблей, тянулось до выхода на связь Вулфа. С прояснениями по погибших, точнее, безнадёжно раненых: техников из бывшего экипажа Серёгина: Звонаря Игоря и двух Иванов — Федотова и Харина.

По словам Тэкиса, от ребят мало что осталось, а если конкретно, то чуть ниже пояса месиво из костей и тканей. И это не считая баротравмы всего тела. Скафандры запенили повреждения, а аптечки кибердока отсрочили их гибель, введя пострадавших в искуственную кому. Плохо одно, в полевых условиях такие травмы не лечатся, даже в регенераторе дварфов.

Вулф был в затруднении: прекратить их мучения и отключить аппаратуру — без решения капитана, он не мог, поместить в медкапсулу и поддерживать им жизнь — в нынешних условиях бессмысленно. Единственный выход — стасис камера до лучших времён. С этим и вышел на Макса и тот, потрясённый этой вестью, не возражал.

— Принято, выполняю, — с облегчением вздохнул Тэкис и отключился.

Пять минут отпущенных на диагностику закончились и Фош, выйдя с рубкой «Игла» на связь, доложил:

— Левый двигатель на выброс, разгоняемся на трёх и тягу оставшихся регулируем на ходу.

На выброс так на выброс, после человеческих потерь это уже не имело значения и подождав пару минут, пока займут свои места на лётной палубе крейсера, выполнившие задачу «Урханы», Макс скомандовал:

— Паол запускай машину, кажется, на сегодня приключения закончились.

И гул маршевых двигателей, поначалу негромкий, с посекундным нарастанием, немного успокоил. Через двадцать минут, по расчётам искина, они прыгнут и пора бы пообщаться с Ченом на предмет подготовленного им материала для штаба. Ежесистемного отчёта, всё как записано в договоре.

Во время просмотра которого, кроме подробного изложения обстановки в системе Уллис и учинённого ими разгрома лётного поля корабельной верфи, Макс обнаружил и фотогеничную рожу Грорха.

— А этот для чего? — недовольно спросил у молчащего Чена:

— Договаривались же, только личная доставка.

И получил на это короткий ответ с неожиданным дополнением:

— Война скоро и не хотелось бы повторять ошибки моих хозяев в недооценке этих существ. Кроме того, вряд ли мы скоро попадём в Содружество, искин рейдера получил кодированный сигнал с непонятным конечным адресатом. Основные опасности я блокировал, все, кроме гипердвигателя, в него, к сожалению, доступа нет. Ушастые, будь они неладны, так их строят.

Фраза про ушастых и доступ внутрь святая святых их дойной коровы-прыжкового двигателя, была чистой правдой. Взрывались они при таких попытках, но прояснить кое что требовалось:

— Чем это нам грозит.

Вопрос Макса не был для Чена неожиданностью и ответ прозвучал мгновенно:

— Не знаю, не сталкивался, у нас немного другие принципы гиперпрыжка, но по логике, взрыва корабля не будет. Может, вывалимся из гипера. Но всё равно, я настаиваю на минимальном экипаже рейдера и только в рубке.

С этим категоричным требованием, Макс был согласен, только спросил:

— Сообщать народу будем?

И услышав в голове иронический хмык Чена, а потом вопрос заданный таким же тоном:

— А смысл, что это изменит?

И в душе согласился с циничным, но в этот момент правильным решением. От знания ещё одной опасности добавятся только нервы, а может и паника нестойких. Ни к чему.

Вместо этого, поудобнее устроившись в кресле, начал знакомиться с расчётами навигатора по точке выхода из гипера. Уже прозвучал доклад искина о готовности к прыжку, но, немного шокированный новостью Чена, с разрешением на него, Макс медлил.

Скорость набрана, преследователи отстали и впереди никто не устраивает засад. Пятью минутами раньше, или позже, уже не имело значения. Внимательно ознакомился с выкладками Ворша и следовавший из них вывод о выходе из гипера в системе потухшей звезды.

По причине удлинения обратного пути, это для них не очень хорошо, в Содружество придётся добираться по большому кругу, углубившись перед этим, ещё на один прыжок вглубь паучьей территории. Да ещё с полуразбитым носителем, а потом вывод Чена о не скором обратном пути…

— В самую задницу лезем, — мелькнула мысль:

— Страшно и никакой альтернативы, все остальные пути перекрыты, а тут ещё и эти со своим сигналом.

— Искин, прыжок разрешаю, — эту команду ждали, но всё равно, прозвучала неожиданно.